0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Зенон-стоик Биография, Зенон-стоик биография читать, Зенон-стоик биография читать онлайн

Зенон из Китиона. Зенон китийский и рождение стоицизма Зенон из кития был представителем

Зено́́н Кити́йский, Зенон-стоик. Родился ок. 334, Китион, Кипр. Дата смерти — ок. 262 до н. э., Афины. Древнегреческий философ, основоположник стоической школы.
Биография
Родился в греко-финикийском городе Китие (Китионе) на Кипре. Потомок выходцев из Финикии, сын Мназея. Занимался морской торговлей.

Около 320 до н. э. приехал в Афины, где стал учеником киника Кратета, но, недовольный его «киническим бесстыдством», перешел к Стильпону и к диалектику Диодору.

Диоген Лаэртский даёт портрет Зенона: это худой и высокий, нескладный и слабосильный человек с кривой шеей и толстыми ногами, любивший полакомиться зелёными фигами и пожариться на солнцепёке.

Сам став учителем, Зенон собрал вокруг себя многочисленных учеников, которые сначала назывались, по его имени, зенонеями, а потом, по месту преподавания (др.-греч. Ποικίλη στοά — расписной портик) — стоиками. Превосходные качества его характера заслужили ему особое уважение афинян и царя Антигона Гоната; награжденный при жизни золотым венцом и статуей, он после смерти удостоился почётного погребения в Керамике.

Живя крайне просто, без семьи и рабов, он избегал, однако, практиковавшейся киниками нищеты и грязи. Он прожил в Афинах около шестидесяти лет и достиг глубокой старости; год его смерти (как и рождения) в точности неизвестен (по предположению Целлера он умер в 270 до н. э., по Дройзену — в 267 до н. э.). Причем передают, что он умер, специально задержав дыхание, то есть, покончив жизнь самоубийством (этика стоиков это признавала нормальным в случае целесообразности).
Писания Зенона по этике, диалектике, физике и поэзии, перечень которых находится у Диогена Лаэртского, отличались, по древним свидетельствам, краткостью и отсутствием красноречия, но из них сохранились лишь немногие и незначительные отрывки, причём сомнительной подлинности. В общем учении стоиков, как оно излагается у древних авторов, невозможно определить, что собственно принадлежит Зенону и что — его преемникам, Клеанфу и Хрисиппу.

Известно, что Зенон пытался избавить от страха смерти таким умозаключением: “Зло не может быть славным, смерть бывает славной, значит, смерть не есть зло”.
До вступления Кипра в Европейский Союз Зенон Китийский изображался на монетах номиналом в 20 центов.

Память
В 1935 г. Международный астрономический союз присвоил имя Зенона Китийского кратеру на видимой стороне Луны.

Зенон из Китиона. Зенон китийский и рождение стоицизма Зенон из кития был представителем

Библиографическое описание:
Столяров А.А. ЗЕНОН ИЗ КИТИЯ // Античная философия: Энциклопедический словарь. М.: Прогресс-Традиция, 2008. С. 381-385.

ЗЕНОН ИЗ КИТИЯ (Ζήνων ὁ Κιτιεύς) (334/3–262/1 до н.э.), основатель стоической школы, родоначальник стоицизма.

Жизнь. Родился в г. Китий на Кипре, где издавна была колония выход­цев из Финикии (D. L. VII 1; 3; 6; 15; 25; 30; «пуниец» – Cic. De fin. IV 56). Из имеющихся сведений о продолжительности жизни З. – 98 лет (D. L. VII 28; Luc. Macrob. 19) и 72 года (D. L. VII 28, по датировке Персея) – в настоя­щее время более надежной считается вторая версия. Смерть З. источники относят к архонтству Арренида (D. L. VII 10; Philod. De philos. col. IV), ко­торое принято датировать 262/1 до н.э., соответственно, датой рождения З. принимается 334/3.

Поначалу З. занимался торговлей, как и его отец Мнасей, и уже в Китии пристрастился к чтению сократической литературы (D. L. VII 31, cр. 5). В Афины З. приехал, по датировке Персея, в 22 года, т.е. в 312/1, – возмож­но, по торговым делам («с грузом пурпура», VII 2; ср. VII 4–5). Не имея чет­кого плана занятий, З. оказался в кругу слушателей киника Кратета (VI 105; VII 2 сл.). Влиянием Кратета отмечены первые философские сочине­ния З., прежде всего «Государство»; о своем первом учителе З. написал вос­поминания по образцу Ксенофонтовых воспоминаний о Сократе. Нет ясно­сти относительно того, у кого и сколько затем учился З. По традиционной версии (Ibid. VII 2; 25, ср. Cic. De fin. IV 3; Eus. Pr. Ev. XIV 5, 11), он за­нимался по 10 лет с мегариком Стильпоном и академиками Ксенократом и Полемоном. Занятия с Ксенократом (ум. 314/3) оказываются невозможны, если принять хронологию Персея (однако альтернативная хронология, соглас­но которой З. родился ок. 360, – принимаемая, в частности, Грилли, – допус­кает занятия с Ксенократом), и в 10 лет, скорее всего, входили параллельные занятия со Стильпоном и Полемоном. Кроме того, Зенон изучал диалектику у мегариков Филона Диалектика и Диодора Крона (D. L. VII 16; 25).

Вероятно, ок. 300 З. начал преподавать в т. н. Расписной Стое (Στοὰ Ποικίλη), и его слушатели стали называться «стоиками» (см. Стоя). В Афинах З. имел репутацию человека добродетельной, строгой и умерен­ной жизни, пользовался уважением и широкой известностью. Сыграла роль и его дружба с македонским царем Антигоном II, чье мнение афиняне долж­ны были учитывать. После смерти город почтил философа золотым венком и гробницей в некрополе Керамика (фр. 7–8), между тем З. до конца своих дней оставался гражданином родного Кития. По традиционной версии, со­общаемой Диогеном Лаэртием (VII 28–29), З. ушел из жизни по своей воле, задержав дыхание.

Сочинения. Известны 25 названий: 19 по списку у Диогена Лаэртия (VII 4 = SVF I 41) и еще 6 по иным источникам. 1) Логика. «Логика» [«О ра­зуме»] (Περὶ λόγου), «О знаках», «О словесных выражениях» (Περὶ λέξεων), «Решения», «Опровержения» в 2-х кн. 2) Физика. «О мироздании» (Περὶ τοῦ ὅλου), «О сущности», «О природе», «На “Теогонию” Гесиода», «О вле­чении, или О природе человека» (возможно, два отдельных соч.), «О зре­нии». 3) Этика. «Государство», «Этические воспоминания о Кратете», «О жизни согласно природе», «О страстях», «О надлежащем», «О законе», «Об эллинском воспитании». 4) Прочее. «Общие вопросы», «Пифагорейские во­просы», «Гомеровские вопросы» в 5 кн., «О чтении поэзии», «Искусство», «Беседы» (Διατριβαί), «Полезные изречения» (Χρεῖαι). Хронология поч­ти не поддается уточнению. Можно предполагать, что «Государство», «Воспоминания о Кратете» и, вероятно, «Беседы» были самыми ранними соч., близкими по содержанию и отмеченными сильным киническим влия­нием. В собрании фон Арнима (SVF I) представлено более 300 текстов, со­держащих цитаты из соч. З. или изложение его мнений; наиболее важны свидетельства Диогена Лаэртия, Цицерона, Плутарха, Стобея.

Читать еще:  “У нас в школе это исключено”. Но травля не закончится, пока не вмешаются взрослые

Учение. З. достаточно подробно разработал доктрину стоицизма во всех ее принципиальных пунктах (кроме, возможно, учения о категори­ях). В учении З. сочетались несколько линий влияния: академическая (де­ление философии), мегарская (логика), ионийская (Гераклит – огненный логос, космические циклы), аристотелевская (теория познания, понятие о бескачественном субстрате), кинико-сократическая (автаркия блага-добро­детели). На базе этих элементов З. создал целостную доктрину и разрабо­тал для нее оригинальную терминологию.

Деление философии на три части – логику, физику и этику – З., ско­рее всего, заимствовал у академиков (Cic. De fin. IV 3–4). Предложенный им порядок изложения дисциплин от логики к этике (D. L. VII 40 = SVF I 46) в целом остался общешкольной догмой, хотя впоследствии уточнялся Клеанфом и Хрисиппом, менявшими местами этику и физику.

Логика. З. разработал основы стоической теории познания: учение о видах представлений, о критерии и механизме познания, введя в оборот тех­нические термины «постигающее представление» (φαντασία καταληπτική), «согласие» (συγκατάθεσις) и «постижение» (κατάληψις). Начинаясь с чувст­венного восприятия, познание методически и стадиально восходит к проч­ному знанию (SVF I 52 сл.; 72), которое З. определял как устойчивое и на­дежное постижение, не опровержимое никакими доводами разума (I 68 сл.). При воздействии внешних объектов на органы чувств в душе сначала возни­кает впечатление (которое З. представлял по аналогии с отпечатком на вос­ке); если подтверждается его адекватность, оно становится постигающим («каталептическим») представлением. Последнее может возникать только от реально наличного, а не мнимого и воображаемого тела в акте «согла­сия», подчеркивающего активность познающего субъекта (I 59 сл.); абст­рактные общие представления (ἐννοήματα) не имеют вещественного экви­валента и обладают лишь «квазисуществованием» (65).

В состав логической части З. включал также риторику (74 сл.), уподоб­ляя ее раскрытой ладони, а диалектику – сжатому кулаку (75). Диалектике (семантике и формальной логике) З. придавал большое значение (47 сл.). Нельзя исключать, что сводка материалов о знаках у Секста Эмпирика (Adv. math. VIII) основана в т.ч. и на сочинениях З. Несомненно, что З. широ­ко использовал силлогизмы для обоснования своих суждений (напр., SVF I 77–78; 106; 137; 148; 152 и др.). Однако по сохранившимся текстам под­линные масштабы достижений З. в этой области установить невозможно. Скорее всего, первые наработки З. потеряли значение после достижений Хрисиппа, а соответствующие тексты были забыты и утрачены.

Физика. З. сформулировал ключевые положения физической доктри­ны стоицизма: о всеобщей телесности, о двух началах – активном (Бог-логос) и пассивном (бескачественный субстрат), о четырех элементах, о пневме и «сперматических» логосах, о всеобщей причинности и всеобщем смешении (85 сл.). Космос – одушевленное разумное существо, он окружен бесконечной пустотой и подвержен циклическим воспламенениям, во вре­мя которых все полностью превращается в огонь, а затем восстанавливается до мельчайших деталей (97 сл.). З. предложил ряд нормативных формули­ровок о небе, небесных явлениях и светилах: последние он считал разумны­ми существами, содержащими «творческий огонь» (πῦρ τεχνικόν – 115 сл.). Бог есть единый природный закон, творец космоса, огненный логос-разум и одновременно огненная пневма, которая пронизывает собою все; «бог распространяется по веществу, как мед по сотам» (155). С понятием «судь­бы» связано понимание промыслительной заботы бога о космосе (152 сл.), направляющего всевозможные взаимодействия тел с помощью причинно-­следственной связи (172 сл.). Наконец, при изложении космологии З. наме­тил основы физической аллегорезы (104; 118; 121; 169).

Антропологии и психологии (I 134–151) З. также уделил достаточ­ное внимание. Душа – «чувствующее испарение» (141), частица миро­вой пневмы, не иноприродная телу, но «сродная» (σύμφυτον) с ним (137). Тело образовано сочетанием четырех традиционных элементов (125), кото­рые держатся вместе благодаря присутствию души-пневмы. Душа состоит из восьми частей: пяти чувств, речевой и породительной способности и ра­зумного «ведущего начала» (ἡγεμονικόν), локализованного в сердце. После смерти тела душа продолжает существовать длительное время, но не вечно (146 сл.).

Этика. В соответствии со «сверхзадачей» учения этике З. уделил пре­имущественное внимание и для этого раздела также создал новые термины (в ряде случаев лексические неологизмы). Конечная цель – жить «согласно» (ὁμολογουμένως) с природой, т.е. с мировым разумом, и это то же самое, что жить согласно добродетели, которой довольно для счастья (179 сл.). Единственное благо – добродетель, единственное зло – порок, прочее – без­различно. В безразличном З. выделял по принципу соответствия природе об­ладающее «ценностью», «предпочитаемое» (προηγμένα), и лишенное «цен­ности», «непредпочитаемое» (ἀποπροηγμένα) (190 сл.). Добродетель как таковая тождественна разумности, а отдельные ее виды (здравомыслие, му­жество, справедливость) – ситуативным проявлениям разумности (199 сл.). Противоположность добродетели, страсть (основные виды – скорбь, страх, вожделение, наслаждение), есть неразумное и противоприродное движение души или чрезмерно сильное влечение (ὁρμὴ πλεονάζουσα), возникающее как следствие ошибочного суждения (205 сл.). Скорее всего, к З. восходят основы учения о «первичной склонности» (οἰκείωσις), позволяющего вы­водить этические императивы из естественных стремлений разумного су­щества (197 сл.). «Надлежащее» (καθῆκον) – действие всякого живого су­щества, соответствующее принципу природной целесообразности, – для существа разумного не является еще подлинно нравственным действием, поскольку определено сферой «безразличного» (230 сл.). Нравственным действие становится лишь при соблюдении всех требований разумной при­роды, а это доступно только мудрецу – обладателю совершенного, свобод­ного от ошибочных суждений и страстей интеллектуально-нравственного настроя (216 сл.). Мудрец следует только своим внутренним принципам, а потому может демонстративно пренебрегать сферой «безразличного» и совершать шокирующие поступки в киническом духе (247 сл., фрагмен­ты из «Бесед» и «Государства»). Что касается не-мудрецов (подавляющего большинства людей), то З., возможно, признавал за ними способность про­двигаться к добродетели или, по крайней мере, ставил этот вопрос (232). Помимо теории З. уделил внимание и практической этике (паренетике) – конкретным наставлениям на разные случаи жизни (233 сл.).

Читать еще:  Льготы на «коммуналку» для инвалидов: что происходит?

Особое значение имеют этико-политические взгляды З. Хотя люди раз­бросаны по различным городам и государствам, они обитатели единого мира. На этом убеждении основано намеченное З. учение о «космополи­се» – утопическом всемирном государстве, в котором гражданство обес­печивается не происхождением и социальным положением, а статусом разумного существа и добродетельностью. В таком государстве людей объ­единяет бог Эрот, покровитель дружбы и единомыслия, и в нем не нуж­ны внешние признаки богопочитания – храмы или изваяния отдельных богов. Поскольку граждане относятся друг к другу справедливо, не нужны и суды, а также, по-видимому, деньги. Идеальным гражданином является мудрец; ему следует заниматься государственными делами ради блага со­граждан (262 сл.). Обычаи этого государства окрашены несомненным ки­ническим колоритом: мужчины и женщины соблюдают минимум условно­стей, носят одинаковую одежду (256 сл.), мудрецы имеют общих жен (269) и т.д. Вместе с тем З., вероятно, уделял внимание и проблемам реального общественного устройства – природе власти, судебной системе, роли ора­торского искусства (262). Помимо перечисленного З. занимался комментированием Гомера и Гесиода (274 сл.).

Ученики. Наиболее известные – Аристон Хиосский, Сфер Боспорский, Дионисий Гераклейский, Герилл Карфагенский, Персей из Кития и Клеанф из Асса. Менее значительные – Филонид из Фив, Каллипп из Коринфа, Посидоний из Александрии, Афинодор из Сол, Зенон из Сидона (SVF I 36–37). З., возможно, слушал Эратосфен Киренский (Strab. I 2, 2), учившийся затем у Аристона Хиосского. С течением времени ученики, прежде объеди­ненные авторитетом наставника, резко разошлись. Самые заметные из них могут быть условно разделены на две равные группы – «уклонившихся» (Аристон, Дионисий и Герилл) и «ортодоксов» (Сфер, Персей и Клеанф).

  • The Fragments of Zeno and Cleanthes. With intr. and expl. notes by A. C. Pearson. London, 1891;
  • I Frammenti degli Stoici Antichi. Ordinati, trad. e annot. da N. Festa. Vol. I. Bari, 1932;
  • SVF I 1–332;
  • рус. пер. СТОЛЯРОВ, Фрагменты ранних стоиков. T. I, 1998.
  1. Гаджикурбанова, П. А.От Киносарга к Портику // Этическая мысль : Журнал. — М.: Институт философии РАН, 2006. — Вып. 7.
  2. 12Чанышев, А. Н.Курс лекций по древней и средневековой философии. — М.: Высшая школа, 1991. — 512 с.
  3. ↑Луций Анней Сенека. Нравственные письма к Луцилию (LXXXII, 9) / Перевод С. А. Ошерова. (Серия «Литературные памятники»). — М.: Наука, 1977.
  • Соловьёв, В. С.Зенон, стоик // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.

Глава XXII. Зенон Китийский, основатель стоицизма

История философа, который учился у покойников.

Извини, любезный читатель, я ввел тебя в заблуждение, пообещав закончить рассказы о философах Древней Греции. Да, было такое намерение покинуть древнюю Элладу и обратиться к римским мудрецам, Сенеке и Марке Аврелии, стоикам. Но как это сделать, не коснувшись прелюбопытнейшей жизни основателя стоицизма, Зенона Китийского? Исправляю свою ошибку. Вот мой рассказ о нем.

Зенон, сын Мнасея (или Демея), из Кития, что на Кипре, греческом городе с финикийскими поселенцами. Так пишет Диоген Лаэрций.

Въедливый Лаэрций добавляет, что у Зенона была кривая шея. Сам он этого не видел, но вычитал в трудах Тимофея Афинского. Сам Зенон был, «по свидетельству Аполлония Тирского, худой, довольно высокий, со смуглой кожей (за что его и прозывали «египетской лозой», как сообщает Хрисипп в I книге «Пословиц»), с толстыми ногами, нескладный и слабосильный – оттого-то, как говорит Персей в «Застольных записках», обычно он не принимал приглашений к обеду. Зато, говорят, ему доставляло удовольствие есть зеленые фиги и загорать на солнце».

Зенон учился философии не менее двадцати лет. Вначале он учился у Кратета, потом по десять лет у Стильпона, Ксенократа и еще у Полемона. Ему и этого показалось мало и Зенон обратился к оракулу с вопросом, как ему прожить жизнь достойно. Оракул посоветовал «взять пример с покойников», Зенон правильно понял совет и стал усердно читать древних писателей.

Тут надо сделать весьма существенное уточнение. Древние греки называли философией примерно то же самое, что мы называем словом «физика», то есть науку об устройстве Вселенной. Плюс еще и другие науки, начиная с психологии и заканчивая ботаникой. Поэтому то столь усердный исследователь, каким был Зенон Китийский, не мог не написать кучу сочинений по самым различным областях доступного ему знания. Он и написал. Судите сами, вот они:

«Государство», «О жизни, согласной с природою», «О порыве или человеческой природе», «О страстях», «Об обязанностях», «О законе», «Об эллинском воспитании», «О зрении», «О цельном», «О знаках», «Пифагорейские вопросы», «Всеобщие вопросы», «О словах», «Гомеровские вопросы» в 5 книгах, «О чтении поэзии». Кроме того, ему принадлежат: «Учебник», «Решения», «Опровержения» в 2 книгах, «Воспоминания о Кратете», «Этика».

Прервем рассказ о Зеноне. Расскажем о Стое. На самом деле это ни что иное как портик, расписной портик- «Стоа Пойкиле» — (греч. στοά ποικίλη, букв. «расписной портик»). Проще говоря, галерея или эстрада. То есть возвышение с крышей, которую подпирает ряд колонн. По латыни – «портик», по гречески «стоя». Понимаете теперь, почему для рассказа о стоицизме нам пришлось рассказать о греке Зеноне? Иначе от Сенеки и Марка Аврелия слишком далеко пришлось бы возвращаться.

Читать еще:  Аскеза — инструмент на пути саморазвития. Аскетичность - это путь к познанию истины Жизненный путь аскетов

Зенон рассуждения свои он излагал, прохаживаясь взад и вперед по этой самой «Расписной Стое» (собственно, она называется Писианактовой, но по фрескам Полигнота получила название Расписной, пишет Лаэрций).

Выбор им был сделан не случайно. Зенон не любил толпы и шума городского. Он искал тишины. А в этом месте при Тридцати Тиранах было убито полторы тысячи человек, и афиняне обходили Стою стороной.

Зато ученики Зенона стали здесь собираться, и поэтому их прозвали стоиками, а раньше звали просто зеноновцами.

Мы еще успеем потолковать об основных канонах стоицизма, а сейчас лучше расскажем о Зеноне.

Он был богатым человеком, по приезде в Афины у него уже было около тысячи талантов(это серьезная сумма), и он обеспечивал себе пропитание, отдавая эти деньги в рост(то есть под проценты) корабельщикам, как пишет Лаэрций. То есть финансировал торговые экспедиции, так как и сам прибыл в Афины на корабле, который впрочем потерпел крушение. В общении с людьми Зенон был весьма обходителен, македонский царь Антигон часто приглашал его на застолья, но когда доходило до буйства, Зенон вовремя покидал гулянья. Когда Антигона спросили, что его восхищает в Зеноне, тот ответил: «Тем, что, сколько он ни получал от меня дорогих подарков, я ни разу не видел его ни надменным, ни униженным».

При всем своем богатстве, Зенон «был мрачен и едок, с напряженным лицом. Жил он просто и не по-эллински скупо под предлогом бережливости».

Будь иначе, не стал бы Зенон знаменитым философом, а остался бы простым торговцем или ростовщиком.

Зенон знал толк в метком и остром слове. Вот что пишет об этом Лаэрций:

«Один юноша вел слишком дерзкие разговоры; Зенон ему сказал: «Ну, мальчик, не скажу я тебе того, что думаю!» К нему льнул один родосец, отличавшийся красотою и богатством, а более ничем; чтобы отделаться от него, Зенон сперва посадил его на пыльную скамью, чтобы он запачкал одежду, а потом отвел ему место среди нищих, чтобы он терся об их лохмотья; и наконец юноша сбежал. «Ничего нет неприличнее гордыни, – говорил Зенон, – а в молодых людях особенно». Не надо обременять память звуками и словами, а надо стараться расположить свой ум к извлечению пользы и не думать, будто это какое-то уже сваренное и поданное угощение. Он говорил, что молодые люди должны знать порядок и в походке, и в облике, и в одежде; и он часто напоминал стихи Еврипида о Капанее:

« Он был богат, но не был он заносчив:

Нимало не тщеславней, чем бедняк».

Чтобы овладеть науками, говорил он, самое нежелательное – это самомнение, а самое надобное – это время. На вопрос, что такое друг, он ответил: «Второй я».

Однажды он порол раба за кражу. «Мне суждено было украсть!» – сказал ему раб. «И суждено было быть битым», – ответил Зенон. Красоту он называл цветом целомудрия (а иные говорят, что, напротив, целомудрие – цветок красоты). Как-то раз он увидел чьего-то знакомого раба всего в синяках; «Вижу следы твоего нрава!» – сказал он ему. Кто-то натерся душистым маслом; Зенон спросил: «От кого это так запахло женщиной?» Дионисий Перебежчик спросил, почему Зенон ему одному не делает замечаний? «Потому что я тебе не доверяю», – отвечал Зенон. Мальчишке-болтуну он сказал: «У нас для того два уха и один рот, чтобы мы больше слушали и меньше говорили». Однажды на попойке он лежал и молчал; его стали спрашивать, в чем дело, а он ответил: «Передайте царю, что среди вас был один человек, умеющий молчать», потому что спрашивавшие были посланы от Птолемея и хотели узнать, что передать от Зенона царю. Его спросили, как он чувствует себя, когда его бранят; он сказал: «Как посол, когда его отсылают без ответа».

Аполлоний Тирский рассказывает, что однажды Кратет схватил его за плащ, чтобы оттащить от Стильпона. «Нет, Кратет, философов мало хватать за уши: убеди и уведи! сказал ему Зенон. – А если ты оттащишь меня силой, то телом я буду с тобой, а душой со Стильпоном».

Гиппобот сообщает, что водился он и с Диодором, усердно занимаясь с ним диалектикой, и сделал в ней большие успехи, но был так далек от тщеславия, что пошел в ученье к Полемону, и тот, говорят, сказал ему: «Вижу, Зенон, ты прокрался ко мне через черный ход, чтобы выкрасть наше учение и разодеть его по-финикийски!» А когда один диалектик показал ему семь диалектических приемов для софизма «Жнец», он спросил, сколько тот за них хочет, и, услышав: «Сто драхм», заплатил двести; такова была в нем страсть к знаниям».

Умер Зенон в преклонном возрасте и по собственной воле. Уходя с занятий с учениками, он споткнулся и сломал себе палец. Тут же, постучав рукой оземь, он сказал строчку из «Ниобы» Тимофея Афинского:

«Иду, иду я: зачем зовешь?»

И умер на месте, задержав дыхание. Афиняне погребли его, воздав высшие почести.

Что же касается Зенонова учения, которое и получило название стоицизм, то состояло оно из трех частей – физики, логики и этики. Сам Зенон ставил на первое место логику, но его последователи внесли каждый свою трактовку и нам предстоит еще рассказать об этом.

Из учения Зенона самой существенной оказалась этика. Образ сурового мудреца, непоколебимо и мужественно переносящего невзгоды судьбы, твердого в жизненных испытаниях, стал одним из столпов общественного сознания европейцев.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector