0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Три врача уговаривали моих родителей сделать аборт

Три врача уговаривали моих родителей сделать аборт

Три врача уговаривали моих родителей сделать аборт

Более 17 лет назад счастливую молодую пару, ожидавшую ребёнка, врачи ошарашили заявлением, более похожим на приговор: в развитии плода наблюдаются серьёзные патологии, нужно делать аборт. О том, что было дальше, рассказывает 17-летняя Рэйчел Гай – тот самый ребёнок, который не должен был появиться на свет.

Три врача говорили моим родителям, что меня нужно абортировать, но были и другие три врача, готовые бороться за мою жизнь; так что моя история началась с осознания той власти, которая есть у врачей – либо жизнь, либо смерть. Врачи имеют власть изменить чужую жизнь – или продолжить ее, или отнять. Поэтому так важно знать, что ваш врач применит данную ему власть во благо и во славу Бога, а не во зло.

Если бы мне поставили смертельный диагноз в возрасте двух лет, любой врач счел бы преступным предложение прервать мою жизнь здесь и сейчас – «ведь все равно она умрет». Но я была в утробе матери, и врачи решили, что моя жизнь не имеет никакой ценности и должна быть прекращена.
Врачи не смогли увидеть в моей жизни ту ценность, которую они видят, когда ребенок болен. Они решили: раз беременность протекает сложно и уверенности в том, что я выживу, нет (или если выживу, то не смогу жить «нормальной» жизнью), значит, мои родители должны сделать аборт. И неважно, что мама и папа много раз высказывались против.

Кто определяет степень «нормальности» и почему от географического местоположения зависит, будет ли ребёнок убит или за него будут бороться? Я поражаюсь, почему ценность моей жизни изменилась? Ребёнок должен быть уничтожен только потому, что состояние его здоровья ухудшилось, и потому, что он находится в утробе матери?

К счастью, мои родители не только безоговорочно любили меня, но и видели истинную ценность моей жизни, хотели бороться за неё. Моя бабушка сказала родителям, что, пока бьётся моё сердце, надежда есть.

Бог открыл двери: замечательный акушер-гинеколог из нашей церкви взял моих родителей и меня под свою опеку, нашёл врачей, которые были готовы вступить в бой и попытаться спасти меня. Эти прекрасные врачи понимали серьёзность ситуации – отсутствие околоплодных вод и замедленный рост, – но они были готовы сделать всё, что в их силах, чтобы помочь.

Мой вес при рождении составлял 1 фунт и 2 унции (ок. 550 г.). Один из врачей сказал моим родителям: если я появлюсь на свет живой, я буду слишком слаба, чтобы закричать. Но когда я родилась, этот милый доктор произнёс: «Она кудахчет». Затем я провела пять с половиной месяцев в больнице с моей мамой, которая была со мной по 12 часов в день, а папа приезжал почти каждый день после работы и по выходным. Благодаря медицине и любви моих родителей мне стало лучше.

Несколько лет назад я почувствовала, что должна написать письма врачам, которые не боролись за меня. Я хотела сказать им, что простила их, даже если они не думают, что нуждаются в моём прощении, и я хотела, чтобы они знали: Иисус любит их и готов простить их, если они обратятся к Нему и будут бороться за жизнь, а не обрекать людей на смерть. Я не хочу, чтобы другим родителям пришлось пройти через то, что выпало на долю моих родителей.

Мне было нелегко написать тем врачам, которые советовали моим родителям абортировать меня. Я долго молилась, чтобы убедиться, что подобрала правильные, наполненные любовью и заботой слова. Я не знала, куда Он направит меня, я просто писала – слово за слово. И надеялась, что три врача, которые хотели остановить мою жизнь, раскаются и впредь никогда не станут предлагать родителям убить своего ребёнка. Я не могла поверить своим глазам, когда получила по почте написанные от руки письма от двух из трех врачей. Я была глубоко тронута и благодарна.

Я начала понимать, что многие родители находятся в том же положении, в котором были мои родители, когда обнаружили, что не все врачи на стороне жизни. Только когда это случилось именно с ними, мои родители поняли, что, выбирая врача, надо знать о его взглядах на жизнь – это имеет решающее значение. До этого мои родители, как и многие, думали, что все врачи ценят жизнь и борются за нее – но моим родителям пришлось резко очнуться.

Я не желаю ни одной матери, ни одному отцу когда-либо оказаться на месте моих родителей, которым врач сказал, что жизнь их ребенка нужно прервать, так как у плода есть проблемы со здоровьем.
Я хотела сделать сайт, в котором будет список с именами врачей, выбирающих жизнь и готовых бороться за нее, несмотря ни на что. Врачи должны понимать, что любая жизнь ценна и решение о том, жить кому-либо или умереть, не в их власти.

Я начала готовить этот сайт около двух лет назад, чувствуя веление Божие показать людям, что никто никогда не должен оказаться в руках врача, считающего жизнь одного человека менее ценной, чем жизнь другого. Сегодня мне 17 лет, и я начала звонить и писать письма в отделения гинекологии, чтобы узнать, какие врачи придерживаются христианских взглядов и стопроцентно настроены против абортов, а потому могут быть в моём списке. Я надеюсь распространить этот список в центрах кризисной беременности в США, а также среди женщин, которые собираются обратиться в гинекологические центры по поводу ведения беременности.

Было нелегко найти таких врачей, которые были бы на 100 % против абортов, но я никогда не сдавалась.

Помощь вместо аборта. Как отговорить женщину, если она уже всё решила?

Дети часто появляются «не вовремя». Но это всегда счастье. Правда, осознание столь простой истины обычно приходит потом.

Зачастую, только узнав о нежеланной беременности, женщина оказывается перед трудным выбором: сохранить ребёнка или прервать едва зародившуюся жизнь.

Запреты абортов бесполезны

Их истории во многом похожи: «Мама против ребёнка, потому что самой надо встать на ноги, окончить институт», «Зачем плодить нищету, самим жить негде», «Парень бросил, я одна не справлюсь», «Муж и родные настаивают на аборте»…

Сейчас в России за год делается 576 тыс. абортов, из них 290 тыс. (почти половина!) – по желанию женщин, потому что они не планировали рождение детей. Однако нередко потенциальной маме нужна всего лишь психологическая поддержка, чтобы изменить решение.

Но как отговорить от ошибочного шага женщину, которая «уже всё решила»? Работа эта очень тонкая, и прямые зап­реты абортов, как и призывы рожать больше детей, бесполезны. От психологов, сотрудников женских консультаций и роддомов требуется не только знание медицинских последствий абортов – тут нужно искреннее желание помочь: выяснить причину, рассказать о существующих мерах помощи мамам, оказавшимся в трудной ситуации.

Доабортные консультации стали появляться в стране с 2007 года. С тех пор получить направление на прерывание беременности можно только после общения с психологом. По данным Минздрава, в 2018 году удалось отговорить от операции 15% женщин, в итоге на свет появилось 40 тыс. малышей.

Цифра впечатляющая. И премьер-министр Дмитрий Медведев поддержал идею стимулирующих доплат медицинским психологам, врачам женских консультаций и роддомов, которые оказывают психологическую помощь беременным женщинам, и поручил Мин­здраву разработать соответствующие предложения.

«Я не потяну ребёнка»

Даже одна спасённая жизнь ребёнка бесценна и стоит любых усилий. А таких счастливых историй у психологов центров помощи беременным женщинам немало. Вот одна из них.

На консультацию в кабинет доабортного консультирования пришла 34-летняя женщина. И чуть ли не с порога категорично заявила: «Я – взрослая, я всё решила. Сделаю аборт, и никакие разговоры ничего не изменят». Срок беременности – 9 недель. Не замужем, одна воспитывает дочь 13 лет, с отцом ребёнка отношений не поддерживает, да он и не стремится к этому. Работает продавцом и снимает комнату в общежитии. Видно было, что беседу с психологом она воспринимает как неизбежную, но лишнюю процедуру. На лице – выражение человека, вынужденного терпеть: «Ну что ещё вы мне можете сказать? Мне никто не помогает. Я одна воспитываю дочь. У нас нет жилья. Приходится много работать, чтобы нас содержать. Я не потяну одна второго ребёнка».

Узнав, что решение всё равно останется за ней, женщина наконец села на стул. Но психолога почти не слушала, не проявляла никакого интереса к разговору. Как сейчас может выглядеть её малыш, а знает ли она, что с 21-го дня начинает биться сердце, каковы медицинские и психологические последствия аборта, что молодым мамам, родившим второго ребёнка, полагаются дополнительные выплаты, да и вообще как могут измениться отношения в семье с появлением второго ребёнка, когда у дочери появится брат или сестрёнка – самый близкий после мамы человечек. Видно было, что все эти аргументы её нисколько не цепляют, ей хочется поскорее всё прекратить и забыть. Принять свою беременность она отказалась и ушла с твёрдым решением сделать аборт.

Читать еще:  Кризис: как не обвинять и не доводить близких?

Когда психолог позвонила ей спустя время, в трубке звучал радостный голос счастливой мамы: «Мой сынуля – самый любимый». Оказалось, что на аборт она действительно собралась. Но… не успела. Работая в две смены, пропустила сроки, врачи отказались прерывать беременность. Мальчик родился раньше срока, были проблемы со здоровьем. Но через несколько месяцев по­правился, и ребёнка выписали домой. Женщина уехала с деть­ми к маме, которая ей помогает вместе со старшей дочерью. Эту историю в психологической консультации теперь рассказывают женщинам, которые всё решили…

Незапланированная беременность – это вовсе не крест или наказание. И многие из тех, кто поначалу хотел сделать аборт, потом признавались, что именно рождение ребёнка было самым счастливым моментом в жизни. А упущенная карьера или незаработанные деньги – это всё ерунда.

Чудеса бывают

А вот ещё один типичный разговор с психологом.

– Я беременна, 7–8 недель. Хочу сделать аборт.

Девушка молодая, заметно, как сильно она нервничает.

– Кто посоветовал тебе сделать аборт?

– Мой парень. И я так считаю.

– Нет, но живём вместе иногда.

– Твои родители знают, что с тобой происходит?

– Нет. Мама живёт в другом городе. У неё маленький сын и своя жизнь. Мы с ней общаемся редко. Я живу с дедом в его доме. Он мне как-то сказал, что, если принесу ребёнка, выгонит обоих.

– А парень твой, когда узнал о беременности, что сказал?

– Сказал, что ребёнок ему не нужен и что жениться он пока не собирается.

– То есть жить с тобой он согласен, а отвечать за свои поступки – нет?

– Похоже, так. Да и нельзя мне эту беременность сохранять, я полтора года назад попала в аварию. Рука до сих пор не восстановилась. И голова часто болит.

Рука действительно была неестественно изогнута. Девушка теребила волосы, расправляла складки на одежде. И как будто ждала, что ей подскажут, что делать. Дальше был обычный разговор о строении репродуктивной системы, вреде абортов, о том, что она уже взрослая и может принимать серьёзные, ответственные решения. Разговаривать с собст­венной мамой и родителями парня она категорически отказалась. Но насчёт аборта всё ещё сомневалась. Согласилась снова прийти через неделю.

Акушер-гинеколог уточнила срок – 11 недель, беременность нормальная. И снова рассказала пациентке о всех злоключениях, которые могут настигнуть её после прерывания. А ведь можно просто выносить ребёнка и, если негде жить, отдать на время в Дом малютки. Она внимательно слушала психолога и врача, а потом отрезала: «Нет, я всё-таки аборт сделаю». Забрала документы и вышла.

Через три дня снова появилась на пороге кабинета психолога: «А мне аборт не сделали. Сказали, что поздно. Я встала на учёт». Оказалось, что дедушка, как ни странно, первым принял её выбор. Решили жить на две пенсии – деда и её, которую назначили по причине инвалидности 2-й группы, наступившей из-за аварии. Мама долго ругалась, но тоже смирилась. Парень решил подумать.

Через месяц она снова пришла в женскую консультацию – никаких страхов, сомнений в правильности решения уже не было. Будущая мамочка была приветлива и спокойна, ждала появления малыша. Чудеса бывают?

Мнение эксперта

Руководитель Благотворительной программы помощи кризисным беременным женщинам «Спаси жизнь» Екатерина Маркова, мама пятерых детей:

– Психологическое консультирование беременных женщин в состоянии кризиса – лишь один из важных этапов помощи. В ситуации репродуктивного выбора они ост­ро нуждаются в под­держке. И ищут её, порой даже не вполне осознавая это!

Мы не уговариваем рожать, не навязываем выбор. В любом случае решение принимает женщина. Мы просто помогаем ей решить её психологические проблемы и поддерживаем различными способами.

Кому-то нужна консультация юриста, кому-то – помощь с жильём, вещами. Мы сопровождаем мамочек и после родов, помогаем им встать на ноги. Если женщину выгоняют из дома родители или муж, мы готовы дать ей приют. Она может жить там столько, сколько необходимо до решения её проблемы.

У нас было много сложных случаев. Например, женщины с глубокой инвалидностью, которые рожали здоровых детей, или женщины, которым ставили диаг­ноз «тяжёлые пороки развития ребёнка». Было достаточно много случаев с изнасилованием, после которого женщины принимали решение сохранить беременность.

Сотни детей не оказались в дет­ском доме, а остались в семьях благодаря простой поддержке. И не было ни одного случая, когда мама пришла бы и сказала: «Заберите ребёнка, зачем я его родила?» В любой самой тяжёлой жизненной ситуации мамы потом радовались сохранению беременности.

Аборт — не проблема. Врач-гинеколог рассказала, почему женщины стали меньше рожать

Врач-гинеколог высшей категории с 35-летним стажем Любовь Косых о том, сколько времени даётся на размышление перед абортом, почему медучреждения неохотно соглашаются проводить процедуру и почему проблема бесплодия сейчас важнее, чем тема абортов.

В госдуму внесли законопроект о запрете бесплатных абортов в государственных медучреждениях и полном запрете абортов в частных клиниках. В Белгородской области уже запрещены медикаментозные аборты.

— Мне нравится работать с беременными. Виден результат. Хотя с ними эмоционально выгораешь: много эмоций на них затрачиваешь, пока объясняешь, убеждаешь. Ей же нужно рассказывать, как правильно себя вести, как ребёнка воспитывать. Нельзя всё из интернета читать, там много глупостей пишут по воспитанию. Надо понимать, что не у всех всё одинаково, что дети разные и требуют разного воспитания.

«Нет» медикаментозным абортам

— Одно время миниаборты были — это как регуляция менструального цикла. При небольшой задержке — это тот же аборт, только вакуумосператором, то есть плодное яйцо удаляется не кюреткой, а вакуумным отсосом. При беременности это было менее травматично: давался небольшой наркоз, делалось в амбулаторных условиях, люди по 40 человек в день шли. Они после процедуры легли минут на двадцать с грелкой, полежали и пошли — работоспособность не терялась. Это называлось «регуляция менструального цикла», то есть прерывание беременности на ранних сроках.

«Вот почему о медикаментозных абортах идёт спор? У нас в области их не делают, а в других областях делают, и в системы медицинского страхования это включили. Девушка выпивает таблетки (нет механической травмы), плодное яйцо вываливается, кровотечение останавливается, и всё. Это, конечно, сбивает гормональный фон, но он через полгода восстанавливается. Это менее травматично, но почему наши не дают добро. У нас-то вообще за рождаемость борются. Но рождаемость у нас высокая. А если запретят все аборты, то разовьются криминальные аборты, негласные, как раньше акушерки опытные делали. Будут просто калеченые женщины. Так нельзя! Там нет ни контроля, ни наблюдения, ни лечения».

Какая у нас статистика?

— Сейчас идёт снижение статистики абортов. Хотя какая у нас статистика? Когда говорят у нас, что врач КТУ (премия за выполнение коэффициента трудового участия — прим. ред.) не получит, если у него на участке будет много абортов. Поэтому их не подают в статистику.

«У нас по бумагам может за год на участке пройти 12 абортов — да кто в это поверит, если это молодёжный участок? Да там было все 120, только они прошли мимо. Ведь аборт можно сделать в любой больнице по закону, а не только в той, куда относишься по прописке. Платишь деньги по договору (аборт стоит от 5 до 7 тысяч) — и тебе делают аборт. Истинной информацией, какое количество абортов, никто не владеет».

12 недель сомнений

— А ещё какая тенденция? Вот представьте: приходит ко мне девочка, прикреплённая, допустим, к разуменской женской консультации. В разуменской на десятой неделе ей отказали — большой поток или врача нет. Она едет в стрелецкую, а там ей говорят: «Мы делаем аборты только до десяти недель». И она попадает ко мне в 11 недель и четыре дня беременности. И она знает точно, что будет прерывать беременность. Но ребёнку же надо объяснить, что аборт лучше всего делать в шесть–восемь недель, и если у тебя уже девять недель, то бегом беги, сдавай анализы. В 12 недель уже осложнений больше. И только по моему звонку, когда я прошу её принять, ибо она за деньги по договору пойдёт, её принимают. А сама она бегает по больницам, её никто не принимает и не даёт направление, потому что никто не хочет чужому пациенту не со своего участка давать направление и потом писать этот аборт к себе в статистику, а время идёт. Вот и доходилась. Пока не позвонишь, не упросишь.

«Если видят на УЗИ уже девятинедельный плод, а девушка не хочет ребёнка, её надо брать за руку и вести на аборт, потому что в 12 недель это уже будет калечение здоровья».

— Опытные врачи берутся и в 14 недель делать аборт — в том случае, если сами врачи «пропустили беременность». То есть она ходила, её проверяли, что-то назначали, воспаление лечили, а в конечном счёте выясняется, что там беременность! Делают УЗИ — а там уже 14-недельный плод, а девушке уже столько препаратов вкатили, она столько гормонов получила, что ей и сохранять эту беременность нежелательно. Неизвестно, что там будет. Тогда нужно звонить опытному доктору, который умеет делать аборты на этом сроке, но не все же умеют. А по медицинским показаниям до 22 недель делают, но там всё очень строго».

Читать еще:  Сибирь горит. Чем опасен дым лесных пожаров

«Если раньше проживание малоимущей семьи в общежитии было основанием, то потом эти все приказы пересмотрели. Только если она беременна от наркомана, который состоит на учёте, и если она во время беременности заболела какой-то болезнью — краснухой, например. Но всё это делается только при наличии бумажки. Если она знает, что отец — наркоман, но он на учёте в диспансере не состоит, то никому не докажешь».

— А раньше были более широкие показания даже для медикаментозных абортов — если она не может ребёнка обеспечить или по состоянию здоровья. А сейчас по новому приказу мы можем прервать строго по небольшому списку. Например, если беременность угрожает жизни. Раньше был и социальный фактор — развод был в перечне приказа, мать-одиночка с минимумом зарплаты. В таких случаях беременность прерывали.

Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 3 декабря 2007 года № 736 регламентирует медицинские показания для искусственного прерывания беременности. В их число входят:

  • возраст менее 15 лет;
  • туберкулёз;
  • краснуха;
  • злокачественные новообразования малого таза и органов зрения;
  • лимфомы;
  • сахарный диабет в тяжёлых формах;
  • расстройства дегенеративные, аффективные и связанные с употреблением психоактивных веществ;
  • атрофии;
  • паркинсонизм;
  • дистонии;
  • эпилепсия;
  • каталепсия и нарколепсия;
  • пороки сердца;
  • дыхательная недостаточность;
  • язва;
  • цирроз.

Ничьих детей не бывает

— Сейчас заставляют рожать. Говорят: «Ничьих детей не бывает». Ты можешь родить и оставить государству. Два года назад такая программа у нас разрабатывалась. У нас в районе где-то был пансионат, где находились 20 беременных малоимущих девушек. Все девять месяцев они там жили на государственном обеспечении, наблюдались, рожали, имели право от ребёнка отказаться в пользу государства. То есть ничьих детей не бывает — это «государственные» дети. Но я сама не знаю таких женщин, которые проходят девять месяцев и потом так легко отказываются от ребенка. По-моему, таких и нет. В городском роддоме точно сейчас такого не бывает, хотя раньше много отказников было. Сейчас если только она приехала откуда-то (с Украины, например), родила и сбежала из роддома. Но это же катастрофа, её же будут искать потом.

Всему своё время

— Недавно у нас на приёме была девочка молодая, 24 года, её мама привела. У неё настолько выраженный токсикоз, что она сидеть не могла, лежала на коленях у матери. Ей настолько было плохо, что ситуация (24 года, первая беременность) не вызвала вопросов по отговариванию её: она начала рваться прямо у меня в кабинете. Есть же состояние, при котором женщина просто не может перенести беременность. Могли ведь в поликлинике взять у неё анализы на ацетон и не заставлять её сдавать все анализы в течение двух недель и потом выдерживать неделю «тишины». Её мама говорит: «Сделайте хоть что-нибудь. Помогите. Нам в поликлинике сказали, что без медицинских показаний аборт будет стоить 20 тысяч». Кто такую цену назвал — не знаю. Но по показаниям она бы не перенесла эту беременность из-за такого токсикоза. Ребёнок ведь для мамы — это чужеродный белок, организм начинает выделять ацетон и идёт самоотравление. Тогда надо либо капать беременную всё время, чтобы «разводнять» её, либо прерывать беременность.

В поликлиниках не хватает времени

— В поликлиниках некогда беседовать с пациентами. На приём выделяется 12 минут. Под дверью стоят толпы. Нет нормального управления лечебным процессом. У власти стоят люди, которые работают на пяти работах, ведут приёмы в частных клиниках, у них нет времени на приём обычных пациентов в муниципальных клиниках. И все это знают, но ничего не делают.

«Я считаю, что любую женщину можно за девять месяцев наблюдения оценить — оценить, как она будет рожать. Можно оценить её психологию: что от неё можно ожидать при родах. Ведь от поведения при родах зависит здоровье ребёнка. Бывают очень сложные роды из-за болевого синдрома — у нас же не научились обезболивать, как за границей, у нас натуральным путём рожают. За границей — обезболили, она ничего не чувствует и здорового ребёнка рожает. А у нас женщины продолжают рожать по принципу «терпи». И у одной можно понять, какой болевой синдром и как она будет рожать, будет слушаться, дышать. А другая будет невменяемая и будет орать, её надо будет бить по щекам, приводить в чувство. И поэтому ещё на этапе беременности нужно определять, где ей рожать — в роддоме или в перинатальном центре. Нельзя почитать отзывы в интернете и определить, какой врач лучше. Должна быть некая взаимосвязь и понимание у беременной с врачом».

Кстати

С конца мая 2014 года в Шебекинском и Грайворонском районах был запущен пилотный проект «Шаг за шагом — вместе», который нацелен на индивидуальный подход к каждой беременной. С будущими мамами заключали специальный договор на индивидуальное обслуживание, по которому весь срок их наблюдения в женской консультации с момента первой консультации до послеродового периода их вёл один доктор. Губернатор Евгений Савченко дал поручение запустить этот проект во всех районах Белгородской области до конца 2015 года.

Не надо торопиться

— Бытует мнение, что девственницы старше 30 лет будут иметь сложности при зачатии ребёнка. Это миф. Всё будет хорошо и даже лучше — меньше инфекций. Отношения должны быть только обдуманные, постоянные, иначе есть риск инфицирования.

«При планировании беременности надо пройти флюорографию, полечить зубы, сдать анализы на инфекцию, чтобы потом сюрпризов не возникало. И пить фолиевую кислоту как профилактику пороков развития».

— Девочкам, которые осознанно планируют беременность и ходят на обследования, в среднем 30 лет. Если раньше уговаривали, что лучший детородный возраст — 25, то сейчас уже никого и не уговоришь. Больше рожают в тридцать, потому что хотят сделать карьеру, хотят, чтобы у них всё было, а потом только идут рожать. Хотят быть обеспеченными. Но я по-прежнему считаю, что лучший возраст — это 25, потому что после 28 лет идут «возрастные первородящие». Тяжелее вынашивать, тяжелее рожать.

Проблема не в абортах

— Женщины, которые имеют детей, лучше устраиваются в жизни, чем те, у которых их нет. У нас сейчас идёт проблема не абортов. Сперма никакая. Сейчас немного абортов — беременность не так легко наступает. Сейчас больше проблем именно с бесплодием. Это не последствия абортов, хотя аборты тоже дают осложнения. Из 100 женщин у восьми будут осложнения — но попадёт ли женщина в эту восьмёрку — неизвестно, никто не хочет сделать ей плохо. Но на каком фоне всё это делается? Инфекций достаточно: вся молодёжь лечит хламидию и уреаплазму. То есть это уже неблагоприятный фон, как бы мы женщину ни санировали, ни готовили, это уже будет эндометрит после аборта. А вот в плане того, что мы не можем получить беременность, работает бесплодный фактор и по статистике мужской уже преобладает над женским.

«35 лет назад была следующая статистика: 25 процентов — мужское бесплодие, 75 процентов — женское. Сейчас наоборот: 30 процентов — женское, 70 процентов — мужское. Почему так? Курение, пиво это бесконечное. А работа? Сейчас молодёжь или эмоционально затрачивает много энергии и некогда думать, что там со сперматозоидами происходит. Парни эмоционально выгорают. Ненормированные рабочие дни и так далее. ».

— Или другая категория. Видели, сколько мужиков плитку кладут? Они же на солнце постоянно, на солнечных лучах. Они же перегреваются, «перекипают». И излучение от всей мобильной техники — они же увешаны ею: тут айфоны, тут айпады. Так что нельзя говорить, что аборты у нас тормозят рождаемость. Бесплодие надо лечить, чтобы получить нормальные показатели рождаемости.

Точка зрения

Белгородская митрополия в течение пяти лет ведёт работу с женщинами, решившими прервать беременность. Священник Иоанн Залога рассказал «Фонарю», как они отговаривают от абортов.

— В первую очередь, выясняются причины такого решения. Если это социальный фактор — нет денег на содержание ребёнка, будущий так называемый отец бьёт, родители из дома выгоняют, то женщине предлагается антикризисная помощь. Она может пожить в приюте, где бесплатное проживание и питание. Таких социальных приютов у нас в области три: один в Старом Осколе и два в Белгороде, вместимостью 15–20 человек. Также есть детский центр материальной помощи для уже родивших, когда требуется помощь при взращивании грудничка.

«Если же на решение влияет психологический фактор, то мы рассказываем про постабортный синдром. И про то, что это, в общем-то, грех».

— Но мы не навязываем своё мнение. С каждой женщиной помимо священника общается и социальный работник, и психолог. Идея в чём: мы оказываем помощь, если женщина хочет сохранить беременность. Наша задача — проинформировать о возможностях помощи. И ещё рассказать о последствиях, что могут и матку задеть, что может всё закончиться бесплодием.

«Нужно объяснять, что преждевременное прерывание беременности — это не прививку сделать и не прыщик удалить. А если женщина не хочет менять решение — ради Бога. Это её выбор».

Справка «Фонаря»

На заседании коллегии департамента здравоохранения и социальной защиты населения области в марте 2015 года заместитель губернатора Белгородской области Елена Батанова рассказала, что в 2014 году «благодаря работе специалистов, удалось сохранить 1,2 тысячи детей».

— Женщины отказались от мыслей об аборте. Нам необходимо сохранить каждую детскую жизнь, каждую беременность. Естественно, если это не противоречит медицинским показаниям.

Цифра «Фонаря»

По данным Белгородстата в 2014 году в Белгородской области родилось 17 822 ребёнка — на 61 младенца меньше, чем в 2013 году.

Читать еще:  Тест о коронавирусе. Говорим об эпидемии правильно

Мы ждали от карантина бэби-бум. А получим рекорд по абортам и разводам, как в 90-х

Кризис никогда к рождаемости не подталкивает. Люди, которые планировали заводить детей, сейчас, скорее всего, отложат это Фото: Shutterstock

УБИЙСТВО ПО ТЕЛЕФОНУ

Только ленивый еще не наванговал: «Бизнесу в России — карантинный кирдык!» Кафе, парикмахерские, турфирмы простаивают, доходов нет, зарплаты работникам платить не из чего. Люди отбывают каникулы строго режима. Но мало кто задумался, что карантин ударит не только по бизнесу, но и по многим российским семьям. А еще — по рождаемости.

Когда вся коронавирусная заварушка только начиналась, на мыльных и политических ток-шоу эксперты умилялись: «Выйдут с карантина девчонки пузатенькие. И мы нашу демографическую яму заполним. Чем людям еще заниматься на карантинных посиделках? Будут деток стругать!» Как бы не так. Тревогу бьет фонд по борьбе с абортами «Женщины за жизнь». Что это за организация? Православные волонтеры через соцсети и жалобы родственников находят барышень, которые собираются прервать беременность. И отговаривают их. Обещают горе-мамочкам помощь. Боишься рожать? Дадим психолога! Нет денег? Поможем, прокормим!

Все началось с одного СМС от лидера фонда Наташи Москвитиной: «Мы пашем, как никогда. Число женщин, которые хотят аборта, выросло в несколько раз!» Созвонились с Наташей.

— Выйти из дома и сделать аборт в клинике страшно — можно заразиться коронавирусом. Теперь звонят врачу, — объясняет Москвитина. — Доктор девочкам подсказывает, как сделать аборт дома: какие таблетки купить. За последний карантинный месяц только у нас было 200 обращений. Сохранить удалось 78 беременностей. И мы вышли на одну из крупнейших цифр по абортам за последние несколько лет.

Обычно есть критические точки в году. Первая — январь. Когда после корпоративов, новогодних праздников случается порочное зачатие. Боятся, что муж узнает или просто рожать не хотят. И женщины делают аборты. Вторая точка — август. Это конец отпускного сезона. Где-то на отдыхе был курортный роман. А теперь мы, похоже, получили третью критическую точку. Но у нас нет реальной статистики по абортам. Мы не знаем, сколько их провели в частных клиниках. Мы не знаем, скольким девочкам выписали таблетки для прерывания беременности. По ощущениям — рекордно много.

Почему идут на аборт? Какие главные страхи у женщин? В фонде по борьбе с абортами говорят, что первая сегодня причина — нет моральной поддержки Фото: Shutterstock

НИЩЕТА В ГОЛОВЕ

Почему идут на аборт? Какие главные страхи у женщин? В фонде по борьбе с абортами говорят, что первая сегодня причина — нет моральной поддержки. Женщина чувствует себя брошенной, и ей не на кого опереться. Вторая — болезнь: подхвачу злополучный коронавирус, и ребенок вырастет инвалидом или умрет. И только на третьем месте — не хватит денег.

— Чаще всего с девочками достаточно поработать психологу. Чтобы он все разложил в их головах по полочкам и успокоил, — объясняет Москвитина. — Вот история. У семьи хороший доход, последние айфоны у всех, квартира. Но боятся, что потеряют этот уровень жизни после рождения очередного ребенка — так часто бывает в Москве. Девушка упала в обморок в аптеке. Окружающие привели ее в чувства, вызвали «скорую», потом позвонили к нам в фонд. Когда девушка пришла хотела купить абортивные таблетки. Говорит, нет денег прокормить ребенка. Когда мы начали ей помогать, то выяснили — семья даже очень обеспеченная. Это ее понимание нищеты — лишний раз не слетать на море.

Чего греха таить, большинство семей, скажем чиновничьим языком, неблагополучные. Именно там хотят сделать аборт.

— Как бывает чаще всего? У женщины уже трое детей. Беременна еще одним. Живет в частном доме-развалюхе. Муж бросил. Первое желание — сделать аборт. Тогда наши волонтеры берут семью под опеку. Мы привозим продукты, одежду. Психолог ведет консультации, — говорит Москвитина.

Но тайные последствия у абортивного бума ужасны. Они аукнется на здоровье через 15-20 лет.

— Мы постоянно проводим консультации с лучшими врачами. Через 10-15 лет после аборта большинство столкнутся с онкологией. Первые гормоны, которые включаются у женщины, после того как она узнает, что беременна, это гормоны молочной железы. Если уничтожить плод, то гормоны в один день никуда не исчезнут, они все равно продуцируются еще какое-то время. И через 5-10-15 лет женщина, забыв про свой аборт, получит онкологию. Это подтвержденный факт, о котором не хотят говорить врачи, делающие аборты, — пояснила Москвитина.

Количество разводов, конечно, поднимется. Это уже психологический кризис Фото: Shutterstock

«МЫ ВЫМИРАЕМ»

И прогнозы демографов не утешительны. Кризис никогда к рождаемости не подталкивает. Люди, которые планировали заводить детей, сейчас, скорее всего, отложат это.

— Думаю, до двух раз сократится рождаемость в следующем году. То есть, мы можем выйти на показатели ниже рекордно низкого 98-го года, — поделился своим прогнозом с «КП» демограф Владимир Тимаков. — Это при условии, что кризис затянется до конца года, что эпидемия быстро не уляжется и карантин в том или ином виде будет продляться. В таком случае мы можем приблизиться к сокращению количества рождений до 1 миллиона за год. В прошлом году у нас было примерно 1,6 миллиона. Мы ожидали, что в этом году хотя бы удержится эта цифра, благодаря мерам демографического стимулирования.

При этом за год в России умирают 1,8 миллиона человек. Если эпидемия и кризис не остановятся, рожать люди не захотят, отложат это до лучших времен. Значит, население страны продолжит сокращаться.

— Мы и так имеем естественную убыль 385 тысяч за год. Тогда сокращение населения еще увеличится. То есть мы получим не только эхо 90-х, но впоследствии еще и коронавирусное эхо. Сократится число молодежи. Через 20 лет мы получим мало молодых людей, которые придут работать. И снова встанет вопрос с обеспечением пенсионеров, еще дальше придется отодвигать пенсионный возраст. Много и других минусов. Нежелательно иметь сокращение населения, если народ хочет существовать вообще.

Демограф прогнозирует, что мы увидим зашкаливающее число разводов.

— Количество разводов, конечно, поднимется. Это уже психологический кризис. У нас нет вообще аналогов ситуации, которую мы сейчас проходим, мы сейчас это впервые изучаем. Но причины две. Первая, банальная: люди сидят вдвоем, замкнутые. Понятно, измены и все остальное вылезет наружу, это невозможно будет скрыть. Во-вторых, психологический стресс будет от длительного пребывания вдвоем. В семье не все к этому готовы, им какая-то разгрузка нужна, какая-то свобода. А тут они будут постоянно видеть друг друга, конфликтовать. В Китае уже ощутили, что частота разводов увеличилась, в провинции Хубэй (которая была изолирована как эпицентр распространения коронавируса, — ред.) непосредственно, где они сидели в наиболее жестком карантине.

А ЧТО ДЕЛАТЬ?

Жути прогнозисты нагнали. Но как из этой напасти выкарабкиваться? Чтобы семью сохранить в этой домашней тюрьме? Об этом мы спросили психолога и священника Александра Гаврилова.

Совет №1: А идти ли на аборт?

— Когда ко мне приходили люди на консультации или на исповеди, я всегда слышал только благодарность самим себе: как здорово, что они не допустили эту глупость. Потому что они видят детей, уже взрослых детей, которые могут им помогать, радуют их сердце. Всегда в будущем родители довольны историей о том, что они смогли противостоять этим искушениям.

Да, сложные времена. Но в наше время никто не умирает от голода, от холода. Всегда это как-то переживается. А радость от обретения детишек остается. И для многих становится главной в жизни.

Совет №2: Как не разругаться на карантине?

— Самое важное – понять, что если ты разойдешься с человеком, то там с другим, когда сойдешься, будет то же самое. Мы, когда претензии какие-то высказываем другим людям, не осознаем, что на самом деле это претензии наши к себе. Всегда корень зла ищется в чем-то или в ком-то. А надо фокус сместить на себя и посмотреть, что я делаю не так. Тогда очень многие вещи, в принципе, разрешаются. Но это навык. Этому надо учиться. Когда злость, раздражение захлебывает, не видишь границ, очень сложно понять, в чем виноват сам я. А в чем я не прав. Это очень сложно, но можно.

От чего нам плохо дома? Потому что внутри пустота. Займитесь саморазвитием. Учите иностранные языки. Читайте книги. Начните отжиматься и качать пресс. Надо энергию пустить в правильное русло. И время быстро пройдет.

Совет №3: Если дома дети, как сохранить спокойствие и психику?

— Однозначно, спокойствие не получится сохранить. Потому что дети – это выплеск энергии. Они и бегают, и смеются, и плачут. Есть такой совет – с детьми делать физкультуру. Когда они выплескивают в физкультуре энергию свою, им потом легче и заснуть. Проводите 15-минутные утром, днем и вечером тренировки для детей, где они смогут под музыку попрыгать, побегать, подурачиться.

И больше общаться. Потом другого времени, может, и не будет. Опять все начнут соревноваться в зарабатывании денег, в строительстве карьеры. А здесь — идеальное время, чтобы заново познакомиться со своим ребенком.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Ученые назвали три фактора, которые остановят пандемию коронавируса

Исследователи составили прогноз на основе изучения эпидемий “испанки”, атипичной пневмонии и свиного гриппа (подробности)

Еще больше материалов по теме: « Распространение коронавируса в мире »

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector