1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

«Сегодня праздник, стирать нельзя!» – как говорить с суеверными?

Сложнее реформ – как нам избавиться от церковных заблуждений? pravmir.ru

Целый год собирались они в церкви и учили немалое число людей, и ученики в Антиохии в первый раз стали называться христианами.

О возможности больших или меньших преобразований в жизни Русской Православной Церкви сейчас говорят и пишут нередко (выборы духовенства, богослужебный язык, календарная проблема, посты и многое другое).

Однако как-то на второй план отодвинута более очевидная задача, которую разумно начать решать до (а может быть, и вместо) любых, даже вполне оправданных, преобразований. Эта задача – исправление громадного количества суеверий и заблуждений, бытующих в околоцерковной среде, и вообще церковное просвещение, как иногда говорят, «внутренняя миссия».

Проблема эта, пожалуй, не только актуальнее, но и сложнее каких-либо реформ. Потому что суть реформы сформулировать и проанализировать легко, а суеверие и неведение рассеяны и растворены, их невозможно выделить «в чистом виде», их как бы не видно, но они везде.

Причем многие люди считают, что уже знают, что происходит в Церкви, при этом даже не догадываются, что восприятие христианства у них искажено, что с верой смешаны и различные суеверия.

А ведь если болезнь человеком не осознана, вылечить ее вряд ли возможно.

Просвещение в вере – конечно, не просто некая информация для запоминания, которую можно прочитать в книге или услышать на занятиях; оно всегда касается жизни человека, влияет на его представление о Боге, о ближних, о мире.

Трудность здесь и в том, что просвещение не может происходить только в одном месте – оно неизбежно является делом всей Церкви, множества очень разных и часто не особо согласных друг с другом людей.

Рискну сказать, что за 25 лет свободной жизни Церкви в России, несмотря даже на появление специального синодального отдела (религиозного образования и катехизации, ОРОиК), задача просвещения, увы, далека от решения.

Возникший вначале интерес уже угас.

Да, замечательно, что сейчас перед крещением обычно проходят 1-2 беседы, но этого мало, ведь большинство домыслов живут в среде крещеных и даже вполне воцерковленных христиан. Значит, просвещение должно стать непрерывным и постоянным делом всей Церкви, а не только узкого круга учителей воскресных школ. Не в смысле желания всех усадить за парту, а в смысле подхода к жизни в Церкви как к ученичеству.

О каком просвещении речь? Прежде всего, об умении различать внешнее и внутреннее, форму и содержание. Внешнее – убранство храмов и жилищ, приходской и монастырский быт, одежда людей и многое другое – может быть традиционным и вполне оправданным, но не может быть канонизированным, не может называться единственно правильным. Если же форма признается единственно верной, то это всегда ведет к искажению содержания.

Такая распространенная «канонизация» внешнего превращается в бытовое «старообрядчество», в представление о том, что Богу нужна форма – по сути, диктует иное отношение к Богу.

Бытовое «старообрядчество» превращается в некий род магии, когда форма становится главной и навсегда установленной, ее свобода воспринимается как ересь.

Категорическими запретами чего-либо «внешнего» такое отношение только подогревается. И вот уже из традиции замужним женщинам покрывать голову в храме появляются благословения некоторых священнослужителей женщинам в платке ходить дома и даже спать, а еще всегда надевать платки на маленьких девочек.

Дальше – больше: если платок так необходим, то кем-то делается вывод, что без покрытия головы молитва женщины не доходит до Бога и вообще вменяется в грех – и такое мнение распространяется как «благочестивое». Так рождается суеверие.

Фото: Варя Черногорова

Отсюда же, из канонизации вполне благочестивой формы, идет чуждое христианству отношение к богослужебному языку как сакральному, без которого Бог не услышит молитву.

Читать еще:  Протоиерей Василий Брылев — под Ржевом и на Курской дуге

Смешение внешнего и внутреннего порой бывает характерно не только для тех, кто недавно обратился к Церкви, но и для духовенства, в чьи обязанности как раз входит просвещение. Помню рассказ о храме, куда ревностный священник не пускал жителей села, если не были выполнены многочисленные поставленные батюшкой условия – крестик на шее, соблюдение постов, «правильная» одежда и т.д. В результате священник служил в пустом храме, а жизнь людей шла мимо Церкви до тех пор, пока священника не сменили. Помню одного московского протоиерея, отказывавшегося причащать маленьких детей в одежде с изображением иностранных мультипликационных зверюшек. Впрочем, протоиерей тот уже давно в запрете…

Также необходимо правильное понимание Символа веры. Помню рассказ священника, который стал говорить с прихожанами о Символе веры во время частной исповеди. И вот, он столкнулся с тем, что многие его благочестивые давние прихожане порой исповедовали разнообразные ереси.

Сам помню, как, зайдя в один почитаемый храм, услышал, как священник, беседуя с готовящимися к таинству крещения, так рассказывал о соединении природ во Христе: «Тело человек получил от Богородицы, а Дух от Бога» – что является просто «классической» древней ересью. Это опасно, как опасна любая ложь, тем более ложь о Боге.

Далее, ученичество – это верное отношение к Священному Писанию. Чтение его в храме – наставление каждого в вере, слово Бога к человеку. Оно нужно не Богу (Бог и так знает Свое слово), а каждому человеку. Увы, Священное Писание нередко почитается, но толком не читается, а если и читается, то неразборчиво, в общем, отодвигается на задний план, а на первый выходят «наставления старцев» (в основном, выдержки из писем опытных духовников частным лицам, выдаваемые за общезначимые наставления). Значит, надо сделать всё, чтобы чтение Священного Писания было разборчивым и понятным для каждого молящегося.

Кроме того, это верное отношение к богослужению вообще и к Евхаристии в особенности. К тому, что в богослужении человек призван участвовать полностью – и умом, и сердцем.

И тут нужно понимать, что усилия должны быть и со стороны служащих, и со стороны молящихся.

Ситуация, когда люди «молятся ногами», отстаивая непонятную службу, вряд ли может считаться нормальной. О Евхаристии имеет смысл говорить постоянно – Кому и зачем причащаются христиане.

Наконец, речь о том, что знание не может быть оторвано от поведения человека. В проповеди митрополита Антония Сурожского была мысль о том, что «какие мы христиане – показывает не время от начала субботней всенощной до окончания воскресной Литургии, а наоборот – от воскресного дня до субботы следующей недели. То есть если человек знает все основы, и даже умеет ересь отделять от верного исповедания, но с высокомерием и осуждением смотрит на окружающих, если ведет себя не как христианин – то от знания нет никакой пользы. Христиане призваны не учиться «знать о Боге», а учиться познавать Бога.

Но есть еще вопрос – не останется ли всё написанное всего лишь прекраснодушным и наивным пожеланием? Думаю, не останется только в том случае, если христиане в Церкви будут воспринимать себя как учеников Христа, если отношение к себе как к ученику станет нормой. Для всех, не только для детей или недавно крещеных. То есть вместо самоощущения «я знаю, как надо», вместо высокомерного взгляда с высоты на окружающий мир, ощутить себя учениками Христа – вне зависимости от возраста, положения и церковного «стажа». И стараться учить этому окружающих…

Понятно, что просвещение – обоюдоостро. Если есть желание узнавать, то учащиеся начинают думать и задавать вопросы – «почему?»…

Вопросы могут быть самыми разными, неудобными, трудными, повторяющимися снова и снова. Но если они возникают – это ведь отлично.

Это лекарство от главных бед христиан – равнодушия («теплохладности») и подмены христианской веры какими-то другими, человеческими учениями.

Конечно, быстро сделать всех знающими и благочестивыми невозможно. Но если не стараться – то ничего не изменится. Если ученичество станет основой, нормой – то будет и понятнее, какие изменения нужны, а какие нет, короче говоря: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам» (Мф. 6:33).

«Сегодня праздник, стирать нельзя!» – как говорить с суеверными?

Как общаться с суеверными?

«Сегодня праздник, стирать нельзя!», как объяснять суеверным людям, что различные приметы не имеют к православному празднику никакого отношения?

14 января – праздник Обрезания Господня. Он был установлен в память о том, что Богомладенец Иисус по ветхозаветной традиции на восьмой день после Своего Рождества был обрезан, и Ему было наречено имя – Иисус (Спаситель). Митрополит Вениамин (Федченков) так говорил, объясняя смысл праздника: «Тот, кто намерен жить по новым законам, тот сначала должен исполнить старые. Это покажет, что он действительно «законопослушный» человек, а не своеволец. Тот лишь имеет право устанавливать новое, кто исполнил старое».

Читать еще:  Мама 18 детей: сколько котлет может съесть ребенок

Но для кого-то суть праздника – в том, что в этот день нельзя стирать, стричься, да и работать не желательно. Как объяснять таким людям, что все эти приметы не имеют к празднику никакого отношения? Стоит ли говорить, если тебя не спрашивают? А если спрашивают – как правильно отвечать? Советуют священники.

14 января – праздник Обрезания Господня. Он был установлен в память о том, что Богомладенец Иисус по ветхозаветной традиции на восьмой день после Своего Рождества был обрезан, и Ему было наречено имя – Иисус (Спаситель). Митрополит Вениамин (Федченков) так говорил, объясняя смысл праздника: «Тот, кто намерен жить по новым законам, тот сначала должен исполнить старые. Это покажет, что он действительно «законопослушный» человек, а не своеволец. Тот лишь имеет право устанавливать новое, кто исполнил старое».

Но для кого-то суть праздника – в том, что в этот день нельзя стирать, стричься, да и работать не желательно. Как объяснять таким людям, что все эти приметы не имеют к празднику никакого отношения? Стоит ли говорить, если тебя не спрашивают? А если спрашивают – как правильно отвечать? Советуют священники.

Без непрошеных замечаний

Протоиерей Николай Соколов, настоятель храма святителя Николая в Толмачах при Государственной Третьяковской Галерее, декан миссионерского факультета ПСТГУ:

«За питье и еду никто не сидит в аду», – говорил один священник. Каждому нужно следить за собой, показывать пример – каким следует быть христианину, – это и будет миссией. Возможно, к нему потом и захочется подойти с вопросами. А вот влезать с советами и объяснениями, когда нас не просят – это может дать абсолютно противоположный эффект.– Специально подходить и начинать вразумлять, когда тебя не спрашивают, не стоит. Есть вещи, которые можно постичь, придя в Церковь, читая Священное Писание, изнутри узнавая веру, а не заглядывая со стороны. От наших непрошеных замечаний и назиданий человек точно сразу не начнет воцерковляться.

Да, люди не понимают смысл праздников, не стирают, не убираются, волосы не заплетают, лезут купаться – это их личное дело. Что же, Господь их за это накажет? Хуже, когда люди всё понимают, знают, но злобятся и осуждают.

Если же человек сам подошел с вопросом, то важно отвечать не свысока, что вот, ты давно в Церкви, всё понимаешь, а он – такой «необразованный». Услышан может быть только доброжелательный ответ, с любовью.

Если чувствуешь, что не сможешь доходчиво объяснить и рассказать, лучше направить человека к священнику.


Не просто «транслировать»

Наместник Никольского мужского монастыря Омской епархии игумен Зосима (Балин):

Успех половины дела (как минимум) зависит от того, с каким настроем вы «миссионерствуете». Нужно быть готовым к тому, что ваш собеседник вовсе не жаждет погрузиться в пучину высокого богословия. Начните разговор на бытовом уровне, о свечках и к какой иконе их поставить. А уж затем поведайте о содержании праздника и его глубинном смысле.– Прежде чем начинать рассказ о празднике или церковном событии, стоит мысленно испросить помощи Божией и мобилизовать весь свой внутренний потенциал доброжелательности и человеколюбия. Без этих двух составляющих все ваши усилия будут тщетны.
Остерегитесь «вываливать» на собеседника весь свой духовно-интеллектуальный багаж.

Не надо просто транслировать, нужно видеть и чувствовать реакцию человека. Протяните связующие нити к вещам, ему знакомым, например, расскажите, в каком храме вашей местности есть икона, о которой зашел разговор. Предложите, быть может, заехать помолиться и поставить свечу, когда появится свободная минута.

Не стесняйтесь сами себе задавать почаще вопрос: «А как бы я построил рассказ о празднике церковном, или чтимом образе, или житии угодника Божия?»

И, главное, помните, что результат всегда зависит от Господа и Его всеблагой воли, дабы не расстраиваться, если ваше сеяние не приносит плодов сиюминутно.

Первый шаг, второй, третий…
Протоиерей Игорь Гагарин, настоятель Иоанно-Предтеченского храма села Ивановское:

– Дать один ответ на этот вопрос, посоветовать рецепт на все случаи жизни невозможно. Нужно иметь чувство такта. Иногда надо сказать, объяснить, а иногда – промолчать. Всё зависит от конкретной ситуации, от собеседника, от того, насколько он готов услышать.

Читать еще:  Духовные упражнения. Выпуск 8. Как рождается взгляд?

С одной стороны, мы, конечно, должны свидетельствовать о своей вере и по возможности говорить людям о ней то, что считаем необходимым. Но делать это нужно разумно.

Все знают выражение «не мечите бисер перед свиньями» (Мф. 7:6). Оно вовсе не означает, что я на всех людей должен смотреть как на свиней. Но я должен трезво оценивать ситуацию и видеть, есть ли тут та почва, упав на которую, мои слова принесут должные плоды.

Люди в большинстве случаев не любят, когда их учат жить, раздражаются, когда их начинаешь поправлять, что-то им указывать. Нам точно не нужна такая реакция.
Пытаться подтолкнуть человека к вере – это лучший способ оттолкнуть от нее.

Поэтому подталкивать не надо. А вот если ты видишь, что сам человек ищет ответы на какие-то вопросы, с благодарностью примет то, что услышит от тебя, если ты видишь, что он сам тянется узнать, а не ты его подталкиваешь, – это совсем другое дело.

Говорить о вере нужно, но делать это очень осторожно, тактично, доброжелательно, с любовью. И только в том случае, если, повторяю, у меня есть основания предполагать, что буду услышан, что человек примет мои слова не как попытку навязать ему что-то.

А насчет «глупых» вопросов… Не стоит торопиться считать их глупыми. В вопросе по поводу веры, обращенному к нам, каким бы глупым этот вопрос ни казался, есть всегда что-то правильное и здоровое.

Ведь если человек подошел и просит, например, посоветовать икону «для удачи в работе», на ситуацию можно посмотреть с двух сторон. С одной стороны, налицо какой-то магический подход. Человек думает, что вот нужно сделать то-то, то-то и то-то, и результат должен быть положительным. Нам сразу хочется осудить.

Но, с другой стороны, можно посмотреть иначе: человек понимает – своих сил у него недостаточно, ему нужна помощь свыше. Вот он и обращается за этой помощью. Но, поскольку у него нет никакого церковного опыта, он может делать это неуклюже и, на первый взгляд, даже глупо.

Отнесись к этому с уважением, скажи: «Очень правильно и хорошо, что вы пришли и понимаете – нужно обращаться за помощью к Богу и к Церкви, что вы ищете доброе, Божие, ищите святого, который поможет вам в этом обращении». Ну а дальше важно постараться доброжелательно объяснить ему, что дело не в том, перед какой иконой о чем молиться…

Важно не только то, что мы говорим, а еще – как мы говорим. Когда мы это делаем с терпением, доброжелательно, выражая, может быть, одобрение человеку, то есть шанс, что нас услышат и поймут правильно.
Доброжелательность, приветливость – это непременные условия для успешного миссионерства.

Мне кажется, об этом мы всё время должны помнить в нашем общении с людьми, которые делают только первый шаг в Церкви, чтобы общение с нами пробудило в них желание сделать и второй, и третий…

Без безграмотной демагогии

Протоиерей Максим Брусов, настоятель Троицкого собора в городе Яхрома Дмитровского района Московской области:

– С библейско-евангельских времен бытовоемиссионерство часто приобретало назидательный характер. Миссионерское свидетельство вне контекста личного опыта легко уклоняется в демагогию, чаще всего безграмотную. Выровнять эту ситуацию может только «бытовая» проповедь людей, богословски грамотных и имеющих личный опыт применения данных истин в личной жизни, сопоставленный с опытом Христовой Церкви.

Общинность является противовесом персонифицированности и гарантом того, что личное свидетельство – лишь ключ к двери, за которой открывается опыт христианской жизни. Жизни евхаристической общины как единой семьи, глава которой Христос.

Если человек пока не готов войти в общину, то есть другой путь – самообразования. Условия для этого созданы идеальные – масса литературы, различные СМИ, дело за малым – желанием человека услышать слово проповеди, но и этот опыт необходимо сопоставить с опытом людей, которые составляют Церковь.

В отношении же вопроса личной проповеди, думаю, он возможен только в ситуации, когда вас хотят слышать. Ответы должны быть предельно честными, нелицемерными и не расходиться с вашими жизненными принципами. Только в этом случае можно достигнуть главной цели христианской, пусть даже и «бытовой» миссии – пробудить личное доверие ко Христу, к Церкви, пробудить в человеке произволение ко спасению.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector