0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Родители шутников кричали: «Вы ничего не докажете»

«Ничего не докажешь». Родители в одиночку спасают детей от травли в школе

МОСКВА, 2 фев — РИА Новости, Ирина Халецкая. Сельская школа в Свердловской области прославилась на всю Россию. Всему виной самодурство учителя. Классный руководитель вручила ученикам грамоты, но тут же отобрала благодарность у одной из школьниц. Родители девочки не сдали 300 рублей на нужды класса — так педагог обосновала свои действия, причем публично. Инцидент случился еще перед Новым годом, однако огласку получил только сейчас. Теперь делом занимаются местные власти, а девочка вынуждена посещать психолога.

Буллинг (травля. — Прим. ред.) в школах — давно не редкость. Травят и учителей, и подростков. Впрочем, управа на это есть. На собственном примере это доказала москвичка Наталья Цымбаленко. Узнав, что над ее сыном издеваются сверстники, она подняла всех — от руководства школы до полиции с прокуратурой. В результате от ребенка отстали, а в классе воцарилась тишина.

Как родителям защитить детей от травли в учебном заведении — в материале РИА Новости.

«Оля, верни грамоту»

Анастасия Наговицына воспитывает двух детей. Старшая дочь Оля учится в четвертом классе. Проблем в школе у нее никогда не было. Однако в последний учебный день перед новогодними каникулами девочка пришла домой в слезах.

Выяснилось, что классный руководитель решила подарить детям символические подарки и намеренно проигнорировала девочку. «При всем классе учитель сказала, что для Оли нет ничего, потому что она не сдала на нужды класса 300 рублей», — рассказывает мама.

После этого, вспоминает Анастасия, учительница стала раздавать грамоты детям, в том числе вручила и Оле. «Но потом осеклась и говорит: «Ой, Оля, а ты же не сдавала деньги, верни-ка грамоту!» И добавила, что в школе, дескать, не хватает бумаги, а раз деньги не внесли, то и благодарности не жди. Дочка подумала, что учитель шутит, оставила грамоту на парте, но затем убрала в портфель. Педагог все же заставила ребенка отдать бумажку», — продолжает Анастасия.

Это выбило девочку из колеи. По словам родителей, дочь отказывалась ходить в школу, говорила, что ее унизили перед одноклассниками. Теперь ей приходится посещать психолога. Но все разговоры на эту тему до сих пор заканчиваются слезами. Что характерно, учительница перед семьей так не извинилась.

Когда Наговицына написала о случившемся в соцсетях, историю подхватили СМИ. Управление образования провело проверку и вынесло учителю выговор с дисциплинарным взысканием. Все могло бы на этом и закончиться, но классный руководитель, поясняет Анастасия, изводит девочку упреками.

«Она ей заявила, что никаких выговоров не боится. Оказалось, что не только моей дочке не досталось подарка. Обделили еще нескольких учениц. Кроме того, в ноябре одна мама просила у директора, чтобы он повлиял на педагога. Абсурдность ситуации в том, что учитель про деньги на нужды класса говорит не родителям, а детям», — возмущается Анастасия. Она рада была бы перевести дочь в другое учебное заведение, но в селе только одна школа и один четвертый класс.

«Другие родители молчат. Опасаются, что начнут гнобить их детей. Многие мамы писали мне, говорили, что я молодец — не побоялась», — рассказывает Наговицына.

К урегулированию конфликта подключился депутат Госдумы от Свердловской области Дмитрий Ионин. Он привез в школу несколько упаковок бумаги, которой так не хватало классному руководителю Оли. Парламентарий очень хотел пообщаться с директором, но не застал ее на рабочем месте — она в спешке уехала в Екатеринбург после того как начались звонки из СМИ.

«Я считаю, что такой учитель не имеет права работать с классом. К сожалению, это не единичный случай. Однако родители не должны молчать, надо сразу же обращаться в соответствующие органы!» — прокомментировал ситуацию Ионин РИА Новости.

Дети сами не решат

Обычно все же учеников в школе травят одноклассники. Многие психологи в статьях о буллинге обращают внимание на то, что учителя до последнего не замечают проблему: жестокие дети в присутствии взрослых ведут себя прилежно. Кроме того, некоторые родители считают, что ребенок сам виноват. Не можешь поладить с одноклассниками — твоя проблема, сам разбирайся.

Мало кто задумывается, что дело не столько в жестокости детей, сколько в нежелании педагогов повлиять на ситуацию и вовремя вмешаться.

Москвич Петя Цымбаленко в пятом классе перешел в другую школу и попал под град насмешек сверстников. Его мама Наталья вспоминает: как такового повода для травли никогда не было, просто в классе сформировался костяк из “ крутых ” , которые цеплялись к “ некрутым ” .

К Пете приставали меньше всего, куда больше страдали другие мальчишки. По словам Натальи, им портили личные вещи, подкладывали бутылки с мочой в портфели, стягивали штаны в раздевалке. Все это снимали на камеру телефона и потом выкладывали в соцсетях.

«Дети просили помощи у классного руководителя. Но педагог — неконфликтный человек, она спускала все на тормозах, говорила, что «стукачей не любят», «надо закалять характер» и «уметь находить подход к товарищам». Максимум, что она могла сделать, — провести беседы на тему «давайте жить дружно», — рассказывает мама Пети.

Наталья долго не вмешивалась, но на всякий случай наняла для сына персонального тренера по фехтованию и рукопашному бою. Отчасти это помогло — драться Петр больше не боялся, “ крутые ” ребята от него отстали и переключились на его лучшего друга Мишу. Мальчишку «развели на деньги». «Одноклассники уговорили его купить у них вейп, взяли деньги и не отдали», — объясняет Цымбаленко.

После этого Наталья поняла: решать проблему придется ей самой. Она решила показать чиновникам, педагогам и правоохранителям, что творится в школе. Каждый свой шаг подробно описала в соцсетях, чтобы другие родители знали, как вести себя в сложной ситуации. По сути, ее пост — это самые настоящие лайфхаки для мам и пап.

Борьба с травлей. Лайфхаки

Первым делом она встретилась с родителями учеников, которых травили в классе. Однако одни опасались что-то предпринимать, другие собирались переводить ребенка в другую школу. «В итоге остались три мамы, готовые действовать. Я убрала эмоции и села писать подробное коллективное заявление сухим бюрократическим языком. Получилось 20 с лишним страниц», — вспоминает Наталья.

По ее словам, нашлось только два факта, к которым можно было прикрепить доказательства. Первое — переписка участников истории с электронной сигаретой и аккаунт одноклассника, который торгует ими. Второе — фотожабы на Петю в соцсетях, где ему пририсовали бицепсы и пресс. Одноклассники в комментариях веселились: Петр-де «стал качаться».

Цымбаленко попросила классного руководителя о встрече с директором школы и родителями учеников, которые травят одноклассников. Учитель, говорит Наталья, писала в родительском чате, что отказывается от класса, а встречу с директором так и не назначила. Утверждала, что очень занята, поэтому на собрание позовет психолога и соцработника.

«На встречу пришли три мамы, мой муж и родители «святых детей». Они переходили на личности, кричали: «Вы ничего не докажете!» Я посоветовала приберечь эту фразу для прокуратуры, которая придет по моему заявлению проверить, почему школа бездействует, когда в ее стенах торгуют курительными смесями. Представители школы сделали круглые глаза и сказали: «Какой кошмар, почему же вы раньше молчали», — говорит мама Пети.

«Встретимся в суде!»

Конфликт длился два года. Дольше всего Цымбаленко и другие родители “ некрутых ” детей буксовали на этапе бесед с классным руководителем. Наталья сама позвонила директору школы и с удивлением выяснила, что та до сих пор не знала ни о собрании, ни о ситуации в классе в принципе. “ Классная ” боялась сообщить директору о проблеме, считает Цымбаленко. За это время несколько детей ушли из школы, не выдержав травли.

Читать еще:  Нападение на ребенка в Москве: почти все прошли мимо

Наталья отправила свое заявление на электронную почту школы, а еще — председателю управляющего совета школы, отнесла в администрацию своего района и в комиссию по делам несовершеннолетних, которую глава управы же и возглавляет. Написала она и маме ученика, рисовавшего фотожабы, попросив о встрече до того, как подаст на них в суд.

«Была послана куда подальше со словами: «Встретимся в суде!» Тем не менее я решила идти до конца: если уж уходить из школы, то с победой, а не с чувством жертвы. Это мы проговорили с сыном. Он не хотел уходить, в том числе из-за друга Миши», — объясняет Наталья.

В классе провели встречу с инспектором по делам несовершеннолетних, отдельно переговорили с родителями учеников, которых Цымбаленко указала в коллективном заявлении. Деньги обманутому Мише вернули, принесли извинения. А ученика, торговавшего вейпами, поставили на учет.

«По поводу карикатур мамы бормотали: «Мы не знали, что за это можно попасть под суд». Никто не ожидал, что я не приму участия в «родительских боях«, а пойду бюрократическим путем писем и жалоб. Зато все сразу вспомнили о культуре, теперь одергивают желающих рисовать фотожабы и больше никто не достает окружающих», — уточняет Наталья.

Пока она писала заявления и ходила по инстанциям, “ крутые ” подростки еще сильнее травили одноклассников. Но Петя и другие дети, несмотря на страх, исправно посещали занятия. «Обидчики хотели встретить парней после уроков, угрожали. Муж забирал Петю из школы. Если бы угрозы хоть немного приблизились к реальности, я бы наняла телохранителя», — говорит Цымбаленко.

В конце концов в классе среди учителей, школьников и родителей воцарилось согласие. «В этой ситуации во многом есть моя вина: я долго не вмешивалась, слушала классную руководительницу и родителей, что «дети сами должны разобраться», — подытоживает Наталья.
Сейчас она уверена: даже если бы явных улик травли ее сына и его друга не было, она бы все равно ходила к директору школы и в инспекцию по делам несовершеннолетних, писала бы в департамент образования, не дожидаясь “ увесистых ” фактов.

Пост Натальи Цымбаленко тем временем собрал тысячи “ лайков ” и сотни комментариев. Родители активно делятся на своих страничках ее лайфхаками о том, как победить буллинг.

«А вы ничего не докажете»

Когда бабушка в очередной раз пришла за ребенком, то услышала, как воспитатель говорит Мише: «Ты дебил. Ты невменяемый. Тебя убить надо». Бабушка промолчала. Может, растерялась. Забрала его и пошла.

Видеозапись
Некоторое время спустя в группе появилась новая нянечка и события стали развиваться стремительно. Отношения обострялись с каждым днем. Миша все больше замыкался в себе.
– Во время очередной ссоры воспитательница призналась, что нянечка снимала моего ребенка на видео, якобы, чтобы показать мне, какой он невменяемый. Только почему-то я эту видеозапись так и не увидела, они ее удалили. Зато нянечка утверждает, что все ее знакомые, посмотрев видео, подтвердили, что Миша неадекватный, а муж ее, так «вообще в шоке был». То есть она показала эту запись всем своим знакомым, всей стране! Что именно там было, я так и не узнала.

Я не вожу детей в садик, и это принципиальная позиция. По роду своей деятельности и часто сталкиваюсь с дошкольными учреждениями и знаю их «кухню» изнутри, вижу, как воспитатели и нянечки обращаются с детьми, когда родителей нет поблизости – их толкают, пугают, грубят. Мои дети посещают множество секций, их жизнь наполнена, они совершенно не закрыты от социума, но от системы дошкольного образования я их намеренно ограждаю. Это переживания, которые моим детям совершенно не нужны. Я занимаюсь бизнесом, нередко приходится ходить в различные инстанции с детьми, и ничего страшного в этом нет. Дети должны расти рядом с матерью, а не с посторонними людьми.

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии.

Очень хороший и профессионально написанный текст. Единственное «но»: это не совсем то, что я имела в виду, когда говорила про две стороны. Вы расследуете историю в конкретном детском саду, чтобы на этом примере изучить плюсы и минусы или системы дошкольного образования вообще. В этом случае одна сторона — это недовольные родители, но другую все же должен представлять кто-то из системы (в формате официального интервью или анонимного разговора с сотрудником детского сада). У вас сейчас другую сторону предствляют родители, у которых «все хорошо». А нужен кто-то из детского сада, кто, например, сказал бы, как часто родители сгущают краски, какие наказания у них предусмотрены для воспитателей, которые действительно плохо обращаются с детьми, ну и так далее. Рассказали бы историю, как какую-нибудь воспитательницу уволили из-за скандала, который родители устроили на пустом месте. И хорошо бы пролить свет на то, откуда, действительно берутся такие звери, почему они до сих пор работают и их никто не увольняет.

Потому что, если у вас одна сторона рассказывает о конкретном случае злоупотребления, а другая — о том, что о таких случаях они не знают, то равновесия не получается. Если дополнить ваш репортаж таким интервью — получится вполне хорошая, взрослая публикация.

«А вы ничего не докажете..»

«А вы ничего не докажете. » — часто говорят медики пациентам,острадавшим от врачебной ошибки, или родственникам умершего от неправильного лечения человека.

По данным ВОЗ, обнародованным в январе нынешнего года, в Украине ежедневно(!) официально регистрируется шесть-семь смертей пациентов из-за врачебной ошибки. Еще больше случаев, когда неправильные диагноз и лечение наносят серьезный урон здоровью.

— Если доктор допустил ошибку, то ее можно и нужно доказать, — рассказывает руководитель крымского Центра медицинского права Михаил Белкин. — Недавно к нам обратилась молодая женщина. Почувствовав недомогание и подозревая, что беременна, она пошла в известную в Симферополе медицинскую клинику. Там ее обследовали, взяв за это немалые деньги, и сказали: вы не беременны, у вас миома матки — доброкачественная опухоль. И предложили прооперироваться. На всякий случай женщина обратилась в другой медицинский центр. И там. подтвердили беременность. К тому времени аборт делать было уже поздно, и женщине пришлось рожать. После чего она обратилась в наш центр за помощью. В результате клиника, специалисты которой допустили ошибку при диагностике, выплатила ей компенсацию в размере пяти тысяч гривен.

«Пациент категорически возражал против наркоза. Но его мнение врача не интересовало. «

— Ежегодно в Украине возбуждается несколько десятков уголовных дел, медиков судят, правда, сроки они получают, в основном, условные, — говорит Михаил Белкин. — В то же время ежедневно к нам в центр обращаются люди с жалобами на ненадлежащее лечение. Но это лишь верхушка айсберга. К сожалению, наши граждане не умеют грамотно себя защищать, а многие работники здравоохранения уверовали в свою безнаказанность. Поэтому нередко врач может заявить пострадавшему пациенту или его родственникам: «А вы ничего не докажете!»

Нет, за все нужно отвечать. И первое, о чем я не устаю напоминать нашим пациентам: не совершайте ошибок уже при поступлении в больницу, особенно если планируете сделать операцию. Так, в истории болезни на второй странице есть строка: «С планом обследования и лечения (в т. ч. оперативным) ознакомлен. О возможных последствиях предупрежден. На обследование и лечение (в т. ч. оперативное) согласен». Медсестра, которая заполняет историю болезни при поступлении в стационар, дает вам подписать ее. Однако с каким лечением вы можете быть согласны, если только пришли в приемное отделение? Потом, если лечение закончится смертью или инвалидностью, пациенту или его близким скажут: вы же согласились на лечение, в том числе и на оперативное. К сожалению, в наших больницах чаще всего больной бегает за доктором: «Какой у меня диагноз? Что вы мне назначили?» И слышит в ответ: «А вам это надо?!»

Читать еще:  Мама ребенка с синдромом Дауна: «Не стесняйтесь своих детей!»

— Так как же надо вести себя пациенту?

— Уже в приемном отделении, перед тем как ставить свою подпись в истории болезни, обязательно уточните, какое лечение вам будут проводить. Строчку «С предложенным лечением согласен» зачеркните и напишите: «С условиями пребывания в стационаре ознакомлен». Особенно надо быть внимательным, если вам необходимо хирургическое вмешательство. Огромное количество врачебных ошибок совершается в области анестезиологии. Одним из таких случаев занимаются сейчас специалисты нашего центра. В известной крымской республиканской больнице по вине анестезиолога погиб 33-летний мужчина. Операцию ему можно было сделать в амбулаторных условиях под местным обезболиванием, и стоило бы это копейки. Однако анестезиолог предложил оперироваться под наркозом — за большие деньги! Пациент против общей анестезии категорически возражал, но его мнение врача не интересовало. Больного даже не обследовали перед операцией! Он лег на стол, хирург еще не успел прикоснуться к нему, как мужчина. задохнулся — от неумелых рук анестезиолога, который не смог поставить интубационную трубку! У погибшего остались жена и двое маленьких детей.

Напоминаю: согласно существующему законодательству анестезиолог перед тем, как вводить наркоз, должен побеседовать с пациентом, рассказать о своих действиях и получить письменное согласие больного на медицинское вмешательство. Такой порядок не предусмотрен, когда срочная операция требуется человеку, находящемуся в бессознательном состоянии, например, после ДТП. Но во всех остальных случаях письменное согласие обязательно!

«Уровень коррупции в судебно-медицинской экспертизе невероятно вырос»

— Пострадавшие от действий врачей обращаются с заявлениями в милицию с просьбой провести расследование и возбудить уголовное дело, — говорит собеседник. — Но следственные органы некомпетентны в вопросах медицины (Михаил Белкин имеет два образования — медицинское и юридическое. — Авт.). Правоохранители полагаются на выводы врачебной комиссии или экспертов судебно-медицинского бюро, в которых сказано: была ли допущена медицинская ошибка и какая именно.

— Но нередко именно на основании заключения судмедэкспертизы пострадавшему пациенту или его родственникам отказывают в возбуждении уголовного дела, либо он проигрывает дело в суде.

— К большому сожалению, сейчас уровень коррупции в судебно-медицинской экспертизе невероятно вырос (мы готовы отстаивать эти слова в суде). Хотя там работают классные профессионалы. Они знают правду о любом конкретном случае. Но часто из-за неконструктивной позиции руководства вынуждены называть черное белым и наоборот. Чтобы от этого застраховаться, наш центр заключил договоры с экспертами из других областей Украины.

— В Украине широкую огласку получили случаи смертей после прививок. Все комиссии Министерства здравоохранения пришли к выводу, что вакцина здесь ни при чем, а люди умирали по иным причинам. Родственники пострадавших с этим не согласны. Они могут обратиться в ваш центр за помощью?

— Конечно. Хотя я как медик всецело поддерживаю вакцинацию. Но, чтобы не возникало осложнений, есть определенный перечень мероприятий, которые врач обязан выполнить перед тем, как ввести препарат. А родители должны это проконтролировать.

— Часто детей прививают в школе, и родителей даже не ставят в известность.

— Тут явное нарушение. Хотя бывает, что доктор соблюдает все требования, но он не может гарантировать, например, правильность транспортировки вакцины из Киева в регионы. Тем не менее непривитый человек гораздо больше рискует заболеть, чем привитый.

— Что делать родителям, которые категорически против вакцинации ребенка, а его потом не пускают в детский сад или школу?

— Законодательство четко говорит, что непривитый ребенок может быть источником заражения для окружающих. Администрация детского дошкольного учреждения имеет полное право не принимать его. Но в школе ученика, у которого нет ни единой прививки, нельзя не допустить к занятиям. Иначе — это нарушение его конституционного права на образование. Но и родители такого ребенка должны помнить: если в детском коллективе возникнет заболевание, от которого не привит их малыш, мамы и папы школьников и администрация учебного заведения могут подать против них гражданский иск в суд. Чтобы доказать, что именно этот ребенок явился источником заражения, понадобятся дорогостоящие лабораторные исследования и как минимум год времени. Но в случае подтверждения этой информации сумма исковых требований будет огромная.

— Не секрет, что человеку, попавшему в больницу, врачи тут же пишут большой список медикаментов, которые он или его родственники должны купить. Иначе, дескать, нечем будет лечить больного. Но нередко выясняется, что многие препараты из этого списка можно было бы заменить более дешевыми, а без части — обойтись.

— Существует перечень лекарств и медицинских исследований, которые медучреждение обязано предоставлять пациенту бесплатно, — говорит Михаил Белкин. — Можно ли получить их? Можно. Соберите все аптечные чеки на препараты, назначенные врачом в стационаре, которые вы сами приобретали, и потребуйте, чтобы это было указано в истории болезни. Копию чеков доктор должен приложить. По окончании лечения в стационаре можете предъявить гражданский иск к лечебному учреждению и взыскать с него потраченные вами на медпрепараты и исследования деньги. Самое интересное: как выясняется из практики, около 70 процентов бесплатных лекарств, положенных пациентам, потом. списываются. Куда они пойдут? Несложно догадаться.

К слову, депутатами Верховного Совета Крыма принята программа «Здоровье крымчан» на 2008-2012 годы, согласно которой многие медицинские диагностические исследования (клинические анализы, флюорография, рентгенография, электрокардиографиия, ультразвуковые исследования), которые делаются по направлению врачей, должны предоставляться гражданам бесплатно.

Родители шутников кричали: «Вы ничего не докажете»

19 декабря 2015 года в Новополоцке при родах погиб ребенок. Эта новость так и осталась бы личной трагедией семьи Джуглий, если бы мама малыша не написала о горе в социальных сетях. На ее странице — тысячи комментариев со словами поддержки семьи и критикой медицинской системы.

В редакцию Naviny.by обратилась Марина Скачко — в 2013 году она потеряла ребенка в больнице Марьиной Горки. Роды у нее принимала та же врач, что и у Марины Джуглий в Новополоцке.

Марина Скачко рассказывает, что стала на учет в 6 недель беременности. По обследованиям все было хорошо, беременность протекала спокойно. В 20 недель сделали УЗИ, родителям сообщили, что будет мальчик, никаких патологий выявлено не было. Родители уже выбирали имя малышу.

«Анестезиолог хлестал по щекам, гинеколог кричала: «Заткнись!»

«В 24 недели мы поехали в гости к моей маме в Марьину Горку, — вспоминает женщина. — Мама предложила на завтрак блинчики со сметаной. Как потом выяснилось, они были несвежие. У всех нормально всё, а мне стало плохо: бегала часто в туалет».

Марина вызвала скорую помощь, сообщила о беременности и сказала, что отравилась.

«Меня повезли в больницу, но не в инфекционное, как я предполагала, а в акушерское отделение. Помню, когда ехали в машине скорой помощи, я чувствовала шевеление ребенка. У меня не было крови, ничего не подтекало».

В отделении женщину встретила молодой специалист акушер-гинеколог Евгения Княжище, которая сразу начала осмотр. Как рассказывала Княжище, после окончания медицинского университета в родном Витебске она сама выбрала Марьину Горку.

«Слушай, говорит, у тебя тут раскрытие. Ты скоро родишь, — вспоминает слова доктора Марина. — Я пыталась объяснить, что отравилась, долго просидела в туалете. Просила поставить мне пессарий (устройство для профилактики преждевременных родов. — ред.), скрепляющий укол. «У меня ничего из этого нет», — сказала доктор. Тогда я начала кричать. Подчеркиваю: не от боли, я просила сохранить беременность! На все мои слова был холодный ответ: «Ты врач? Ты не врач. Я сама знаю, что делать. Так что молчи!»

Супруг Марины Артем в этот момент находился в коридоре.

«Я зашел в кабинет, когда врач вышла оттуда, — вспоминает он. — Жена сидела на кресле, всё было в крови. Я помог ей встать. Потом пришла санитарка и сказала, что нужно везти Марину на этаж выше. Где все это время была врач, я не знаю».

Читать еще:  Чувство метлы. Писатель Майя Кучерская — о безденежье и кризисе

«Меня положили на кушетку, — рассказывает Марина. — Через некоторое время пришла доктор, следом за ней — анестезиолог. Я думала, врач продолжает осмотр, но она проколола мне водный пузырь. И начала давить на живот, вытягивать ребенка. Только в этот момент я начала кричать от боли. Анестезиолог, мужчина, начал хлестать меня по щекам. Княжище при этом на меня кричала: «Заткнись! Ты мне сейчас все отделение разбудишь!»

«Что происходило за дверями, я тогда не знал, — говорит Артем. — Думал, жена рожает раньше срока. Крик, конечно, страшный стоял».

«Хочу подчеркнуть: два месяца назад я родила ребенка. Я знаю, что такое боль схваток. В тот день, когда я поступила в больницу к доктору Княжище, у меня не было схваток. Я в этом уверена», — отмечает Марина.

Через несколько минут из палаты вышла доктор Княжище и сообщила отцу, что ребенок умер.

«Сказала, что вес ребенка был 700 грамм, — вспоминает Артем. — Знаете, в фильмах показывают, что доктор в таких ситуациях успокаивает родителей. Просит прощения, что не удалось спасти жизнь человека, мол, мы сделали всё, что могли. Но в нашем случае ничего такого не было. Ни я, ни жена вообще больше не видели доктора Княжище. Она к нам ни разу даже не подошла».

«Ни в этот день, ни на следующий Евгения Николаевна ко мне не пришла. Врач ведь всегда интересуется состоянием пациента, особенно после такой тяжелой ситуации, после наркоза. Но только ни в моем случае. Я так понимаю, доктору было все равно, что со мной, хотя отходила я очень тяжело, перевернуться даже не могла», — вспоминает собеседница.

«Если вина доктора будет доказана, ее должны отстранить от медицинской практики»

По ее словам, единственный, кто по-человечески к ней отнесся, была медсестра.

«На следующий день в обед пришел заведующий отделением. Он попытался утешить меня, мол, такое бывает. Говорил, что я молодая, смогу еще родить. Я спросила, почему мне не поставили пессарий, беременность можно было сохранить. «А вы теперь ничего не докажете», — ответил мне заведующий. Эту фразу я хорошо запомнила!»

Пробыв в больнице два дня, Марина Скачко решила ехать в областной роддом.

«Я понимала, что нормальную помощь в Марьиной Горке мне не окажут, — говорит она. — А в областном работает доктор Анна Фокина. Она в таких ситуациях спасала и мамочек, и малышей. Вот кто доктор от бога!»

«Мы, конечно, обсуждали с Анной Николаевной трагедию, — добавляет Артем. — Она была в шоке. Говорила, что ребенка можно было спасти, приложив усилия».

Трагедия в семье Скачко произошла в то время, когда в Минске происходило разбирательство по факту смерти пациентки в частном медцентре «Экомедсервис». Супруги размышляли, стоит ли им жаловаться на действия доктора Княжище, обращаться в правоохранительные органы.

«Я сам — юрист, — говорит Артем. — И я знаю, как тяжело доказать вину медиков. По делу «Экомедсервиса» сколько было доказательств, а что толку? Поэтому мы решили не подымать волну. Тем более врач, которая потом лечила Марину, посоветовала нам забыть весь этот ужас и начать новую жизнь».

Однако публикации о смерти сына Марины Джуглий в Новополоцком роддоме заставили всё вспомнить.

«На следующий день после той трагедии мы спрашивали у заведующего отделением, где плод, — вспоминает Артем. — Нам сказали, его отправили на экспертизу в Минск. Однако результатов исследования у нас до сих пор нет. Через несколько месяцев я направил запрос в больницу, чтобы выяснить, проводили ли они сами проверку».

В документе указано, что у Марины был выкидыш, вес плода — 480 грамм. Служебную проверку по факту не проводили.

Марина, кстати, писала доктору Княжище в социальных сетях. Спрашивала, почему она не боролась за жизнь ребенка, почему не пришла узнать, как состояние пациентки после наркоза. Евгения Николаевна отвечала, что сделала всё, что могла. В той ситуации, по ее мнению, нужно было спасать роженицу, что она и сделала.

Если бы можно было вернуть события трехлетней давности, Марина говорит, что не задумываясь поехала бы в Минск.

«Я бы за 50 минут уже была в областном роддоме, где компетентные врачи, нормальная база. Никто из моих знакомых в Марьиной Горке не рожает. Люди бегут оттуда! — рассказывает женщина. — Но Княжище не дала мне времени на раздумье. Поймите, я изначально думала, что еду в инфекционную больницу. А меня завезли в гинекологию. И через минут 20 начали искусственно вызывать роды».

Два месяца назад Марина и Артем стали родителями. Беременность в этот раз также проходила спокойно, но на 28 неделе во время УЗИ у Марины обнаружили раскрытие. Женщину срочно направили в 5-й роддом.

«Пока я собралась, пока доехала, прошло несколько часов, — вспоминает она. — Меня посмотрел доктор и сказал, что родить я могу в любую минуту. Он начал звонить во 2-й и 7-й роддом, поскольку там есть детская реанимация. И добился, чтобы в 23 часа меня приняли в «двойке». Вот, что такое профессионализм. В «двойке» мне, кстати, поставили пессарий. На 37 неделе его сняли, и на 39-й я родила дочь».

Марина считает, что действия врача Княжище должны быть детально изучены специалистами.

«По нашей ситуации, понятно, прошло время, вряд ли можно привлечь ее к ответственности. Но ситуация Марины Джуглий произошла недавно. И если вина Евгении Княжище будет доказана, ее должны отстранить от медицинской практики — это мое мнение. Понимаете, родить женщина может и сама. Раньше ведь только так и было. Врач нужен именно для серьезных случаев, когда требуются навыки, которых, на мой взгляд, у доктора Княжище нет».

В интернете доктора Княжище не только критикуют, но и благодарят

В новополоцкой больнице, ссылаясь на медицинскую тайну, отказываются от комментариев о результатах служебной проверки по факту смерти ребенка Марины Джуглий.

Тем временем в социальных сетях широко обсуждают трагедию в Новополоцке. В большинстве своем действия врача Евгении Княжище критикуют, однако есть и отзывы с благодарностью.

Ксения Зацепина рожала в Марьиной Горке в 2013 году. По ее словам, врач Княжище очень поддерживала ее и помогала.

«Когда я начала рожать, быстро потеряла силы. Евгения Николаевна не кричала на меня, она подсказывала, как дышать, что делать — всё было очень корректно. Когда я уже родила, она сразу же пришла, чтобы узнать, как я себя чувствую. И потом каждый день заходила в палату, пока я была в отделении. Я очень благодарна ей. И считаю, что она хороший специалист. Другие девочки, которые рожали в Марьиной Горке, тоже самое о ней говорили», — отметила Ксения в комментарии для Naviny.by.

Диана Белявская рожала в Новополоцке в 2015 году.

«Я лежала под капельницей, доктор каждые 10-15 минут подходила, проверяла, как идет раскрытие. За всё это время я не услышала ни одного грубого слова. Я, конечно, не кричала, терпела, сколько могла. Евгения Николаевна улыбалась, подбадривала, говорила, скоро родишь свою крошку. Поскольку это первая беременность, конечно, я не знала, как правильно тужиться. Доктор объясняла и помогала. Так на свет и появилась доченька. Всё прошло без осложнений. Я очень благодарна доктору и, конечно, акушерке, и всем, кто находился рядом. В целом впечатление от первых родов хорошее, хотелось бы и второго малыша рожать именно у нее».

Дальнейшая карьера доктора Княжище будет зависеть от результатов проверки — и не только служебной. Представитель Управления Следственного комитета по Витебской области Инна Горбачева сообщила, что разбирательство по заявлению семьи Джуглий продолжается. Следователи допрашивают медицинский персонал, назначены дополнительные экспертизы.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector