0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Почему закон о домашнем насилии это не угроза семье?

Содержание

Почему закон о домашнем насилии — это не угроза семье?

Людмила Петрановская объясняет, что означает законопроект для семей с детьми.

В связи с проектом закона о домашнем насилии чаще всего говорят о женщинах, а я бы хотела сказать несколько слов о детях, о том, и как этот закон защитит их.

Чудовищная история с убийством девочки в Саратове вызвала большой резонанс, но надо понимать, что случаи, когда ребенок погибает от рук преступника-рецидивиста при подобных обстоятельствах, единичны. Большинство случаев насильственной смерти детей происходят в семьях, от рук родственников или людей, которые живут с ними в одном доме. На одного ребенка, убитого на улице, приходится несколько сотен детей, вынужденных годами жить в опасности, детей, жестоко искалеченных или убитых людьми, которым они доверяли, теми, которые их должны были защищать. Скорбеть о Лизе и выступать против закона о домашнем насилии довольно лицемерно. Мы не можем оставить детей без защиты на том основании, что их убивает не чужой человек за гаражами, а кто-то из близких прямо у них дома.

Что происходит сейчас, если кто-то предполагает, что ребенок пострадал от насилия в семье? Допустим, в детском саду увидели у него синяки и в ответ на вопрос «Что случилось?» он сказал, что его побили дома. Воспитатель обязан сообщить в опеку. Опека обязана разобраться.

Сотрудник опеки оказывается перед очень неприятным выбором. Возможно, ребенок все придумал или его не так поняли. Возможно, его правда избили. За один день и максимум один разговор с родителем (и то если удалось его застать дома или вызвонить по телефону) это не всегда поймешь. Как быть? Отправить ребенка домой, где его, возможно, изобьют до полусмерти за то, что «настучал»? Или запугают, чтобы больше никому ничего не рассказывал? Или увезут в неизвестном направлении?

Мы же не знаем, в каком состоянии тот, кто его побил. Может быть, у него алкогольный психоз, или он жестокий психопат. Это может быть вообще не родитель, а, например, сожитель матери или родственник, страдающий зависимостями. А может быть, ничего страшного нет, и произошло недоразумение, или, даже если ребенка наказали сгоряча, родитель уже сам сожалеет и решил, что больше никогда такого не сделает?

Врагу не пожелаешь принимать такие решения. Либо сотрудник опеки оставляет ребенка в ситуации, когда он находится в полной власти человека, который гипотетически является насильником по отношению к нему, и человек может сделать что угодно, либо забирает ребенка в приют. Наверное, неудивительно, что в этой ситуации чаще всего принимается решение ребенка забрать, даже если нет уверенности, что угроза очень серьезная.

Происходит очень несправедливая вещь. Мало того, что ребенка избили, после этого его забирают не только от обидчика, но и от его других родственников, которые, может быть, его не обижали! Из его семьи, из его дома, от его игрушек, от его друзей, из его школы – от всего его мира. Его насильственно помещают фактически в место лишения свободы, пусть и комфортное, — именно за то, что его побили. Нынешняя практика, которая существует сейчас – это практика «наказания жертвы», того, кто пострадал. И нет другого способа его защитить, кроме как изолировать. В довольно частой ситуации – насилие со стороны сожителя матери – ребенок оказывается в приюте, теряя все, а насильник сплошь и рядом продолжает жить где жил, если не заведено уголовное дело.

После этого у опеки есть неделя на то, чтобы подать на лишение родительских прав. Закон обязывает ее это сделать. И через неделю эта же горячая картошка оказывается в руках судьи. У судьи обычно к этому времени недостаточно фактов, чтобы принять решение: было, не было, опасно, не опасно, можно возвращать, нельзя возвращать. Понятно, что сплошь и рядом перестраховываются. Если есть риск вернуть ребенка туда, где, возможно, ему грозит опасность, или ребенка оставить в учреждении – выбирают оставить в учреждении.

Таким образом, сейчас практика такова, что малейшее подозрение, что ребенок в семье подвергается насилию, влечет за собой катастрофические последствия для ребенка и для семьи. Очень трудно потом вернуть обратно, на это не предусмотрено процедуры и никто не хочет брать на себя ответственность. Даже если удалось вернуть ребенка, травма для него и для семьи бывает очень серьезной.

Как же быть, ведь действительно страшно оставлять ребенка в, возможно, опасной ситуации?

Запрет находиться с ребенком должен быть предъявлен взрослому

Для этого и предлагается способ, которым во всем мире разрубается этот мучительный узел. Вместо того, чтобы забирать ребенка из-за подозрений, что какой-то из взрослых в его окружении для него опасен, выносится запрет этому взрослому находиться вместе с ребенком. Конечно, это тоже сложная ситуация: может быть, взрослому обидно, неудобно, неприятно, особенно если, например, он на самом деле этого не делал. Но по сравнению с отобранием ребенка из семьи очевидно, что это гораздо меньшая беда – взрослому найти где-то пожить несколько дней или недель, и дать больше времени, например, той же опеке разобраться. Сам по себе запрет очень мотивирует родителя на контакт с опекой, его не придется отлавливать и упрашивать поговорить, как это нередко бывает.

Читать еще:  Шестеро детей, птенцы серой цапли, хорек-альбинос и поросенок Витька

Да и снять запрет — намного проще, чем вернуть ребенка, если уже его отобрали. Допустим, опека несколько дней разбирается, договаривается о каком-то сотрудничестве и видит, что опасности для ребенка нет, и запрет снимается полицией. При этом запрет на приближение это не судимость, не арест, ничего очень ужасного для взрослого человека он не несет, и даже если тревога окажется ложной или преувеличенной, жизнь семьи легче вернется к норме.

Обычно, если у человека сохранился здравый смысл, он не будет нарушать запрет на приближение. Если это все-таки происходит, можно и нужно вызывать полицию, не дожидаясь агрессии. Полиция в этой ситуации не может сказать, как они сейчас часто говорят: «Будет повод, тогда вызывайте». Нет нужды ждать, что кого-то уже изобьют и потом снимать побои. Есть прямой запрет на приближение к ребенку, если он нарушен – это основание для задержания, для административного дела.

Мировой опыт показывает, что это действует очень охлаждающе. Если известно, что за нарушение запрета тебя, а не ребенка заберут в казенный дом – это отрезвляет, а кому недостаточно окажется – административный арест может добавить здравого смысла и самообладания. И наоборот, если взрослый в этой ситуации демонстрирует законопослушность и адекватность, это аргумент за то, что с ребенком все будет в порядке и после отмены запрета. Не гарантия, но весомый довод.

Конечно, к этому должны быть добавлены программы помощи тем родителям, которые бьют детей под влиянием гнева или беспомощности, но это уже сфера социальной работы и психологии, а не закона.

Проект закона о домашнем насилии: Не купил жене шубу — уже насильник? Выселяйся из квартиры?!

В телевизоре и интернете рвут друг на друге рубахи — депутаты и общественники спорят — зачем нужен и что нам принесет новый Закон о «домашнем насилии». Защитит женщин от мужей-тиранов? Или разобьет тысячи семей, сделает детей сиротами, отправив их в детдом, а родителей — в тюрьму?

Поняв, что страсти заполыхали не на шутку, Совет Федерации просто взял и опубликовал проект этого Закона — для обсуждения. Всеми кто хочет. На 2 недели.

Давайте обсудим и мы. А главное — посмотрим — что, собственно, в Законе написано.

1. Что такое «домашнее насилие»?

Авторы закона отвечают так:

«Умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления».

Что это получается: не дал жене денег на новую шубу — причинил психический вред? Или отказался продавать машину ради поездки на море — вред имущественный?

— Имущественное насилие — это не про какие-то капризы с шубой или отдыхом за границей, — объяснила «КП» адвокат Людмила Айвар. — Вот зарабатывают муж и жена вместе. А деньгами распоряжается кто-то один. И вместо того, чтобы купить колбасу, хлеб домой — он или она тратит все на алкоголь или казино. Психическое насилие — это действия, направленные на создание у жертвы страха перед насильником. Говорят: «Женщины весь мозг проедают». Это насилие, когда тебя постоянно унижают, оскорбляют словами. Определяется через психологическую экспертизу. Там психологи не задают прямых вопросов, но через научные методики определяют, была ли в семье травля.

— Тут нет точных юридических формулировок. Поэтому остаются сплошные маневры для манипуляций, — сказал «КП» депутат Госдумы Виталий Милонов. — Что такое психический вред? В чем он измеряется. Вот посадите перед нами 10 психологов и каждый из них по-своему этому объяснит. Нет одной шкалы для измерения. Но любая ерунда, которая общественнику показалось странной, может стать поводом для проверки семьи. Дальше. Имущественный вред. Как это повернут на практике. Ведь жена или муж смогут терроризировать друг друга: купи сапоги или напишу заявление на тебя в полицию. Или кто-то извне устроит шантаж, давя на самое ценное — их брак.

Аудио: Почему закон о домашнем насилии расколол общество на тех, кто сильно «за» и резко «против»

2. Кто жертва?

«Супруги, бывшие супруги, лица, имеющие общего ребенка (детей), близкие родственники, а также совместно проживающие и ведущие совместное хозяйство иные лица», — говорится в законе.

— Это ваша жена, ребенок, бабушка. Речь идет о тех, кто живет в одной квартире. Или находится в постоянном контакте, — говорит адвокат Людмила Айвар. — Например, сын-алкоголик приходит к своим пожилым родителям и отбирает у них пенсию. Он по новому закону будет расцениваться, как насильник. Или бывший муж, которой не дает спокойно жить прежней жене.

— Никто не мешает уже сейчас вызвать полицию, если вас терроризирует муж или сын-алкоголик, — уверен депутат Виталий Милонов. — Другой вопрос, смогут ли вас защитить. Раз отобьют. На второй уже не поедут: «А, они постоянно дебоширят». Вот лучше бы заставили участковых и полицейских работать, ходить на вызовы. Зачем плодить новые странные законы.

3. Касается ли это детей?

Чего боятся противники закона? Что соцработники смогут влезать в семью и забирать у родителей малышей. Или какой-нибудь маленький Павлик Морозов сможет настучать на своих родителей. Мол, мама с папой не купили новый мобильник или приставку — разберитесь с ними.

— С 14 лет ребенок и сам сможет обратиться в полицию или органы соцзащиты, — объясняет адвокат Людмила Айвар. — А если он совсем маленький, то жалобу примут от учителя, воспитателя, соседа или бабушки. На ровном месте подозрений не бывает. Тут, конечно, не про мобильник или приставку речь. Если ребенку не покупают теплую куртку, а на улице холодно. Если не кормят его. Если постоянно запугивают и унижают — и от этого сломалась его психика. Вообще-то, и сейчас соцработники могут изъять ребенка из семьи. Но шашкой махать никто не будет. Мы говорим о проверках, когда есть серьезные подозрения.

— Главное лукавство — закон не коснется детей. В тексте ясно сказано, что речь идет о близких родственниках, — сказал депутат Виталий Милонов . — Представим, что сын не хочет ходить в школу. А его заставляют идти на занятия. Это же против его воли. Чем не повод для того, чтобы ребенок написал жалобу на маму и папу. Закон это только поощряет. Или дали вы ребенку ладошкой по заднице за всякие провинности. Это увидел сосед. Или какой-то активист. Написал кляузу. И ребенка изымают из семьи.

4. Как спасать?

Согласно новому Закону, заниматься этим будут и участковые, и врачи, и соцработники.И даже общественники, подозревающие факт домашнего насилия, смогут написать жалобу на семью в полицию. Уже потом эксперты смогут прийти в квартиру с проверкой.

Также по новому Закону предлагают сразу ряд мер, которые помогут отгородить насильника от жертвы.

Первое: дебошира могут отправить на профилактическую беседу. Там ему объяснят, чем для него обернутся домашние издевательства.

Второе: психологическая работа. С жертвой и насильником поговорят специалисты, которые попытаются разобраться в их семейной проблеме.

Третья: открытие кризисных центров. Там женщины смогут спрятаться от мужа, чтобы он их не преследовал в обычной жизни.

Четвертое: для нарушителей будут выдавать защитное Предписание на срок от 30 дней до одного года (выдавать его будет участковый). За это время тот, кто напал на своего родственника, не сможет приближаться к жертве. Будет запрещено писать в соцсетях и звонить по телефону. Если правила будут нарушены — выдается уже Судебное предписание (что строже и выдается судом). А если не подействует и оно — будет заведено уголовное дело.

— Здесь все сложно. Если жилье принадлежит жертве — насильника выселят (через суд). И это его проблемы — куда он пойдет. Это тоже должно его останавливать от издевательств, — пояснила «КП» адвокат Айвар. — Если жилье в совместной собственности, тут несколько вариантов. Или насильника выселят. Или женщина временно переедет в кризисный центр. В конце концов, они или помирятся, или окончательно разъедутся, продав квартиру. Последнее — квартира принадлежит агрессору. Тогда жертва уезжает в кризисный центр. Их откроют на деньги государства. Регионам придется на это раскошелиться. Например, в Москве уже существует такой кризисный центр (ул. Дубки, 9А, Москва). И сейчас женщины могут там получать помощь.

Аудио: Михаил Леонтьев: Чтобы защитить женщин, надо очень сильно расширить границы необходимой самообороны

МНЕНИЕ «ПРОТИВ»

Павел Островский, священник:

— В нынешнем виде закон не нужен. Оговорюсь, мы против домашнего насилия. Никто из нас не собирается защищать мужчин, которые избивают своих жен. Но этот закон — он совсем не про домашнее насилие. Посмотрите, какие-то непонятные общественные организации смогут писать жалобы на мам и пап. Потом эти организации хотят наделить правами работать с семейными проблемами. Кто эти люди? Почему мы должны их пускать в свою семью?

Дальше — зачем принимать новый закон, если не работают старые. Вот издевается мужчина над женщиной, написали заявление в полицию, а там ответ: «Когда убьют — приходите». Когда примут этот закон — что-то поменяется? Нет. Нужно уже сейчас заставить работать полицию, участковых.

И еще — Закон о «домашнем насилии» предполагает вмешательство в воспитание наших детей. Вот я воспитываю малышей по-христиански. А с либеральной точки зрения это могут расценить как насилие. Якобы я им навязываю свою веру. Или принуждаю учить уроки, что могут расценить как психологическое насилие. Это очень страшный закон для каждой семьи.

МНЕНИЕ «ЗА»

Оксана Пушкина, депутат Госдумы:

В сегодняшнем нашем обществе, где уровень агрессии зашкаливает, не вмешиваться в семью нельзя. Как вмешиваться, кем вмешиваться, какими путями, насколько деликатно, как с точки зрения права — вот это всё обсуждается. И служба опеки обсуждается. А ничего не двигается. Наш законопроект не про детей, потому что, по нашей установке, дети сегодня защищены, у них есть свои защитные механизмы: служба опеки, инспекция по делам несовершеннолетних и так далее. Мы сегодня говорим только о жертвах домашнего насилия. И вот здесь у нас полный бардак. Кому-то надо наводить порядок. Кто-то должен взять на себя ответственность. Никто не хочет брать. Так комфортно. Фразу «после нас хоть потоп» я слышу и в здании Госдумы тоже. И «раньше как-то жили и теперь разберутся». И «куда вы лезете в семейную жизнь». И «только внутри можно разобраться». Ну вот, один разобрался: руки отрубил. Кстати, 80% женщин, сидящих на зоне за убийство, сидят за так называемую самооборону от мужей-тиранов.

Читать еще:  Нобелевская премия за биоритмы — что открыли три американца

Аудио: Николай Стариков: Законопроект о домашнем насилии говорит о «психических страданиях». То есть зять сможет выселить пилящую его тёщу за страдания?

МНЕНИЕ

Побить жену все равно, что не правильно припарковаться?

Пока мы тут рассуждаем нужен закон или нет, 30 000 жертв насилия (такая неофициальная цифра, официальных нет) в опасности у себя дома. Домашнее насилие, пожалуй, единственное преступление которое вообще никак не регламентировано и не рассматривается уголовными законами РФ .

Ни профилактики, ни мер, ни адекватных следствий и наказаний — ничего. А жертв — тысячи. (подробности)

Поссорился с женой — жди на кухне Шарикова из «Собачьего сердца»

Эпидемия из Европы под названием «профилактика семейно-бытового насилия» рвется в Россию .

Что из этого может получиться? Да примерно понятно. То же, что было несколько лет назад с общественной организацией «Стопкиднеппинг». Этой интересной организации «Комсомолка» посвятила несколько материалов. (подробности)

Аудио: Екатерина Шульман: Полицейские не любят принимать заявления о побоях, так как знают, что 7 из 10 заберут в течение 3 дней

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

В законопроекте о домашнем насилии пункт «Преследование» был и до дела экс-доцента СПбГУ Соколова

Тема домашнего насилия буквально не сходит с первых полос в последнее время. И дело тут не только в готовящемся законопроекте, вокруг которого много разговоров и споров, но и в громких уголовных делах. Жуткая история, случившаяся неделю назад в Санкт- Петербурге , где профессор Олег Соколов убил и расчленил свою молодую любовницу, снова заставила общественность внимательнее посмотреть в сторону закона «О профилактике домашнего насилия». Напомним, что разрабатывается данный документ с лета 2019 года по инициативе главы СовФеда Валентины Матвиенко . (подробности)

Читайте также

В городе Саянске, отказавшемся вводить карантин, коронавирусом не заболел никто! В чем секрет?

Месяц назад мэра, решившего не закрывать парикмахерские и детсады, сочли рисковым «ковидодиссидентом». Обозреватель «КП» Владимир Ворсобин приехал в этот город — посмотреть, не случилась ли тут эпидемия [фото]

«Не плачь, девочка»: сибирячка, которую выбросили младенцем в мусоропровод, сделала тест ДНК

Она была уверена, что наконец-то нашла свою семью. Но правда оказалась неожиданной и породила еще больше загадок в этой истории

«От него разом забеременели две девушки. Одна из них — моя мама»: сибиряк ищет отца, которого видел лишь однажды

Мужчина верит, что папа жив, и хочет сам спросить, почему тот выбрал другую семью

Дети нашли награду в сугробе: Орден Красной Звезды спустя четверть века вернулся к семье героя

Каким образом награда ветерана Великой Отечественной войны оказалась в снегу на другом конце Самары – до сих пор неизвестно

Лучшие каркасные бассейны 2020

Узнали про лучшие каркасные бассейны в 2020 году, с помощью которых можно будет хорошо отдохнуть на даче

Писатель-фантаст Сергей Лукьяненко: Мы уйдем в цифровое Средневековье. На каждого заведут электронную папку с компроматом

Автор «Ночного Дозора» поразмышлял, как изменится мир после пандемии

Не простила отцу, что сдал ее в секту: За что дочь Успенского назвала отца домашним тираном

В открытом письме Татьяна раскрыла нелицеприятные подробности семейных отношений «папы Чебурашки»

Доктор Мясников – Собчак: «За оскорбления можно убить. У меня друг отсидел за двойное убийство»

Известный врач рассказал о дружбе с Соловьевым и скандале с Навальным

Лучшие аэраторы 2020

Выбираем лучшие аэраторы 2020 года: популярные модели и советы от эксперта в материале «Комсомольской правды»

«Затягивать нельзя!» В Совфеде требуют принять закон о такси

По мнению сенатора, это облегчит жизнь извозчиков

В Сочи переименовали реку Хероту

Неблагозвучное название заменили исторически верным

Сохранить стратегическую перспективу

Исторически Россия являлась и до сих пор является одним из мировых научно-технологических центров. Образование, фундаментальная наука и промышленная система составляют совокупность производительных сил

Окончен школьный роман: учительница из Астрахани, соблазнившая ученика, потеряла работу и смысл жизни

Учительнице биологии Екатерине Савиновой дали условный срок за роман с 15-летним Самвелом и запретили заниматься любимым делом

Открытие магазинов в Москве после самоизоляции с 1 июня 2020: какие заработают

Мэр города рассказал, какие магазины откроют в столице

В Москве разрешат прогулки: пока по графику

С 1 июня в столице заработают непродовольственные магазины, химчистки, мастерские

Карантин срывает крышу: Пригожин обещает избить Шнура, Михалков разносит Познера, а Уткин зовет Соловьева на баттл

Как развивались главные скандалы последних недель

День мотоциклиста 2020: история и традиции всемирного праздника

Ежегодно он отмечается в июне

Как поссорились Иван Иванович и Иван Никифорович

Наш колумнист — о последних скандалах между звездами

На конкурс Института развития интернета поступило более 400 проектов

Заявки по двум волнам конкурса в 10 раз превышают объем субсидий на 2020 год

В десяти городах Юга России пройдут Парады Победы

В них примут участие свыше 43 тысяч военнослужащих

В Москве с исторической достоверностью воссозданы Холмские ворота Бресткой крепости

Ко Дню пограничника в Музее Победы подготовили уникальную экспозицию, которая рассказывает о первых днях Великой Отечественной войны

Возрастная категория сайта 18+

Уведомления

Мы запустили спецрассылку новостей о COVID-19

Помогите бизнесу найти себя

У фото дня и видео дня появилась ссылка на статью

Все новости

Минздрав решил победить COVID-19 в России статистикой

Почти 100 новых случаев Covid-19 и увеличение пособия по безработице: хроника за сутки

Косметика и уход, которым доверяют француженки: там не делают уколов красоты, но кожа сияет после процедур

НГАСУ (Сибстрин) расширил перечень бесплатных программ дополнительного образования

Угадайте, сколько стоит коттедж на острове и особняк с собственным спа-центром: нашли дачи, которые удивят даже искушенных

Рамзан Кадыров заявил, что он здоровый человек и имеет право болеть

Ещё трех участников вечеринки у Бугринского моста будут судить за отсутствие маски

Поднялся столб дыма: в Октябрьском районе загорелось бесхозное здание

Выплату коронавирусных пособий по безработице продлили до 1 октября

Владимир Путин в три раза увеличил пособие по безработице

«Ребёнок успел проскочить на самокате»: подробности трагедии на Затоне, где тополем убило мужчину

«Останемся так без больниц». Вирусолог спрогнозировал, к чему могут привести массовые гуляния в Новосибирске

Путин предложил отправить московских врачей в регионы лечить коронавирус

«Ждали самолета два месяца»: в Новосибирске приземлится первый вывозной рейс из Еревана

«Брала микрозаймы на макароны детям»: как торговцы Центрального рынка пережили месяц безработицы

Роспотребнадзор составил правила жизни при коронавирусе до конца года. Изучаем документ

Власти объяснили, почему на Первомайке несколько месяцев не работает новый корпус детского сада

Кремль: день парада Победы 24 июня в России будет выходным

Темы — от волонтерства до киберспорта: в Москве завершился конкурс медиапроектов на три миллиарда

Утята собрали пробку в Новосибирске — их пришлось спасать водителям

Экс-губернатор НСО отсудил компенсацию у государства: он просил 5 миллионов — сумму снизили в 25 раз

Министр объяснил взрывной рост пациентов с коронавирусом — сегодня сообщили почти о 100 новых

Росздравнадзор: у медиков НСО остался только недельный запас защитных костюмов. Минздрав: это не так

Ударило веткой тополя: в Новосибирске из-за урагана погиб мужчина

Ещё один новосибирец умер от коронавируса. Количество смертей в регионе — 31

Мэрия попросила новосибирцев докладывать о предстоящих массовых вечеринках в городе

Тревожный антирекорд: за сутки коронавирус нашли у 97 новосибирцев

В России еще 8338 зараженных коронавирусом. 161 человека спасти не удалось

Покажи последнее фото в своем телефоне: 20 странных кадров от сибиряков

В Новосибирске ищут подростка, сбежавшего из больницы после ДТП

Во время бури в Новосибирске пострадали четыре человека

«Человек 20 собралось»: в центре Новосибирска произошла массовая драка

Новосибирская компания перешла на экстремально короткий рабочий день: теперь там работают всего 1 час

Участника скандальной вечеринки у Бугринского моста оштрафовали за отсутствие маски

Налог на воду и штраф за борщевик: разбираемся в садовых законах нового сезона

Авто: Столичный Новосибирск: 6 мест, где позарез нужны двухуровневые развязки — смотрите, какими они будут

Минздрав пересчитал сотрудников ГКБ №1, которые заразились коронавирусом — их оказалось больше двух десятков

Авто: Новое ОСАГО: отвечаем на популярные вопросы о стоимости и причинах попадания в чёрный список

«Посылали два запроса, отказали без вопросов»: как кризис повлиял на рынок ипотеки в России

«Бейте женщин, мы не будем их защищать»: почему закон о домашнем насилии опять не примут?

Эксперты объясняют, зачем депутаты проигнорируют закон, который нужен всей стране

Декриминализация домашних побоев сделала борьбу с насилием в семье еще более сложной

Фото: Александра Савельева / 76.RU

Законопроект о профилактике домашнего насилия хотели вынести на рассмотрение Госдумы еще в 2019 году, потом отложили до конца января 2020 года, но вот январь подходит к концу, а документ в повестку так и не внесен. Одной из причин называют его широкое обсуждение — у, казалось бы, полезного закона нашлось много противников.

Вместе с авторами законопроекта, юристами и общественниками мы разбираемся, что не так с законом, который нужен всей стране.

О чем этот закон?

Закон о профилактике семейно-бытового насилия, по мнению авторов проекта, поможет защитить жертв домашних тиранов. В первую очередь речь идет о женщинах и детях. Он вносит ряд изменений в текущее законодательство:

— вводит понятие семейно-бытового насилия;
— обязывает медиков сообщать полиции, если полагают, что травма получена пациентом в результате домашнего насилия;
— обязывает госорганы реагировать на информацию о домашнем насилии немедленно;
— обязывает соцслужбы заниматься реабилитацией и социальной адаптацией жертв;
— вводит профилактический учет и контроль для проблемных семей;
— включает в число жертв домашнего насилия сожителей и бывших супругов;
— разрешает выдавать защитное предписание — временный охранный ордер, запрещающий насильнику общаться с жертвой.

Милые бранятся

Впервые законопроект о профилактике семейно-бытового насилия был внесен в Госдуму в 2016 году, но тогда не прошел даже первое чтение. О необходимости такого закона заговорили вновь после того, как в 2017 году были декриминализированы побои в семье.

— Я глубоко убеждена, что декриминализация побоев в отношении близких лиц — большая ошибка. Власть дала домашним тиранам опасный сигнал: «Бейте женщин, бейте детей, мы не будем их защищать!», — говорит один из авторов законопроекта, депутат и член профильного комитета Госдумы Оксана Пушкина. — Это сделало и без того латентную проблему домашнего насилия ещё более скрытой, а борьбу с ним — более сложной.

Читать еще:  Встречи на пути к Небесному Иерусалиму. Воспоминания в день Радоницы

По данным Совета Федерации, на которые ссылаются авторы закона, в 2018 году за помощью к государству обратились 33 тысячи жертв домашнего насилия. При этом речь идет только о людях, чьи отношения официально зарегистрированы, — супругах и прочих членах семьи. Люди, которые регулярно фигурируют в криминальной хронике под кодовым названием «сожитель», в этой статистике не учитываются. При этом число официальных браков уменьшается с каждым годом. По данным Росстата, в 2010 году было 1,2 миллиона свадеб, а в 2018-м — только 893 тысячи.

Авторы законопроекта ссылаются на то, что, даже когда женщины пытаются обратиться в полицию, им не помогают. Оксана Пушкина говорит, что срабатывает убеждение «милые бранятся — только тешатся», что в конце концов приводит к трагическим последствиям. Буквально на днях резонансное убийство беременной женщины произошло в Новосибирске: в преступлении подозревают ревнивого бывшего возлюбленного, от которого ей приходилось скрываться. Знакомые погибшей говорят, что она не раз писала на него заявления в полицию, но на них никто не реагировал.

Закон против всех

В ноябре законопроект в новой редакции был опубликован на сайте Совета Федерации и сразу же вызвал бурный протест. Оппоненты заявили, что закон противоречит Конституции: в нем отсутствует презумпция невиновности, и вообще, он «направлен на разрушение семьи и общества». За две недели обсуждения только на сайте Совфеда было оставлено более 11 тысяч комментариев. Широко он обсуждался и в соцсетях.

Пикеты проходят как в поддержку закона, так и против него

Фото: Густаво Зырянов / NGS.RU

Высказались о законопроекте не только полуанонимные пользователи интернета, но и публичные личности — общественники, депутаты и даже представители церкви. РПЦ выпустила официальное заявление, в котором однозначно осудила закон в текущей редакции, заявив, что он «несовместим с традиционными российскими духовно-нравственными ценностями».

— Он имеет явную антисемейную направленность, умаляя права и свободы людей, избравших семейный образ жизни, рождение и воспитание детей, в сравнении с остальными. Несправедливо обременяя семейных людей и родителей, законопроект тем самым фактически вводит особое «наказание за семейную жизнь», — заключили в Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства.

Там убеждены, что статистика, которую используют авторы законопроекта, никак не связана с реальностью. Патриарх Кирилл тоже ознакомился с предложенным текстом закона и заявил, что такой документ не удержит от совершения преступлений. При этом он призвал священников не стесняться приходить в семьи, где «царят глубокие неурядицы».

Не поддержали закон и некоторые депутаты. Лидер ЛДПР Владимир Жириновский заявил, что партия не будет голосовать за законопроект, потому что он приведет к увеличению разводов и отказов от брака. Лидер либерал-демократов убежден, что проблема в семьях из-за того, что мужчин в России мало, поэтому женщины терпят плохое отношение.

— Да, обязательно нужно найти форму защиты женщин, потому что они чаще подвергаются насилию. Но жертвами в плане убийств по статистике чаще становятся мужчины. Хотя женщин такая ситуация тоже не радует, потому что им нужны мужья, отцы их детей. Он может бить её, пить горькую, но она будет соглашаться, потому что другого мужа может и не быть, — заключил Жириновский.

Еще одним его аргументом стало то, что обратиться в полицию могут и родители, и дети.

— Вот у ребёнка отобрали смартфон, сказали ему идти учить уроки. А он пожаловался на родителей, и тут уже его мать и отца упрекают, что они плохо воспитывают детей, — объяснил депутат.

Противникам закона не нравится, что дети могут пожаловаться на родителей

Фото: Тимур Шарипкулов / UFA1.RU

Неожиданностью стало, что против закона в том виде, в каком он есть сейчас, выступили даже его соавторы из числа правозащитников. Активистку Алену Попову возмутило, что цели закона — «сохранять семью» и «содействовать примирению сторон». По ее словам, именно после формального примирения домашние насильники идут на убийство своих жертв. С ней во многом согласна член рабочей группы по созданию законопроекта при Совфеде, адвокат Мари Давтян.

— Это редакция не просто урезанная и сокращенная, она еще и во многом юридически безграмотная. Это результат заигрываний Совфеда с разного рода радикальными консервативными группами, — объяснила она.

Опять переписывать

Закон критикуют преимущественно за его размытые, а местами и вовсе неверные формулировки, которые по факту лишают его всякого смысла. Например, семейно-бытовое насилие трактуется так: «Умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления». Но юристы утверждают, что все такие действия так или иначе попадают либо под административный кодекс, либо под уголовный. В то же время противники законопроекта обращают внимание, что в нем нигде не дается определение «психического страдания», что может привести к злоупотреблению этим законом на практике.

Семейный юрист из Нижнего Новгорода Елена Прохорова, представлявшая в Госдуме доклад о своем регионе, пообщалась с депутатами и уверена, что шансов у этого законопроекта нет.

— Я думаю, что не примут его в такой редакции. Нужно отредактировать, но пока никто не знает как — слишком сильное противостояние, — объясняет она. — Есть депутаты, которые поддерживают, есть те, кто категорически против. Они основываются на чем? Мы так жили и вроде выросли. Многие этого просто не понимают. Они придираются даже к тому, что если будет охранный орган, то женщины могут потом этим злоупотреблять, выгонять мужчин из своего жилья.

Автор законопроекта, депутат Оксана Пушкина полагает, что все эти доводы не обоснованны. Она считает, что законопроект полностью готов.

— Я знаю, что России нужен закон о профилактике семейно-бытового насилия, и убеждаю коллег-депутатов принять его, чтобы чётко обозначить нашу позицию по этому важнейшему вопросу. Такой шаг сам по себе сможет существенно снизить уровень насилия в семьях.

Почему закон о домашнем насилии до сих пор не принят в России

Законопроект о профилактике семейно-бытового насилия, текст которого был опубликован на сайте Совета Федерации в ноябре 2019 года, вызвал негативную реакцию в российском обществе. Проект критикуется как ярыми его противниками, так и сторонниками и даже соавторами. Если одним закон кажется репрессивным и направленным на разрушение института семьи, то другие уверены, что он слишком «беззубый» и не способен защитить жертву насилия. Спорные моменты URA.RU обсудило со сторонниками и противниками законопроекта.

Что такое семейно-бытовое насилие?

В опубликованном документе под семейно-бытовым насилием понимается «деяние, причиняющее или содержащее угрозу физического, психического страдания или имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления».

Как отмечает один из авторов законопроекта юрист Алексей Паршин, из-за того, что из определения выпали лица, против которых осуществляется правонарушение или преступление, закон становится не применимым на практике. «То есть мы не должны защищать тех, кого избивают? Это принципиальная ошибка. Иногда административные дела возбуждают месяцами. И женщина в самое опасное время находится без защиты. Она написала заявление, он на нее зол и начинает еще больше агрессировать. В этот момент может произойти все, что угодно, вплоть до убийства», — считает юрист.

По мнению лидера Ассоциации родительских комитетов и сообществ России (АРКС) Ольги Летковой, выступающей против принятия закона, насилием, согласно определению, признается практически все, в том числе угрозы. При этом доказать, были ли угрозы на самом деле, по словам Летковой, невозможно.

Агрессора могут выгнать из собственного дома?

Противников законопроекта также смущает защитное предписание сроком на 30 дней, которое выдается абьюзеру с разрешения жертвы при установлении факта семейно-бытового насилия. Защитным предписанием нарушителю запрещается вступать в контакт с жертвой. Если это не помогает, судом выдается предписание, которое предполагает более жесткие меры борьбы с агрессором, в частности, выселение из совместного жилища.

Активисты, выступающие против законопроекта, уверены, что подобные меры слишком жесткие и нарушают базовые права. «Человеку выдают охранный ордер, по которому он не может в собственный дом прийти. Все же мы должны соблюдать такие базовые принципы, как презумпция невиновности, неприкосновенность частной жизни и жилища. Здесь перебор большой», — уверяет глава АРКС Леткова.

Однако сторонники закона говорят об обратном. По словам Паршина, в странах, где существует подобный закон, предусмотрено более жесткое наказание за насилие. Собеседник агентства отмечает, что агрессор обязан покинуть жилище только в том случае, если суд увидит на то основания. «Должно быть доказано, что было насилие. Также человек должен иметь другое жилье в собственности или найме, куда он может на время уйти. Либо жилье, которое он обязан покинуть, принадлежит не ему, а человеку, который подвергся насилию», — подчеркивает юрист. В случае, если они вынуждены жить на одной территории, выносится защитное предписание, запрещающее совершать акты агрессии, и уже не говорится о том, что нельзя приближаться на определенное расстояние.

Зачем нужен еще один неработающий закон?

Стоит отметить, что организации, выступающие против закона, как правило, критикуют его концепцию в принципе. Его противники убеждены, что уголовного и административного законодательства для борьбы с насилием достаточно. «Можно усовершенствовать существующие законы, если они плохо работают», — полагает Леткова.

Но соавторы законопроекта уверены, что бороться с домашним насилием нужно, используя сразу несколько инструментов. Сегодня в России не ведется работа по предупреждению преступлений, указывает руководитель Центра защиты пострадавших от домашнего насилия, адвокат Мари Давтян, входящая в рабочую группу по разработке законопроекта. «Единственное, что у нас сегодня есть — это наказание за уже совершенное действие. Законодательство ждет, когда произойдет что-то страшное и после этого уже человек будет наказан. Этот закон не про наказание, а про то, как оградить жертв насилия, если они не хотят, чтобы их безопасности угрожали», — рассказывает правозащитница.

Сейчас законопроект находится в стадии доработки. Предполагалось, что он будет внесен на рассмотрение в Госдуму еще в конце января, но процесс затянулся. Как объясняет депутат Госдумы, соавтор законопроекта Татьяна Касаева, разработка закона занимает много времени, потому что задействовано много профильных министерств и ведомств. «Ведутся дискуссии по закреплению основных понятий. Проект подразумевает внесение изменений в ряд других законов. Необходимо избежать юридических коллизий. Нормы закона должны быть досконально проработаны, чтобы исключить широкую трактовку и не допустить необоснованного вмешательства в семью», — заключила депутат.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector