2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Протоиерей Алексей Уминский: Давайте учиться быть Церковью

Протоиерей Алексей Уминский: Давайте учиться быть Церковью

«И, тем не менее, очевидно, что в условиях опасности заражения коронавирусом мы, как и все разумные люди, должны быть максимально внимательны и осторожны.»

Господь укрывает истину от разумных (Мф.11:25)

«Это тяжелое испытание: лишиться богослужения, лишиться Евхаристии. Но, с другой стороны. каждый христианин, вне зависимости от того, носит ли он иерархический сан пресвитера или епископа, является иереем Божьим, и мужчина, и женщина.»

Что за глупость? «Царственное священство» христиан не имеет отношения к священнической иерархии, а женщины не являются иереями. А лишиться Евхаристии — не «тяжкое испытание», а катастрофа. Даже в самые оголтелые богоборческие годы Евхаристия продолжала совершаться. Люди лютых казней не боялись, а тут из-за 3% предположительной смертности готовы Евхаристию прекратить. Беда.

«Буквально несколько часов назад я общался со своим добрым приятелем, который живет на Святой земле, в Израиле. И сегодня я видел очень грустное видео, где закрываются, запечатываются двери Храма Гроба Господня. И вот — Храм Гроба Господня закрыт. Закрыты все храмы, богослужения не совершаются. И вот мой добрый приятель сказал удивительную вещь: «Мы сейчас все учимся быть маленькой Церковью». Как здорово он сказал.»

Христос не создавал «маленькие церкви», а создал одну, единую Церковь. Если человек до сих пор не являлся членом Его Церкви, то создавать свою «маленькую» совершенно бесполезно. Храм Гроба Господня опечатан — значит, в 2020 году Благодатного Огня мир не увидит?

«Поэтому слова, обращенные ко всем людям, и к нам, христианам, — чтобы мы, по возможности, воздержались от посещения многолюдных собраний, многолюдных богослужений, чтобы мы могли совершать свои богослужения на дому. Например, когда у нас почти все закрыто, на работу многие люди не ходят, это прекрасное время для того, чтобы, наконец, начать читать Священное Писание, углубиться в Евангельское слово. Просто взять и посмотреть — какие чтения Ветхого Завета читаются на будничных службах — это можно взять из Церковного календаря, и читая, участвовать в богослужениях дома.»

Ага, своих пастырей не слушали, богослужений не посещали, а теперь все кинутся акафисты читать и совершать «богослужения на дому» . Потому, что услышали слова чиновников государства, отделенного от Церкви. Ну-ну, посмотрим. Вообще-то, Церковь Христова без Евхаристии существовать не может в принципе.
Для сохранения мира душевного должно всячески избегать осуждения других.

ПРОТОИЕРЕЙ АЛЕКСЕЙ УМИНСКИЙ: ДАВАЙТЕ УЧИТЬСЯ БЫТЬ ЦЕРКОВЬЮ

Едва ли кто из прихожан припомнит такие великопостные испытания. Закрыты школы, сотрудников переводят на удаленную работу, мы вынуждены сидеть дома и боимся за здоровье близких. И наступил момент осмысления: а что для нас значит молитва? Что для нас значит Церковь? Что такое богослужение? Каким образом в этом богослужении можно участвовать в условиях карантина, затвора? Появилась неожиданная возможность иначе взглянуть на нашу религиозность.

Сегодня, когда события развиваются молниеносно, мы видим премудрую и быструю реакцию нашего священноначалия. Слышим слова утешения и поддержки от наших священников. Протоиерей Алексей Уминский, настоятель московского храма Святой Троицы в Хохлах, многим знаком по телепередачам, статьям и книгам. Не так давно о. Алексей был в нашей епархии.

«Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18:19-20).

Здравствуйте, мои дорогие! Меня попросили обратиться с пастырским словом в эти дни печальные Великого поста, которые для нас, всех христиан мира, сегодня стали настоящим испытанием. Я имею в виду не только христиан, живущих в России, но и во всем мире.

Очень многие наши братья оказались в таких условиях, когда храмы закрыты, не совершаются богослужения, прихожане не могут вместе со священниками участвовать в таинствах. И это, действительно, большое испытание для нашей веры и нашей Церкви.

И, тем не менее, очевидно, что в условиях опасности заражения коронавирусом мы, как и все разумные люди, должны быть максимально внимательны и осторожны. И соблюдать все необходимые условия и все необходимые предписания для того, чтобы нам самим не стать источниками распространения этой болезни.

Прежде всего, мы, как христиане, должны задумываться и о тех людях, которые в большей степени подвержены этому заболеванию. Поэтому и правительство страны, и правительство города Москвы обратилось к пожилым людям, к людям с хроническими заболеваниями, людям, которые не чувствуют себя в достаточной мере крепкими и здоровыми — для того, чтобы они соблюдали необходимые карантин и самоизоляцию. В том числе, это касается посещения наших храмов, наших богослужений.

Для всех — это тяжелое испытание: лишиться богослужения, лишиться Евхаристии. Но, с другой стороны, мы должны вспомнить слова, с которыми к нам обращается апостол Петр в своем Соборном послании: «Вы – род избранный, царственное священство» (1Пет. 2:9). Тем самым он показывает, что каждый христианин, вне зависимости от того, носит ли он иерархический сан пресвитера или епископа, является иереем Божьим, и мужчина, и женщина. А это значит, что ему дана благодать от Бога совершать свое богослужение: молиться Богу в домашней молитве, в своей домашней Церкви.

Буквально несколько часов назад я общался со своим добрым приятелем, который живет на Святой земле, в Израиле. И сегодня я видел очень грустное видео, где закрываются, запечатываются двери Храма Гроба Господня. Христиане Святой земли очень переживают, что на Великую субботу, в день, который традиционно так важен для всех христиан мира, особенно для тех, что приезжали на Святую землю, с тем, чтобы получить дары Благодатного огня, который, по преданию, сходит в этот день на Гроб Господень. И вот — Храм Гроба Господня закрыт. Закрыты все храмы, богослужения не совершаются. И вот мой добрый приятель сказал удивительную вещь: «Мы сейчас все учимся быть маленькой Церковью». Как здорово он сказал. Семья, которая оказалась без возможности посещать храм, сегодня по-настоящему учится быть Церковью.

Читать еще:  О «русском» японце и тысячах спасенных жизней

Каждый из нас должен научиться этой удивительной науке, которая казалась нам раньше неочевидной — открытые храмы, доступные богослужения, Литургия совершается регулярно, в воскресные дни, в праздники. Многие из нас, христиан, так к этому привыкли, будто от нас ничего не зависит. Захотел — пришел в храм, захотел — не пришел. Захотел — приготовился к Причастию, захотел — не приготовился к Причастию. Особой ценности этого в нашей жизни, в том числе церковной, в том числе духовной, молитвенной многие из нас не ощущали. До какого-то момента. И вот сегодня, оказывается, этот момент наступил.

Наступил момент осмысления: а что для меня значит молитва? Что для меня значит Церковь? Что такое богослужение? Каким образом я в этом богослужении могу участвовать в условиях карантина, затвора. Мы же знаем такой подвиг христиан, монахов, которые уходили в затвор для того, чтобы именно там научиться — услышать Бога, почувствовать Бога, и — Бога познать.

Наступает такой момент, когда у нас появилась неожиданная возможность иначе взглянуть на нашу религиозность, на отношение к храмовой молитве, к нашей личной молитве и к богослужению.
Еще раз хочу напомнить слова апостола Петра, обращенные к каждому из нас: «Вы — род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел». (1 Пет.2:9).

Поэтому сегодня я еще раз хочу обратиться ко всем православным христианам: давайте будем учиться быть Церковью. Давайте будем учиться быть смиренными, быть терпеливыми, быть аккуратными, осторожными. «Блюдите убо, како опасно ходите» (Еф. 5:15), — говорит апостол Павел.

Действительно, мы должны быть осторожными: каждый из нас в любой момент, не дай Бог, может стать источником болезни для слабейшего, для человека, который эту болезнь может не перенести. Поэтому слова, обращенные ко всем людям, и к нам, христианам, — чтобы мы, по возможности, воздержались от посещения многолюдных собраний, многолюдных богослужений, чтобы мы могли совершать свои богослужения на дому. Например, когда у нас почти все закрыто, на работу многие люди не ходят, это прекрасное время для того, чтобы, наконец, начать читать Священное Писание, углубиться в Евангельское слово. Просто взять и посмотреть — какие чтения Ветхого Завета читаются на будничных службах — это можно взять из Церковного календаря, и читая, участвовать в богослужениях дома.

В среду, 1 апреля мы можем дома, очень молитвенно, глубоко, внимательно, не торопясь, вникая в каждое слово, прочитать Покаянный канон Андрея Критского в день Стояния Марии Египетской. У нас есть возможность читать канон в разных вариантах — и на церковнославянском, в переводе на русский язык, чтобы нам было понятно.

Мы также можем в ближайшую субботу пропеть с настоящей верой, настоящей любовью к Божьей Матери акафист в день Похвалы Пресвятой Богородицы. Нам ничто не мешает будничные богослужения совершать дома.

И, конечно же, каждый имеет возможность пригласить к себе домой священника для того, чтобы поучаствовать в домашней молитве и причаститься вместе со своей семьей или отдельно Святых Христовых Таин и поучаствовать в таинстве соборования.

Я еще раз обращаюсь к вам. Давайте будем беречь друг друга, любить друг друга, слышать предупреждения, которые относятся к нам. Мы делаем это не потому, что наша вера слаба. Мы как раз испытываем нашу веру, насколько она сильна, насколько мы способны быть Церковью в таких условиях. И, по возможности, соблюдая все меры предосторожности, не покидайте дома без особых на это причин.

В какой школе учиться православному ребенку

Издатель

В какой школе учиться православному ребенку

© Издательство «Сатисъ», 2007

Священник Алексий Уминский. Размышления о школе и детях

Новизна и необыкновенность православной школы в том, что эта школа – церковная, то есть имеющая в своем основании те принципы, которые заложены в жизнь самой Церкви, а конкретно – в жизнь прихода. Поэтому та школа, которая выросла из прихода, существует, органично входя в жизнь прихода, а та, которая возникла в стороне, даже если и окормляется сторонним священником, испытывает значительные сложности. Вероятно, дело не только в священническом руководстве, но и в той живой общинной ткани, которая составляется всеми взрослыми и маленькими прихожанами совместно с церковным клиром. Эта общность имеет свое основой Литургическое и молитвенное единение и пронизывает собой весь организм молодой школы.

Очень многие родители желали бы пристроить своих детей в хорошую школу, дать им христианское воспитание и образование, но при этом никак не хотят понять, что христианством нельзя «заниматься», христианством надо жить. Обычный аргумент этих родителей: нам меняться уже поздно, но мы хотим, чтобы у наших детей все было хорошо. И дети, действительно, на первых порах очень восприимчивы к Слову Божию, к богослужению, к молитве. Но если дома, в своей семейной реальности, дети видят, что их родители не придают никакого значения духовному, а то и открыто живут по-язычески, то рано или поздно такие дети начинают вести двойную жизнь и лицемерить.

Читать еще:  На любой призыв Господа мы должны ответить: «Да, я готов»

Нельзя никогда и никому передать дело воспитания своего ребенка. Даже самой что ни есть православной гимназии. Взять на себя ответственность за воспитание – значит постоянно отдавать самого себя семье, детям, Церкви.

Сейчас в России существует несколько десятков православных школ. Они работают уже пять лет, а ведь такое простое дело не сделано – хотя бы наладить предметные олимпиады между православными школами. Или вечера для старшеклассников. Это очень важно для ребят – ощутить свою школу не одиноким островком, но частью большого единого целого, встретить еще кого-то кроме узкого круга однокашников – других ребят, таких же православных, живущих сходными интересами и проблемами.

Похоже, мы слишком быстро похоронили советскую школу, радостно отряхнули ее прах с наших ног и совершенно не заметили того колоссального положительного учебного, методического, административного и даже воспитательного опыта, которым она обладала.

Многим кажется, что у нас все будет хорошо просто оттого, что мы все православные. Но реальность говорит об ином: возникает множество трудностей, специфичных именно для православной школы. Трудным, к примеру, оказывается вопрос поддержания дисциплины. Принцип семейственности, увы, может быть воспринят по-разному. Для одних – это особая ответственность и духовное родство, для других – панибратская вседозволенность. Родительское настроение моментально передается детям. Дело может дойти до того, что на уроке дети перестанут обращать какое-либо внимание на педагогов, ходить по классу и т. д. Ну, а если, преподаватель не имеет особого педагогического опыта или совсем новичок, тогда могут происходить самые невероятные вещи. Ученик что-нибудь сделает, а учитель ему (с истинно православным «смирением»): «Прости меня, Христа ради!» Многие учителя, нужно сказать, стесняются дисциплинарных мер и решают начисто избавиться от таких непопулярных «советских» методов, как двойка за поведение, запись в дневник и вызов родителей, а вместо этого всячески «смиряются» перед детьми.

Дисциплина подрывается еще и тем, что православные родители по-своему понимают взаимосвязь церковной жизни и школьного распорядка, т. е. совершенно произвольно могут устраивать выходные своим детям по случаю того или другого церковного праздника.

Основная идея православной школы – уберечь детей от растлевающей обстановки в школах государственных, но, оказывается, немало опасностей поджидает нас и в церковном кругу. Дети воспринимают православную школу как место, куда их поместили, чтобы избавить от всех проблем, в том числе и от учебы. Приходится преодолевать у детей и у родителей странный стереотип: для православного ребенка главное – читать по-церковнославянски и знать гласы, а что более того, то от лукавого. А если дитя рисует, особенно если не храмы и иконы, а город, еще что-то, тогда точно в прелести. А уж если стихи о любви пишет…

Когда приходится исключать за неуспеваемость, случается, родители начинают картинно возмущаться: «Как?

Нам придется идти в эту ужасную государственную школу, где наш ребенок духовно погибнет? Вы ответите за это перед Богом!»

Словом, шантаж настоящий.

Мнение о том, что в государственной школе дитя непременно испортится, а в православной обязательно станет добрым и верующим, по меньшей мере нужно назвать наивным. На самом деле, в государственной школе многие дети проявляют себя гораздо лучше, чем в православной гимназии. В обстановке обычной школы ребенок сталкивается с необходимостью активно отстаивать и исповедовать свою веру. В ней он воочию видит те отличия, которые несут в себе дух мира и дух Евангелия. Жизнь по заповедям Божиим перестает быть для него абстракцией. А в православной школе он избавлен от этих проблем. Вера, за которую не надо бороться, которую не надо отстаивать, быстро приобретает оттенок обыденности и нарочитости. Особенно это касается детской веры, ведь душа ребенка особенно нацелена на динамику, экспрессию, героический пафос в жизни.

Получается, что когда он учился в обычной школе, ему приходилось реально отвечать за свое христианство, бороться за него. В среде, далекой от Церкви и часто враждебной, он проявлял себя христианином. Там он молился перед уроками, в храм ходил, исповедывался, причащался, потому что страшно было. А здесь все очень хорошо, никто не трогает, все дозволено. Это значительная духовная и педагогическая проблема: как избежать охлаждения, как сделать, чтобы среда православной гимназии формировала детей как людей горячо верующих. И вот какие видятся решения.

Во-первых, взрослые должны допускать мысль, что не всем детям показано обучение в православной школе. Вопрос, в какой школе учиться ребенку, рассматривать нужно более внимательно. Родители совместно с духовником обязательно должны разобраться в индивидуальных особенностях сына или дочери. То, что для одного является благом, для другого может оказаться во вред.

Во-вторых, взрослые должны постоянно заботиться о том, чтобы у детей в стенах школы было некое пространство для подвига, для выражения своих чувств и взглядов, для определенного положительного пафоса. Знание о духовных вопросах детям должно даваться вовсе не с той легкостью и запланированностью, с какой преподается им рассудочная информация. Для духовного роста недостаточно условий маленького православного парничка. Нужно некоторое напряжение, некоторое усилие, с которым дети постигали бы духовные вопросы. А то ведь мы читаем аскетические творения Святых Отцов, пытаемся их понять и воспроизвести в своей жизни, но совершенно упускаем из виду тот факт, что сами-то живем жизнью совершенно неаскетичной. Откуда у современного городского жителя может взяться верное понимание православного подвижничества, если, к примеру, воду в необходимых количествах всегда можно взять из-под крана, а отцам-пустынникам приходилось приносить ее с расстояния дневного пути? Понятно, что взятые из книги аскетические понятия будут восприняты ребенком на уровне чисто интеллектуальном и не будут связываться им со своим повседневным жизненным опытом. То духовное богатство, которое досталось Церкви кровью и потом ее мучеников и преподобных, наши дети в стенах школы получают с удивительной легкостью и безответственностью. Они могут подробно рассказать чинопоследование, растолковать Символ Веры, много рассуждают на евангельские темы, но в реальной жизни они совсем другие, они живут другим. Получается какая-то брешь между церковной молитвой, Причащением и тем, что́ реально наполняет их жизнь.

Читать еще:  Когда дети говорят: “Взорвал бы я эту школу!”

Духовный опыт должен даваться трудами. Вместо того, чтобы «проходить» «Блаженни милостивые…» на уроке Закона Божия, мы должны предоставить детям возможность оказаться в ситуациях, когда кто-то ждет от них милости или нуждается в их милосердии.

Хорошо воспитывать детей на житиях святых. Но нельзя требовать с них после этого исполнения прочитанного. Это такой уровень духовной жизни, на который запросто не взбираются.

Ступенька к духовной жизни – это правильно устроенная жизнь души, правильное эмоциональное устроение, которое потом приведет к устойчивой, трезвой, жертвенной духовной жизни. Нужны реальные, общие, интересные дела, в которых дети могли бы проявить себя как люди, которые не предают товарища, которые помогают друг другу, прощают обиды. Нужны общие дела, которые помогут им сдружиться. А то ведь бывает так, что в классе всего 10 человек, но и те не ладят между собой. Даже нецерковные дети по сравнению с ними оказываются более открытыми и дружелюбными. А эти – «ангелочки» с виду, но иногда по отношению друг ко другу такие дикости допускают – просто диву даешься. Причем находят себе при этом «духовные» оправдания.

Мы должны постоянно искать общие для школы дела. Чтобы дети и преподаватели участвовали в детских театрах, студиях, в издании гимназической газеты или журнала. Это очень сближает, это становится моментом общего доверия, когда дети по-настоящему не боятся себя раскрыть. А закладывать в них духовные понятия, я убежден, лучше всего именно в такие моменты открытости.

У нас в гимназии издается журнал «Гимназист» и газета «Alma mater». «Гимназист» готовится тщательно, с участием взрослых. В нем много, так сказать, итоговых материалов – лучших работ учащихся и статей преподавателей. В газете – полный простор для творчества редакции, целиком составленной из числа гимназистов.

Помянем отца Алексия Уминского.

Керстин Хольм | Frankfurter Allgemeine
Христианство, религия меньшинства

Нынешний курс Русской православной церкви не имеет будущего, считает настоятель московского храма Святой Троицы в Хохлах Алексей Уминский. С ним встретилась корреспондент немецкой газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung Керстин Хольм.

«Российская интеллигенция, которая симпатизировала Православной церкви, испытывавшей давление со стороны государства в советское время, сегодня проявляет в отношении РПЦ чуть ли не аллергическую реакцию. Московский Патриархат — часть вертикали власти, как ФСБ, армия и прокуратура. РПЦ не критикует ни нарушения в российской системе правосудия, ни серьезные недостатки социальной и образовательной систем, ни военные операции на Украине», — продолжает автор статьи.

«Такие консервативные представители Православной церкви, как протоиереи Всеволод Чаплин и Дмитрий Смирнов, охотно выступающие перед телекамерами с толстыми золотыми крестами на внушительных животах с оправданиями убийства врагов, а точнее — еретиков, или насилия в семье, скорее всего, не представляют позицию большинства православных священнослужителей. Однако им никогда открыто не перечат из их собственных рядов, в то время как известный своей активной позицией миссионер дьякон Андрей Кураев, осуждающий склонность иерархов РПЦ к роскоши и в свое время высказавшийся против ареста участниц Pussy Riot, был исключен из преподавательского состава Московской духовной академии, где он был профессором», — говорится в материале.

Московский Патриархат настроил против себя гражданское общество и проектом по строительству «храмов шаговой доступности» — жители таких районов, как Измайлово, Куркино, Кузьминки и Лосиный остров, вышли на акции протеста против данного проекта, отмечает автор.

«Священников, сохраняющих дистанцию от власти, денег и антизападного курса, меньшинство. В их рядах — протоиерей Алексей Уминский, давший отпор на радиостанции «Эхо Москвы» Чаплину и Смирнову и заявивший о том, что у церкви нет «цели борьбы со злом» и что насилие в семье — ошибка, которую нельзя оправдывать какими-либо цитатами из Библии или мнимой православной традицией.

По словам отца Алексея, как в России, так и в Европе традиционное христианство подвергается эрозии. Он объясняет это в первую очередь последствиями двух мировых войн. По его мнению, Московский Патриархат допускает ошибку, пытаясь восстановить православие XIX века в его давно дискредитировавшей себя форме «симфонии» — слияния государства и Церкви. Богатая Церковь, считает Уминский, не имеет будущего. Христианство, предрекает он, как в России, так и в Европе никогда больше не будет религией большинства.

«Приход Уминского — пример того, как может быть по-другому. Он состоит из трехсот семей, которые проживают не только в престижном районе, где расположен храм, но и в других районах города, а также за пределами Москвы. Средства, собранные этими семьями, идут на содержание храма, уборку и охрану — из них же выплачивается жалованье священнослужителям», — рассказывает Хольм.

Идеалом будущего Алексей Уминский видит христианское гражданское общество в России. По мнению Уминского, поддерживаемая государством программа по строительству храмов «шаговой доступности» — нужный проект, отмечает Керстин Хольм.

Алексей Уминский с оптимизмом смотрит на молодое поколение. «Его сыновья работают и учатся. Они серьезно и вдумчиво относятся к религии: старший его сын нередко ведет дискуссии со своим другом, чеченским мусульманином», — пишет автор в заключение.

Ох, что-то с ним будет. И с ведомой им передачей «Православная энциклопедия».

Впрочем, не думаю, что о. Алексий признает авторство этого feuilleton.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector