0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Собрание евреев. Собрание еврейских депутатов в полоцке

Собрание евреев. Собрание еврейских депутатов в полоцке

Ольга Юрьевна Минкина

«Сыны Рахили»: Еврейские депутаты в Российской империи. 1772–1825

Примерно на рубеже 1820–1830-х гг. молодой еврейский поэт Авром-Бер Готлобер написал басню «Депутаты». Сюжет басни довольно прост: лев, царь зверей, отправляется в путешествие по своим владениям, чтобы убедиться, насколько ему повинуются его подданные. Звери в лесу переполошились, предстоящий визит льва воспринимается как стихийное бедствие. Представлять подданных перед львом должен осел, возводящий свое происхождение к тому ослу, на котором ездил сам праотец Авраам, и к известной Валаамовой ослице. Осел этот был главой звериного кагала, ученым талмудистом и знатоком «святого языка». Осел призвал к себе на помощь остальных членов звериного кагала: быка, лошадь, медведя, волка и собаку. Все это увидел лисенок, «умный мальчик». С трудом сдерживая смех, он обратился к собранию:

Вы что, с ума сошли? Хороших же вы выбрали депутатов! Взгляните хоть на этого осла – он уже повесил нос, а уши у него свисают чуть ли не до земли. А этот конь? На нем уже сбруя и седло, чтобы начальство ездило на нем верхом. Как они все предстанут перед львом? Никто из них не знает, как надо говорить с царем. Вам нужен достойный депутат, который знает, как рассудить, который умеет, где надо, схитрить, и к тому же хорош собой и во всех отношениях приятная особа. Откройте глаза и посмотрите, кто стоит рядом с вами!

Не успели звери сообразить, что означает эта речь, как вдали показался козел с белой как снег бородой. И стоит себе, как кошерный[1]. Все глаза обратились к нему: «Вот этот годится нам в депутаты!» Звери подхватили козла и отправились в путь.

Увидев их, лев сразу понял по их ужимкам, что это депутаты. Конь от страха начал чихать, осел прочищал нос, бык выпучил глаза, медведь расправил плечи и вытянул лапы, волк и собака поджали хвосты и всем своим видом показывали, что уже собираются уходить. Только козел гордо стоял впереди, покачивая то правым, то левым рогом, и важно поглаживал бороду. Он пытался что-то сказать, но что – лев так и не понял. Лев обратился к остальным депутатам, поднялся невообразимый шум. Лев отвернулся и велел вытолкать всех прочь[2].

Насмешка над депутатами – официальными представителями еврейского населения перед властью – оставалась, однако, уделом немногочисленных просветителей (маскилим). Для многих современников и потомков фигура депутата была окружена героическим ореолом. В документах, исходивших из среды еврейской общинной элиты, депутаты уподоблялись библейским героям – Иосифу Прекрасному, царю Саулу и Мордехаю. Эти три персонажа были соединены в еврейской традиции происхождением от праматери Рахили. «Сыны Рахили – испытания их одинаковы и величие их одинаково»[3] – гласит комментарий к Книге Есфири[4].

Представителям российской правящей бюрократии депутаты казались то источником потенциальной опасности – руководителями «еврейского заговора», то удобным инструментом управления еврейским населением, способным по приказу властей изменить религиозные законы, определявшие жизнь евреев в городах и местечках Западного края.

Изображение еврейской депутации в трудах историков также зачастую определялось скорее идеологическими конструктами, нежели анализом источников.

Одной из первых работ, в которой затрагивался сюжет о еврейских депутатах, была написанная на древнееврейском языке ученым и общественным деятелем Ш.И. Фином книга «Kiria nää’māna»[5], представляющая собою очерк истории еврейской общины Вильно. Согласно Фину, главным препятствием деятельности депутатов оказались культурные различия между депутатами и их аристократическим окружением в Петербурге. По мнению Фина, если бы депутаты имели европейское образование, они сумели бы воспользоваться императорской милостью на благо современников и потомков[6]. Последнее заключение было связано с распространенным в тот период среди образованных евреев убеждением, что все трудности, испытанные евреями при интеграции в европейское общество, объяснялись легко устранимыми культурными различиями между евреями и их окружением.

Развитие еврейской историографии на русском языке в 1870-е гг. было связано, в числе прочего, с попытками еврейской интеллигенции повлиять на российское общественное мнение. Влияние «государственной» школы российской историографии, юридическое образование первых исследователей еврейской истории, характер доступных материалов привели к тому, что предметом изучения стала в первую очередь история российского законодательства о евреях. Один из ведущих представителей данного направления, юрист и публицист И.Г. Оршанский, затронул вопрос о депутатах в работе «К истории “Положения о евреях” 1804 г.» Согласно Оршанскому, депутаты «не дерзнули просить коренных улучшений в быту евреев», поскольку прекрасно осознавали утопичность такого рода требований[7].

Иной характер имело обращение к истории еврейских депутаций членов Комиссии по устройству быта евреев. В подготовленной для нее справке «Краткое обозрение правительственных мер по еврейскому вопросу в России» негативная оценка деятельности депутатов 1802–1804 гг. опиралась на «Записки» Г.Р. Державина. Инициатива избрания депутатов приписывалась в справке «кагалам», стремившимся с помощью подкупа, а также мер более экзотических, таких как наложение проклятий на членов комитета, приостановить разработку еврейской реформы[8].

Отрицательное отношение к еврейскому представительству, ярко выраженное в данной справке, прослеживается и в практических действиях комиссии. В 1872 г. была отвергнута инициатива еврейского купечества Виленской, Ковенской и Гродненской губерний, предлагавшего, со ссылкой на участие еврейских депутатов в деятельности виленской комиссии по устройству быта евреев в 1869 г., привлечь еврейских депутатов к работе «правительственных учреждений, рассматривающих еврейский вопрос»[9]. Определенную роль в провале этой инициативы сыграло мнение министра внутренних дел А.Е. Тимашева, отметившего на полях представленного ему прошения еврейских купцов: «Это и в самом деле жидовский парламент!»[10]

В ходе работы Высшей комиссии для пересмотра действующих о евреях в империи законов (1883–1888 гг.) членом комиссии Н.Н. Голицыным было подготовлено обширное исследование российского законодательства о евреях. Политика Екатерины II и Александра I по отношению к евреям была охарактеризована Голицыным как излишне либеральная. В этом контексте рассматривалась деятельность якобы поощрявшихся при этих царствованиях еврейских депутатов. «Происки» поверенных, воспользовавшихся благоприятным моментом и неосведомленностью администрации в еврейских делах, согласно трактовке Голицына, якобы определили исключительно благоприятный для евреев характер указа о правах евреев 1786 г.[11]

К депутатам 1802–1804 гг., вызванным Первым еврейским комитетом «в качестве сведущих людей»[12], прилагаются более пространные и более резкие характеристики, нежели к членам депутации 1785–1786 гг. Впервые в литературе появляется противопоставление европейски образованных петербургских евреев, имевших определенное влияние на ход работы комитета, и еврейских депутатов, прибывших из западных губерний[13].

Ольга Минкина — «Сыны Рахили». Еврейские депутаты в Российской империи. 1772–1825 читать онлайн бесплатно

После «экономической» части предложенной витебским кагалом программы следовала «политическая». И здесь члены кагала выказали себя деятельными сторонниками еврейской автономии. Они выдвинули ставшее в дальнейшем традиционным для части представителей еврейства требование, «дабы кагал был почтен в равенстве с магистратом»[169]. Кагал также просил предоставить евреям судебную автономию, «дабы выбранные всем обществом ученые судьи, судящие по правам и законам наших учителей синагоги, основленных на законе божии, данном нам чрез великого пророка Моисея, могли б поступать с ослушниками по правам, им предписанным, правительство покорнейше просим дать оным руку помощи»[170].

Сохранившиеся документы предоставляют возможность представить себе не только позицию кагала, но и настроения «оппозиционных» кругов. В тот же день, что и изложенный выше проект членов кагала, в Витебскую губернскую канцелярию было подано «доношение еврейского общества от жителей, не имеющих участия в собрании кагальском»[171]. В отличие от членов кагала, стремившихся объяснять все недостатки еврейской жизни притеснениями извне, «оппозиционеры» сосредоточили свое внимание на конфликтах внутри самого еврейского общества, связанных в первую очередь с тем, что «кагал наш состоит почти весь из ближних родственников»[172] в количестве двадцати семи человек, несправедливо распределяющих подати. Другой вызывавший постоянные нарекания общинный институт – «братство погребателей мертвых, под ведомством которых находится кладбище». Оно «может по своим прихотям наложить на бедного сообщника, плачущего по умершей ближней своей родни [sic!], за землю денег по прихотям своим, не давая никому никакого ответу, ни же отчету в собранных деньгах»[173]. Вдобавок члены погребального братства, по крайней мере в Витебске, одновременно являлись членами кагала. Для исправления существующего положения авторы проекта предлагали запретить избирать в кагал родственников до четвертого колена, обеспечить ротацию членов кагала, чтобы одни и те же лица не избирались каждый год, ограничить наложение податей и сборов, предоставить ремесленникам «голос в собрании кагальском», а раввинам и даянам полную независимость от кагала, установить четкие унифицированные расценки на услуги погребального братства[174]. И наконец, «дабы выбор означенных депутатов в Полоцк для делания в пользу общества других распоряжений был безпристрастный, и оные не обязаны были между собою родством»[175]. Таким образом, в данном документе впервые появляется слово «депутаты», не фигурировавшее в губернаторском циркуляре о созыве собрания уполномоченных от евреев (напомним, что в последнем сущность еврейского представительства была выражена описательно: «Из каждого кагала по четыре человека жидов, знающих в их делах и сведущих обо всем своих сограждан состоянии»[176]).

Читать еще:  Икона Божьей Матери «Всецарица»: надежда для больных раком

5 августа 1773 г. в Витебскую губернскую канцелярию было подано донесение от «еврейского общества мастеровых людей разного звания». Ремесленники излагали драматическую историю витебских хеврот: «Неоднократно мы старались учредить между собою братство для наблюдения в обществе нашем мастеровых всякого порядка, на что едва с большим трудом исходатайствовав позволение от кагала и от прежнего правительства, выбраны были между нами старшины, которые с приставленным от кагала старшиною делали нашему братству разные полезные учреждения»[177]. Но союз с кагалом продолжался недолго: «Чрез несколько времени, незнаемо для каких причин кагал разными насильствами и всякими духовными наказаниями принудил нас уничтожить вышеупомянутое братство»[178]. Далее повторялись жалобы, фигурирующие в предыдущем документе: на несправедливое распределение податей, на то, что «власть кагальская остается всегда между семействами, которые посильнее других», на произвол членов погребального братства, являющихся одновременно членами кагала, на отстранение ремесленников от участия в делах общины[179]. Существенным отличием этого документа от предыдущего является более яркое и подробное описание внутриобщинных порядков. «Такими пренебрежениями от своих однозаконцев, – заключали перечисление допущенных по отношению к ним несправедливостей витебские евреи-ремесленники, – мы столь много обескуражены, что редкий из нас старается войтить подробно в свое искусство… Жаловаться же нам все дороги пресечены были, опасаясь телесных наказаниев, клятвы и удаления с синагоги и от всех святостей, по нашему закону употребляющихся»[180]. Вместе с тем ремесленники поспешили уверить чиновников губернской канцелярии в том, что «намерения наши… не к тому клонются, чтоб освободить [евреев] от власти правления кагала». Напротив того, ремесленники были готовы подчиниться кагалу «с надлежащим подобострастием честных сограждан» и аккуратно уплачивать все подати. Таким образом, предложения витебских ремесленников отличались от радикальных предложений отмены кагала, выдвигавшихся в то же время оппозиционными группами в других общинах[181]. Единственное желание ремесленников заключалось в том, чтобы «избегнуть несносного презрения» и «достигнуть только звания сограждан, имеющих участие в обществе своем»[182]. Далее следует проект преобразования еврейского общества. Пожелание по поводу выборов еврейских депутатов на собрание в Полоцк дословно повторяет аналогичное предложение предыдущего документа, с тем только различием, что является не последним, а первым пунктом в списке рекомендуемых преобразований. В числе прочего предлагалось возродить братства ремесленников и допустить их старшин к участию в делах кагала, установить «независимый контроль» уполномоченных от ремесленников над выборами и расходами кагала, «узаконить, в каком случае и до какой меры власть кагальская и братства погребателей мертвых могут простираться над имением и честию своего сообщника, и, ограничивши их власть, дозволить всему братству мастерскому или частному сочлену с согласия сего ж братства принесть свою жалобу на весь кагал или на одного члена кагальского»[183]. В результате всех этих преобразований «искусство будет ободрено, всякий человек, упражняющийся в каком-нибудь мастерстве, стараться станет иметь в оном совершенное знание, подати плачены будут без роптания и с великою радостию, тогда всякий согражданин известен будет»[184], на что потрачены уплаченные им в кагальную казну деньги. Ремесленники осознавали, насколько опасное дело они затеяли, вступив в конфронтацию с кагалом, и поэтому просили губернское начальство принять их «в свое особливое покровительство, чтоб нам не почувствовать на себе гнев кагальных старейшин»[185].

26 августа 1773 г. губернатор Кречетников издал «Приказ обществу еврейскому». Из текста этого любопытного документа выясняется, что инициатива сбора сведений от евреев и созыва собрания еврейских депутатов в Полоцке, как и следовало ожидать, исходила от генерал-губернатора[186]. Выводы из представленных на рассмотрение губернатора документов были сделаны неутешительные: «…Правление повсеместно столь развратно, что под претекстом религии рабины вымышляют собственные пользы… иногда весь кагал из ближних между себя свойственников составлен… и в своей власти ничем не ограничен» и, что наиболее неприятно для представителя бюрократической системы, «ни о каком отчете никто не мыслит»[187]. Далее губернатор торжественно объявлял об открытии собрания уполномоченных от кагалов: «Все вышесказанные обстоятельства заставили меня призвать в Полоцке с трех кагалов по четыре человека выбранных и надежных людей, чтобы о собственном и своих собратьев благе постарались, не примешивая никакого собственного своего интереса и тому вымыслов, удостоя их сею отличностью, повелеваю приступить к рассмотрению лучшего постановления, которое обуздывало бы еврейский народ властию и тою ль бы каждому справедливость в наивысшей степени доставлялась»[188].

В доступных на данный момент документальных материалах не отражены ни процедура выборов, ни полный состав участников полоцкого собрания. Также неясно, каким образом и где проходили заседания. Известно только, что прения, вопреки обычной практике такого рода комиссий, продолжались недолго, и ровно через месяц, 26 сентября 1773 г., губернатору было подано «покорнейшее доношение» «от находящегося здесь, в Полоцке, еврейского общества собрания, состоящего из выбранных тремя провинциальными кагалами депутатов»[189]: «Мы, нижайше учинивши присягу, старались беспристрастным образом сыскивать полезные способы, которыми бы все беспорядки и неудобства, поныне в кагальных наших правлениях случавшиеся, пресечены были, дабы соблюсти во всем справедливость и человечество [человечность]»[190]. Депутаты составили проект кагальной реформы и предложили его на утверждение губернатору. Проект был составлен на двух языках: русском и древнееврейском. Вариант на древнееврейском, подписанный полоцким и витебским раввинами и депутатами от кагалов, вероятно, не сохранился. Имеющийся в нашем распоряжении вариант на русском языке был написан Беньямином Шпеером и скромно назван переводом версии на древнееврейском, однако есть определенные основания сомневаться в его точности. Во всяком случае, предназначенный для губернатора вариант проекта Шпеер снабдил собственными пояснениями относительно реалий еврейской жизни и отдельным приложением, в котором изложил свою собственную позицию по ряду затронутых в проекте проблем.

Модератор: Mike_m

Полоцк

#1 Дмитрий Широчин » 27 янв 2010, 23:41

Из «Еврейской энциклопедии» Брокгауза — Эфрона:
Полоцк (в русских летописях Полотеск и Полтеск; в латинских документах Polocia, Polocium, Polteshja, Ploskow) — в эпоху польского владычества главный город одноименного воеводства. Имеются указания на пребывание евреев в П. в 1490 г., но первые точные сведения относятся к 1551 г., когда король освободил евреев П. и других городов от сбора «серебщизны». В 1563 г. царь Иоанн Грозный, заняв П., предложил евреям креститься, а когда они, в числе 300 человек, отказались принять христианство, царь повелел утопить их в реке Двине. Ежегодно в день 25 Кислев погребальное братство отправляется за город к холму, где будто похоронены жертвы 1563 г., и поминает погибших (трагическое событие послужило сюжетом дли картины художника И. Аскназия). Вскоре евреи опять встречаются в П.; подтвердительная грамота на магдебургское право 1580 г., между прочим, установила, что евреи не вправе заниматься в П. торговлей, строить и покупать там дома. Эта грамота была подтверждена в 1591 г. королем Сигизмундом III, и еврейское население, таким образом, было вынуждено ютиться на шести свободных плацах, не принадлежавших городу. В 1654 г. казаки, подступая к укрепленному городу, уничтожили еврейское население. Когда прошли годы военных смут, в П. опять образовалось еврейское поселение. Мещане-христиане отправили в 1681 г. послов на сейм в Варшаву, которые жаловались на то, что евреи в последнее время накупили много городских участков, но по-прежнему не платят никаких повинностей; король Ян III приказал евреям впредь вносить налоги наравне с другими мещанами и вместе с тем запретил им приобретать городские плацы, особенно на рынке. — Правовые ограничения, войны, чума, неоднократный голод (1741—1746) — все это препятствовало развитию еврейской общины. В списке литовских кагалов, составленном на Вааде 1623 г., П. не значится, но позже эта община не раз упоминается в связи с разными платежами. В 1765 г. в П. кагале жили 1003 еврея, а во всем Полоцком воеводстве — 6689.
Ср.: Рус.-Евр. Арх., тт. II и III; Регесты I и II; Акты Юго-Зап. Рос., т. I; Сапунов, Витебская старина, т. ΙV; Сборник Имп. Ист. Общ., т. XXXV; Областной Пинкос Литовского Ваада; Graetz в евр. пер. С. П. Рабиновича, тт. VII и VIII; Słownik geograficzny, s. v.; Вил. Центр. Арх., кн. 3633 (бум. Бершадского).
С. К.

Читать еще:  13 человек спасены в Таиланде — как это было

Ныне — уездный город Витебской губернии. По окладным книгам 1787 г. в П. и его уезде христиан-купцов 126; евреев-купцов 159; христиан-мещан 518; евреев-мещан 996. По ревизии 1847 г. в уезде имелись следующие «еврейские общества»: Полоцкое — в составе 7275 душ, Сиротинское — 269 и Бешенковское — 38. По переписи 1897 г. в уезде 141 тыс. жителей, среди них 17 тыс. евреев; в том числе в П. жителей 20294, среди них 12481 еврей. Из уездных поселений, в которых не менее 500 жителей, евреи представлены в наибольшем процентном отношении в Сиротине: жителей 1998, среди них 1766 евреев. В П. имеются (1910 г.): казенное одноклассное мужское еврейское училище с ремесленным отделением и талмуд-тора. (В 1837 г. полоцким купцам и мещанам христианского исповедания были предоставлены различные льготы, которые не были распространены на евреев.) — В эпоху религиозной борьбы между хасидами и их противниками П. был одним из центров хасидского движения в Белоруссии. Известный цадик р. Израиль из Полоцка, ученик р. Доб-Бера Межеричского, — один из наиболее активных пропагандистов хасидизма не только в Белоруссии и Литве, но также на Украине и в Палестине (до сих пор в П. указывают дом на окраине города, где он жил). Во время ареста р. Шнеура Залмана хасиды П. принимали деятельное участие в хлопотах об освобождении последнего. Из деятелей хасидского движения в П. отметим выдающегося талмудиста р. Натана, бывшего раввином в П., р. Илию Иосифа из Дрибина, бывшего некоторое время раввином в П., р. Шнеура Залмана Фрадкина — крупного талмудиста, автора респонсов «Торат Хесед». Из талмудистов П. упомянем р. Элеазара Баркана, автора сборника респонсов «Мишнат де Рабби Элиезер», и р. Залмана Пинскера, бывшего затем духовным раввином в Херсоне.

Re: Полоцк

#2 Дмитрий Широчин » 27 янв 2010, 23:46

Цветные фотографии Полоцка начала XX века, сделанные С.М.Прокудиным-Горским.

Их не много; не знает ли кто, где можно увидеть другие старые фото Полоцка?

GENEALOGIJA ir ISTORIJA, UAB. «Мои»: Гойхман (Рашков), Марголис (Двинск, Вильна), Устрайх (Витебская губерния), Тейтельбаум (Полоцк), Рапопорт (Лепельский уезд, Двинск), Кельман (Кишинев)

Re: Полоцк

#3 Дмитрий Широчин » 27 янв 2010, 23:59

Основные, известные мне, источники генеалогической информации по Полоцку:

фонд 1430, опись 1, дело 54041 Списки евреев Полоцка мужескаго пола (1874)
фонд 2502, опись 1, дело 179 Списки домовладельцев-евреев города Полоцка (1869)
фонд 2520, опись 1, дело 28 Книга негильдейских торговых предприятий, подлежащих раскладочному сбору по Полоцку и уезду (1895)
фонд 2520, опись 1, дело 29 Книга гильдейских торговых предприятий по г. Полоцку (1895)
фонд 2520, опись 1, дела 42-44 Общий список торговым и промышленным заведениям по городу Полоцку. Части 1 — 3 (1897) В начале дела 44 алфавитный указатель фамилий по делам 42-44
фонд 2520, опись 1, дело 153 Реестр торговых предприятий по Полоцку (1912)
фонд 2520, опись 1, дело 155 Реестр торговых предприятий по Полоцку (1915)
фонд 2732 (Полоцкий еврейский кагал), опись 1, дела 5 — 16 Метрические книги еврейского общества за 1826-1840 гг.

GENEALOGIJA ir ISTORIJA, UAB. «Мои»: Гойхман (Рашков), Марголис (Двинск, Вильна), Устрайх (Витебская губерния), Тейтельбаум (Полоцк), Рапопорт (Лепельский уезд, Двинск), Кельман (Кишинев)

«Поверенные от белорусского еврейского общества» 1785–1786 гг.

В первых числах марта 1785 г. Екатерина II удостоила аудиенции двух евреев, именовавших себя «поверенными белорусского еврейского общества»[202]. Один из них, Цалка Файбишович, второй гильдии купец из Витебска, был к тому времени уже известен в присутственных местах Санкт-Петербурга своими настойчивыми ходатайствами о возмещении причиненных ему российской администрацией убытков. Первое известное нам упоминание о Файбишовиче относится к 1764 г. Он фигурирует в числе девяти «старших евреев Витебского кагала» в заемном обязательстве, данном витебским кагалом И. и Б. Козейкам[203]. В мае 1772 г. Файбишович, при неизвестных обстоятельствах лишившийся своего высокого поста и потому именующийся просто «обывателем витебским», упоминается в числе злостных должников кенигсбергского коммерсанта Хаима Фридлендера[204]. При этом финансовое положение Файбишовича было не столь плачевным, как у некоторых его бывших «коллег»[205]: его недвижимое имущество состояло из трех деревянных домов, нескольких каменных погребов, сараев, лавок и амбаров и прочих хозяйственных строений. В 1773 г. при перестройке Витебска по новому «высочайше апробованному» плану все принадлежавшие Файбишовичу строения были снесены для устройства городской рыночной площади, в результате чего Файбишович и его семья были, по его словам, доведены «до крайнего убожества и нищеты»[206]. Файбишович попытался перенести свою коммерческую деятельность в соседнюю Могилевскую губернию: в мае 1774 г. могилевская губернская канцелярия передала ему на откуп конские сборы за 2420 рублей в год, несмотря на то, что месяцем ранее эти сборы на официальных торгах были отданы на откуп другому купцу. Жалобы последнего по указанию императрицы рассматривались в Первом департаменте Сената в августе 1776 г. Чиновников губернской канцелярии и самого могилевского губернатора М.В. Каховского приговорили к штрафу, а откуп был оставлен за Файбишовичем[207], который к тому времени снова занял должность в кагале, правда, теперь он оказался на более низкой ступени кагальной иерархии. Он стал секретарем витебского кагала и хранителем пинкаса, т. е. владел секретной информацией о доходах и расходах кагала, причем пинкас хранился у него дома. В феврале 1778 г. Файбишович оказался замешанным еще в одном скандале. Правда, в отношении этого эпизода мы вынуждены полагаться на изложение Е.К. Анищенко, которое, как уже было показано в предыдущем параграфе, не всегда отличается точностью. В ноябре 1777 г. витебский кагал обратился с прошением к полоцкому губернатору А.В. Нарышкину: члены кагала хотели, чтобы дела о долговых обязательствах между христианами и евреями в нижних земских судах разбирались в присутствии поверенных от кагала. Их ходатайство было удовлетворено, и в феврале 1778 г. витебский еврей Литман Беркович отправился в суд с жалобой на своих должников – шляхтича А. Зарянку и мещанина Я. Боярского. Файбишович сопровождал его в качестве представителя кагала. Евреи попытались занять стулья рядом с судьями. Последние, принадлежавшие к шляхетскому сословию, были оскорблены таким «нахальством» и выгнали евреев. Беркович и Файбишович, по версии членов суда, при этом сопротивлялись и «совсем противные чести присутствующих делали изъяснения», а по версии кагала, вышли «добропорядочно, поклонясь со всякою учтивостью». Характерно, что свое поведение члены суда мотивировали не законодательством, а «общенародным обыкновением», т. е. обычным правом. В результате по распоряжению вице-губернатора Беркович попал на сутки под арест, а Файбишович отделался выговором[208]. В том же 1778 г., 16 октября, Файбишович был избран одним из двух глав витебского кагала и, таким образом, снова занял место на вершине общинной иерархии[209].

Читать еще:  Наша религиозность может быть угрозой для детей

Полоцк

, город в Республике Беларусь (см. Белоруссия), районный центр Витебской области Основан в 9 в. По некоторым данным, евреи начали селиться в Полоцке (находившемся в то время на территории Польши) во второй половине 15 в.

В 1509 г. сборщиком налогов в городе был крещеный еврей Авра хам Езофович (см. Литва), в 1525 г. — его брат Михель, в середине 16 в. — еврей по имени Феликс. Однако первые точные сведения о проживании евреев в Полоцке относятся к 1551 г., когда город был назван в списке еврейских общин Польши, освобожденных от уплаты подворного налога — «сребрщизны» (см. Налоги). В 1563 г., в ходе Ливонской войны, Полоцк заняли русские войска, и царь Иван Грозный распорядился, чтобы все евреи города приняли крещение (см. Крещение насильственное); отказавшихся выполнить этот приказ (примерно 300 человек) утопили в реке Двине. До начала 1920-х гг. в Полоцке ежегодно в день расправы — 25 кислева (см. Календарь) — траурная процессия направлялась к холму за городом, где, по преданию, были похоронены погибшие евреи.

В 1579 г. Полоцк вновь перешел под власть Польши, и евреи начали возвращаться в город, но уже в 1580 г. им было запрещено приобретать здесь недвижимость и вести торговлю, что вынудило их селиться главным образом за городской чертой. Возможно, по этой причине полоцкая община не упомянута в списке кагалов, составленном Литовским ва‘адом в 1623 г., хотя несколько позже еврейская община города не раз упоминалась в различных документах. В 1654 г. подступившие к Полоцку отряды Б. Хмельницкого разгромили незащищенные предместья; при этом погибло много евреев. С 1654 г. по 1667 г. Полоцк находился под властью России; оставшиеся в живых евреи были изгнаны. После передачи города Польше община была восстановлена и значительно упрочила свои экономические позиции: уже в 1681 г. христиане — жители Полоцка жаловались в польский сейм на евреев, скупавших в городе дома и земельные участки (в ответ король Ян III Собеский приказал евреям платить муниципальные налоги, от которых они ранее были освобождены). В первой половине 18 в. непродолжительный расцвет еврейской общины Полоцка сменился упадком, вызванным частыми войнами, эпидемиями, голодом и многочисленными правовыми ограничениями. В 1765 г. в городе жили лишь 1003 еврея.

В 18 в. Полоцк стал крупным центром хасидизма: здесь, в частности, жил видный ученик Дова Бера из Межирича — рабби Исраэль из Плоцка (умер около 1785 г.), один из инициаторов переселения группы белорусских (в том числе полоцких) хасидов в Эрец-Исраэль в 1777 г. (см. Земля Израиля (Эрец-Исраэль). Исторический очерк. Период османского владычества).

В 1772 г. в результате первого раздела Польши Полоцк отошел к России. В 1780 г. жившие в городе евреи-торговцы были уравнены в правах с христианами, однако в 1794 г. против евреев Полоцка вновь был принят ряд дискриминационных мер. С конца 18 в. до начала 20 в. еврейское население города быстро росло: с 1155 человек в 1787 г. до 2600 в 1815 г. (56,3% всего населения), 7275 человек в 1847 г., 12 481 человек в 1897 г. (61,5% всего населения) и 19 252 человека в 1910 г. В начале 20 в. общине Полоцка принадлежали 23 синагоги и талмуд-тора; в городе было также казенное еврейское училище. Евреи Полоцка активно участвовали в политической жизни, оказывая поддержку различным партиям, прежде всего Бунду. В то же время, с конца 19 в. Полоцк, где находились несколько православных монастырей и кадетский корпус, превратился в своеобразный центр антисемитизма. В октябре 1905 г. в городе произошел погром; попытка организовать еврейскую самооборону была пресечена властями.

С установлением в Полоцке советской власти (1918) еврейские общинные учреждения были взяты под контроль и постепенно упразднены. В результате выезда большого числа евреев в другие районы страны (главным образом в крупные промышленные центры), а также в США и Эрец-Исраэль, еврейское население города сократилось к 1926 г. до 8186 человек (32% всего населения). С захватом Полоцка немецкими войсками (16 июля 1941 г.) в городе и его окрестностях начались массовые расстрелы евреев. В декабре 1941 г. около восьми тысяч евреев из Полоцка и близлежащих местечек были согнаны на территорию кирпичного завода на окраине города и вскоре уничтожены.

В первые послевоенные годы в Полоцк вернулись около трех тысяч евреев, однако в 1950–60-х гг. (в особенности после упразднения Полоцкой области в 1954 г.) многие из них переехали в Витебск, Минск и Ленинград (см. Санкт-Петербург). В 1970 г. численность еврейского населения Полоцка составила 550 человек, в 1986 г., по некоторым данным, — около тысячи человек. Несколько сот евреев жили в городе-спутнике Полоцка — Новополоцке. Синагоги в городе нет. До начала 1980-х гг. в частном доме собирался миньян.

ОБНОВЛЕННАЯ ВЕРСИЯ СТАТЬИ ГОТОВИТСЯ К ПУБЛИКАЦИИ

Собрание евреев. Собрание еврейских депутатов в полоцке

Экскурсовод Лариса Яцкевич и заведующая Краеведческим музеем Ирина Воднева подготовили для gorod214.by небольшой гид по Полоцку в контексте истории еврейской общины города. Давайте по-новому взглянем на знакомые здания.

Это здание табачно-махорочной фабрики Янкеля Ривлина. Фабрика была основана в 1882 году, там трудилось около 100 человек. Рабочие фабрики приняли активное участие в революционных событиях 1905 года. В 1920-е годы в здании разместилась пожарная служба. Сегодня оно в ведомстве МЧС.

Каменная постройка конца XIX века. В годы советской власти в здании размещалась шестая еврейская школа, директором которой являлся А. Хейфец. Сегодня здесь территориальный центр социального обслуживания населения.

А тут в наше время расположена Полоцкая детская художественная школа. В начале 20 века, когда здание было построено, там размещалось второе полоцкое 4-классное городское училище (директор А. Дорош), а в 1930-е годы — третья семилетняя еврейская школа.

«Гранд Отель» . Именно так называлась гостиница купца Бакаева в начале 20 века, в одном из номеров который жил известный врач Ольденбург. Во время Первой мировой войны в здании было немецкое казино, в советское время — торгово-технологическое училище, а сейчас его приобрели частные владельцы .

Каменная постройка конца 19 — начала 20 века. До революции здесь располагался Бейт-Мидраш или Дом учения — место изучения Торы, Талмуда и других еврейских книг.

В нынешнем здании ЖКХ ранее находилась еврейская больница Минца. Была построена в начале 20 века. В годы Второй мировой войны здесь была тюрьма с комнатой для допросов.

Каменный дом, построенный в 20-е годы прошлого века на средства полоцкого купца Минца. В 1920-30-е годы здесь располагалась редакция газеты «Чырвоная Полаччына», а сейчас в этом здании по улице Войкова находится отдел статистики по Полоцку и Полоцкому району.

В этом здании находилась контора паровой мукомольной мельницы «Левин Б.К. и сыновья». В 1913 году на мельнице работали около 40 человек. Она находилась на реке Полоте. Предприятие производило разные сорта муки. Сейчас дом выкуплен частным владельцем.

Можно отметить, что дом стоит во дворе как будто наискосок. Это напоминает о том, что там раньше проходила улица, которая вела к Полоте. Прямо к мельнице. Контора была построена прямо вдоль улицы. Сегодня там двор, улицы нет.

Кстати, 20 сентября у полочан и гостей города есть возможность узнать еще больше о жизни еврейской общины Полоцка. Мероприятие с дегустацией блюд еврейской кухни, видеоэкскурсией и не только пройдет в Домике Петра І. Предварительная запись по телефону: 43-81-16 или в вайбере по номеру 8 033 647-60-79.

Оставайтесь с нами в социальных сетях:

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector