0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Жизненный путь и этапы творчества

Содержание

Жизненный путь и этапы творчества

Н. А. Бердяев родился в Киеве в дворянско-аристократической семье. Учился в кадетском корпусе. В 1894 г. поступил в университет Св. Владимира на естественный факультет, через год перевелся на юридический.

Неудивительно, что уже в ранней юности Бердяев порвал с традиционным патриархально-аристократическим миром, начал посещать марксистские студенческие кружки, а затем активно общался с революционно настроенной интеллигенцией, принимал участие в социал-демократическом движении. В 1898 г. он был арестован вместе со всем составом киевского комитета «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» и исключен из университета. В «марксистский период» (1894— 1900 гг.) он написал свою первую книгу «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии. Критический этюд о

Н. К. Михайловском» (вышла в 1901 г.), снабженную предисловием П. Б. Струве. В нем Бердяев пытался сочетать идеи марксизма, понимаемого в «критическом» плане, с философией Канта и отчасти Фихте. Позже он отмечал, что источник его революционности всегда заключался в изначальной невозможности принять миропорядок, подчиниться чему-либо на свете. «Отсюда уже видно, — писал он, — что это революционность скорее индивидуальная, чем социальная, это есть восстание личности, а не народной массы»[430].

Еще до встречи с марксистами у него определились симпатии к социализму, но обоснование ему он давал этическое.

В 1901 г. Бердяев был отправлен на три года в административную ссылку в Вологду. Накануне ссылки у него начался духовный кризис. Сочинения Достоевского, Толстого, Ибсена. Ницше, общение с Л. Шестовым и другими немарксистскими философами открыли для него новые миры, вызвали внутренний переворот. Уже в вышеназванной книге обозначился крен в сторону идеализма. А появление статей «Борьба за идеализм» и «Этическая проблема в свете философского идеализма» (последняя была напечатана в сборнике «Проблемы идеализма», 1902) означало решительный поворот Бердяева от «критического марксизма» к «новому русскому идеализму», и он стал одним из главных выразителей этого течения.

Переехав в 1904 г. в Петербург, Бердяев вошел в редакцию журнала «Новый путь», а в 1905 г. вместе с С. Н. Булгаковым руководил журналом «Вопросы жизни». В эти годы произошла встреча «идеалистов», пришедших из «легального марксизма», с представителями культурно-духовного движения, получившего название «новое религиозное сознание» (Д. С. Мережковский, В. В. Розанов, Вяч. Иванов, А. Белый, JI. Шестов и др.). На религиозно-философских собраниях деятелей русской культуры и представителей православной церковной иерархии напряженно обсуждались вопросы обновления христианства, культуры, внутренней жизни личности, соотношения «духа» и «плоти» и т. д.

В 1908 г. Бердяев переехал в Москву и активно включился в работу Религиозно-философского общества памяти Вл. Соловьева. Обозначившийся у него еще ранее интерес к православному учению получил развитие во время встреч с наиболее видными его представителями.

Будучи одним из активных участников и теоретиков движения «нового религиозного сознания», Бердяев по многим принципиальным мировоззренческим вопросам не был согласен с другими представителями движения, никогда целиком не сливался с ним.

В 1909 г. Бердяев выступил соавтором книги «Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции», вызвавшей широкий резонанс в России (здесь была опубликована его статья «Философская истина и интеллигентская правда»). В атмосфере надвигающихся мировых социальных катаклизмов вышли в свет его работы «Философия свободы» (1911) и «Смысл творчества. Опыт оправдания человека» (1916). Последнюю он считал первым выражением самостоятельности своей философии, ее основных идей.

Октябрьскую революцию Бердяев воспринял как национальную катастрофу, считая при этом, что ответственность за нее несут не только большевики, но также и «реакционные силы старого режима». В первые послереволюционные годы он принял участие в издании «Из глубины. Сборник статей о русской революции» (1918, статья «Духи русской революции»), создал Вольную академию духовной культуры (1919—1922). В 1920 г. стал профессором Московского университета, свободно критиковал марксизм («В то время, — замечает Бердяев, — это было еще возможно»). Но вскоре эти «вольности» закончились. Он дважды арестовывался и в 1922 г. был выслан из советской России вместе с большой группой писателей и ученых.

Во время пребывания в Берлине Бердяев основал Религиозно-философскую академию. Познакомился с рядом немецких мыслителей, прежде всего с родоначальником современной философской антропологии М. Шелером. В этот период у Бердяева усилился интерес к проблемам философии истории. Книга «Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы» (1924) принесла ему европейскую известность. В 1924 г. Бердяев переехал в Кламар (пригород Парижа), где прожил до конца своих дней. Здесь он основал и редактировал религиозно-философский журнал «Путь» (1925—1940), участвовал в работе издательства «ИМКА-Пресс». Активно общался и дискутировал с известными французскими философами Ж. Маритеном, Г. Марселем и др.

В эмиграции были написаны наиболее важные для понимания его собственно философских взглядов труды: «Философия свободного духа.

В зарубежный период Бердяев оставался одним из видных теоретиков русской идеи. Подвергая резкой критике «большевизацию» России, подавление в ней свободы и т. д., он в то же время стоял на патриотических позициях, верил в лучшее будущее своей родины. Особенно это проявилось в годы второй мировой войны и после победы над гитлеровской Германией. Уже на склоне лет Бердяев отмечал, что он, с одной стороны, критически относился ко многому, происходившему в советской России, а с другой — всегда считал, что «нужно пережить судьбу русского народа как свою собственную судьбу», чувствовал потребность «защищать. родину перед миром, враждебным ей»1. Это не нравилось многим из «непримиримых» эмигрантов. Отношения Бердяева с русской эмиграцией складывались трудно и противоречиво. Осознавая себя представителем «левого» крыла эмиграции, он конфликтовал с деятелями «правого» крыла, отвергал их призывы «вернуться к старому». В какой-то мере он сочувствовал евразийцам, которые примирились с тем, что в России произошел социальный переворот, и хотели строить новую Россию на новой социальной почве. Но многое в евразийстве, особенно его «этатический утопизм», было для Бердяева неприемлемо. Поэтому, хотя евразийцы и видели в нем своего идеолога, он себя таковым не считал.

Несмотря на активную общественно-культурную деятельность и обширные связи, он чувствовал себя одиноким, как и всегда. И все же всем своим творчеством и общественной деятельностью в период эмиграции Бердяев внес важный вклад в распространение русской культуры на Западе, в расширение связей между русской и западноевропейской философской мыслью.

    Философия творчества и свободы

    Бердяев причислял себя к «философам свободы». Свободу он понимал, как фундаментальную онтологическую реальность, в которую человек должен стремиться попасть из существующего реального мира «мнимостей», которых не существует свободы, и, следовательно, не существует и жизни.

    Развивая данную идею, которая является одной из главенствующих у него, им признавалось наличие внебожественных источников человеческой свободы. Свобода, согласно Бердяеву, не является божественным созданием, свобода является категорией, которая предшествует Богу, и, следовательно, ее нельзя ограничить, либо сдержать никакими формами чуждого для нее бытия, включая и Божье.

    Бог выступает только в качестве светлой стороны в данной свободе, а мир, который им создан также мог бы быть добрым и светлым, однако выступая в качестве творца, Бог не является ответственным за свободу, которая породила зло. Бог является всемогущим для созданного им мира, однако он не может быть властителем свободы, поскольку он не является ее создателем. Философ максимально парадоксальным образом завершил данную мысль высказыванием «Бог обладает меньшей властью, чем полицейский».

    Людям сложно осознать причины того, что Бог не создал идеальный мир, в котором не существует болезней, детский слез и страданий. Ответом на это служит то, что в этом мире не было бы места для свободы, которая составляет основу мироздания, следовательно, Бог не обладает полномочиями в ее ограничении.

    Читать еще:  Осложнения при беременности и родах: сколько есть времени?

    Миру необходимо «испытание свободой», для того, чтобы выбор доброй и светлой стороны не являлся формой вынужденного принуждения, а являлся отражением внутренней свободной позиции. Так, судьба мира является идентичной судьбе свободы в этом мире.

    Так, в возвышении свободы над всем сущим и определяется смысл жизни человека – «целью человека является творчество, а не спасение».

    Бердяев причислял себя к числу пророков мирового творческого и христианского переустройства. Согласно его позиции, если Боя является Творцом, а человек выступает в качестве образа и подобия Бога, то человека тоже необходимо определять в качестве творца, поскольку в противном случае он не будет оставаться человеком.

    Процессы творчества представляют для Бердяева превосходство духа над душой и природой. Творческие процессы невозможны без свободы, так как свобода является компонентом творчества, которой привносит в него что-то новое. Так появляется вопрос: «Что составляет творческую трагедию?»

    Согласно позиции Бердяева, результатом творчества, вне зависимости от того, будет это социальным движением, либо новым направлением искусства, либо научной теорией, является то, что конечный его результат обретает собственную новую жизнь, без привязки к ее создателю. Человек не обладает властью над продуктами собственного творчества, и это составляет человеческую трагедию.

    Человек, согласно Бердяеву

    Задачи индивида рассматриваются Николаем Александровичем Бердяевым, в качества субъекта бытия. Личность – спиритуалистический вид, не являющийся общественным фрагментом. Стороной личности служит сообщество. Бердяев считал, что личность является духом и нет в ней самодовлеющей эгоцентричности, она становится чем-то другим, истинным. Всеобщее содержание является чем-то конкретным и отличается от абстрактных универсалий. Философ говорил, что Божество есть в человеке, точно так, как гуманизм существует в Божестве.

    Космос – является базисом индивида, реализующимся путем подъема от инстинктивного, посредством осознанного. Вековая сторона личности – человеческое тело, являющееся «формой», подчиненное духу. Полнота жизни, не существующая без телесной смерти, подразумевает возрождение в другом совершенном теле. Разделение обозначает физические качества человека, а целостность личности половыми различиями не обладает. Божественная жизнь дополняет созидательную деятельность.

    Философия Н.А. Бердяева

    4.1. Бердяев Николай Александрович ( 1874 — 1948 ) — один из наиболее известных в мире русских мыслителей. Первоначально пытался сочетать марксизм с неокантианством. Увлекался философией В.С. Соловьева и занялся самостоятельной разработкой христианского мировоззрения.

    В 1922 г. был выслан из России. В 1926 — 1939 гг. редактировал религиозно-философский журнал «Путь». Умер во Франции.

    4.2. Основы системы Бердяева Н.А. Бердяев не был академическим философом. По его же утверждению, он не вмещался ни в какие рамки. Но проявил себя как необычайно плодотворный и оригинальный мыслитель.

    В связи со сложностью и противоречивостью мира, считал философ, начинать разработку мировоззрения необходимо с изучения противоположности между духом и природой, но не между психическим и физическим. Бердяев подходит диалектически, выделяя пару основополагающих понятий, содержание каждого раскрывая целым набором признаков. Для него дух есть субъект, жизнь, свобода, огонь, творческая деятельность, природа же — объект, вещь, необходимость, определенность, пассивная длительность, неподвижность.

    К царству природы относится не только материя, но и психическая жизнь. Оно включает все множественное и делимое во времени и пространстве.

    В царстве духа все разногласия преодолеваются любовью. Познание духа достигается опытом. Все философские системы, не основанные на духовном опыте, являются натуралистическими. Они отражают безжизненную природу.

    Для Бердяева Бог есть дух. Он реально присутствует в жизни святых и людей высокой духовной жизни. Он проявляется в человеческой творческой деятельности. И те, кто имел духовный опыт, не нуждаются в рациональных доказательствах бытия Бога.

    4.3.Философская антропология. Ведущей в творчестве мыслителя была проблема личности. По его мнению, личность есть спиритуалистическая, а не естественная категория; она не есть часть чего-то целого, не является частью общества; напротив, общество является частью или аспектом личности. Даже космос — часть человеческой личности. » Являясь духом, личность не есть нечто самодавлеющее, она не эгоцентрична; она переходит в нечто другое, чем она сама, в некоторое «ты, и реализует всеобщее содержание, которое представляет собой нечто конкретное и отличается от абстрактных универсалий.

    Основу человеческой личности Бердяев объявлял космической. «Реализация личности означает восхождение от подсознательного через сознательное к сверхсознательному. Человеческое тело как вечный аспект личности является «формой», а не просто физико-химической сущностью и должно быть подчинено духу. Телесная смерть необходима для осуществления полноты жизни; эта полнота предполагает воскресение в некотором совершенном теле. Половые различия означают раздвоение; целостная личность не имеет половых признаков… творческая деятельность человека представляет собой дополнение к божественной жизни… Существует вечная человечность в божестве, а это значит, что существует также божество в человеке».

    Бердяев видел двойственную природу человека. С одной стороны он является существом природным и ограниченным, с другой, — он сотворен по образу и подобию Бога. Человек одновременно связан и со свободой, и с необходимостью.

    Философ утверждал, что сущность человека извращена, потому что он отрешился от Бога. У существ, отпавших от Бога и друг от друга, нет непосредственного опыта духовной жизни, они страдают от болезни изоляции.

    Основой своего миропонимания Бердяев называл поиски смысла жизни, свободу, творчество, одиночество, тоску по вечности и Царству Божию, бунт против всякого авторитаризма и соборность. Он выступал против такого гуманизма, который приводит к отрицанию Бога и самообожествлению человека, что произошло в философии Ф. Ницше. Для Бердяева человек не является существом самодостаточным, для него без Бога нет победы над смертью, все бессмысленно и абсурдно. Трагическое противоречие между свободой и необходимостью неразрешимо в жизни, но достижимо только в «Царстве Божием».

    4.4.Социальная философия. Тема свободы пронизывает и социальные взгляды Бердяева. Он считал своим долгом бороться против всех социальных и политических идей современности, которые ведут к порабощению свободного духа. Он выступал против «буржуазности», материализма, техницизма и социализма, который по его мнению стремится заменить естественный иерархический порядок на искусственный порядок, который ведет к всеобщей уравниванию и основанному на представлениях ограниченного человеческого рассудка.

    Марксизм он критиковал за нигилистические черты и превращение научных абстракций в идеологические мифы и утопии. Бердяев называл безумием признание рабочего класса лидирующим классом, хотя и достойным сочувствия и уважения. Коммунистическую идею Бердяев называл «соблазном» для русского народа, считая, что она направила его религиозную энергию на неосуществимые земные цели.

    Для преобразования общества необходимо не техническое переустройство, а духовное возрождение. Применительно для России оно связано с утверждением «русской идеи», главной чертой которой, по Бердяеву является религиозный мессианизм. Его суть заключается в идее осуществления царства Божия на земле, в «идее братства людей и народов». Мыслитель отвергал взгляды западников и славянофилов, утверждая, что Россия должна осознавать себя «Востоко — Западом» и быть не разъединителем этих миров, но их соединителем.

    Похожие темы научных работ по философии, этике, религиоведению , автор научной работы — Комарова А.Н.

    коллективизма с религиозным обоснованием конечной цели. Одно из авторских определений »общего дела» — это »новая Пасха». Пасха учит людей самому главному: они обязаны вернуть к жизни своих предков и навсегда одолеть смерть. Люди должны объединиться во имя общего дела, и тогда станет возможным всеобщее воскрешение. Но »общее дело» не задумывалось Фёдоровым как Богочеловеческий процесс. Воскрешение усопших — это дело, осуществимое людьми, вооруженными научными знаниями и техникой. Вера в Христа лишь указывает на возможность такого воскрешения и вдохновляет людей на его практическую реализацию.[3]

    Проект »общего дела» призван сосредоточить энергию рождения на воскрешение умерших предков, рождений станет всё меньше и возвращение к жизни последнего из прародителей будет означать завершение жизни через смерть и начало жизни вечной.

    Чтобы показать возможность совершения этой конечной цели, Фёдоров не жалел сил на создание технических планов, которые стали бы первыми практическими шагами на пути к осуществлению проекта »общего дела». Необходимо будет освоить не только Землю, но и космическое пространство и кардинально изменить его (Н.Ф.Федоров подразумевал поселить воскрешенных предков на других планетах). В этом выражается космизм Николая Федоровича.

    Смелость и радикализм его воскресительного плана притягивали к себе сердца его современников, однако натуралистическая перспектива полумагического воскрешения умерших родителей отталкивала и устрашала. [2]

    Подводя итоги данной статьи, следует еще раз выделить значимость философии Н.Ф.Федорова, в которой активизм и вера в науку, магический натурализм и устремленность к последней общечеловеческой цели объединились в рамках одного проекта, отлились в мечту о воскрешении усопших. Список использованной литературы

    Читать еще:  Педиатр Сергей Макаров: Не стоит врачей приравнивать к богам

    1.Федоров Н.Ф. Сочинения в 2 ч. Часть 2. Философия общего дела. Статьи, письма 2-е изд., испр. и доп. М.: Юрайт, 2016. 348 с.

    2.Лишаев С.А. История русской философии. Часть II. Книга 2: Вторая половина XIX века. Самара: Самар. гуманит. акад., 2006. 240 с.

    3.Бердяев Н. А. Религия воскрешения : сборник статей 1915-1916 гг. М.: Директ-Медиа, 2016. 210 с.

    © Комарова А.Н., 2018

    студентка 2 курса УлГТУ, г. Ульяновск, РФ Е-mail: hiiidden@ mail.ru

    ФИЛОСОФИЯ ТВОРЧЕСТВА Н.А.БЕРДЯЕВА Аннотация

    В данной статье рассматривается философия творчества Н.А.Бердяева и его книга «Смысл творчества». Его понимание творчества имело свою специфику и эсхатологический окрас. Бердяев говорит о третьем откровении, которое можно постичь только через творчество, где центром становится сам творческий субъект. Творчество — это обнаружение богоподобной природы человека, и поэтому путь творчества — это преодоление «мира». Оно становится вершиной духовной свободы, достижением человеком доброты и истины.

    Философия творчества, тема свободы, этика, третье откровение, гениальность и святость, объективация,

    трансцендирование, Н.А.Бердяев, эсхатология.

    Н.А. Бердяев — выдающийся русский философ. Одной их главных тем его философии является проблема творчества. Он писал о себе: «Я больше всего человек мечты» [1]. Бердяев был романтиком не только по психологическому складу, но и по своему экзистенциальному миропониманию, поэтому важной темой его творчества является тема истинной свободы.

    Бердяев считал, что человек всегда зависим от чего-либо, он не свободен, он не знает себя настоящего. Это привело его к жёсткому утверждению: «Мир есть зло, из него нужно уйти. Свобода от мира — пафос моей книги» [2].Проблема свободы выводит Бердяева к вопросам о творчестве.

    Другая главная тема его книги «Смысл творчества» — это проблема этики. С одной стороны, Бердяев видит фальшь и притворство этических принципов. Например, о семье он говорит, что она сформировалась из необходимости, а не из свободы. С другой стороны, философ всегда понимал сверхсознательную глубину этических движений человеческой души.

    Итак, две ключевые темы: свободы и этики Бердяев сводит к общей для них проблеме творчества.

    В конечном счёте, Бердяев пришел к выводу, что только в творчестве в человеке раскрывается благодатная энергия. Она дает возможность достижения абсолютной свободы и ценных этических принципов.

    Также в своей книге Бердяев рассматривает вопрос о смысле творчества в христианстве и его роли. Он говорит о третьем откровении, которое можно постичь только через творчество. В этом откровении центром становится сам творческий субъект. «Творчество есть обнаружение любви к Богу и божественному, а не к миру сему. И потому путь творчества есть также путь преодоления «мира». Но творчество есть иное качествование духовной жизни, чем смирение и аскеза, есть обнаружение богоподобной природы человека» [3].

    Проблема творчества всегда для Бердяева являлась непростой и неоднозначной. С одной стороны, философ не понимает творчество вне христианского мировосприятия. Творческий акт — вершина духовной свободы, достижение человеком истины и доброты. Творчество «есть не что иное, как приобретение силы во Христе и через Христа» [4]. С другой стороны, несмотря на религиозное понимание творчества, Н.А.Бердяев затрагивает вопрос о противоречивом соотношении гениальности и святости. Тема творчества и искупления также была одной из главных в его философии. Эта тема особенно сильно обостряется в его спорном учении о третьем завете, где он говорит об одинаковой свободе Бога и человека.

    В конечном итоге, философ не пришёл к соединению двух начал — гениальности и святости.

    В силу своего глубинного романтизма, Бердяев очень тонко ощущает трагизм творчества.

    Проблему творчества у Бердяева нельзя понять без его антропологии. В своей книге «О рабстве и свободе человека» он говорит, что в нем всегда была «влюблённость в высший мир», а к «низинному миру» — только жалость [5].

    Бердяева считал, что человек — существо непостоянное, изменчивое, в котором всегда идет борьба светлого и темного. Философ приходит к такому умозаключению, что существует два пути выхода личности из своего неопределённого существования. Первый — «объективация», когда человек принимает все «общеобязательные» нормы; второй — это «трансцендирование», когда сохраняется «жизнь в свободе», которая выражается в творчестве.

    «Объективация», по мнению Бердяева, всегда разрушающе влияет на личность, уничтожает в нем творчество. В этом философ видит истинное зло «объективации», «низменный мир» со своими смертными правилами проникает в творчество, тем самым уничтожает свободу в человеке.

    Так, тема творчества у философа приобретает эсхатологический окрас и трагизм для человека. Зеньковский подчеркивает, что весь смысл творчества в работах Бердяева сводится к ускорению конца.[6].

    Подводя итоги данной статьи, следует заключить, что философия творчества Н.А.Бердяева началась как гимн человеческой свободе, а закончилась как неизбежность проблемы «объективации». И причинами таких резких изменений является романтизм Бердяева (т.е. большое неприятие мира) и его умозрительная религиозность. Следовательно, философ не строит свою философию творчества как целостную систему.

    Она для Бердяева — анализ, диалектика свободы, трагизм силы зла в мире.

    Список использованной литературы:

    1. Бердяев Н.А. Самопознание. Опыт философской автобиографии. М.: Азбука-Аттикус, 2015. 336 с.

    2. Бердяев Н.А. Смысл творчества. М.: АСТ, Астрель, 2010. 358 с.

    3. Бердяев Н.А. Философия творчества, культуры и искусства. В 2-х томах. Т. 1. М.: Искусство, 1994. 1052 с.

    4. Бердяев Н.А. О назначении человека. Опыт парадоксальной этики. М.: Республика, 1993. 320 с.

    5. Бердяев Н.А О рабстве и свободе человека. 1939. URL: https://predanie.ru/berdyaev-nikolay-aleksandrovich/book/69705-o-rabstve-i-svobode-cheloveka/ (дата обращения: 3.06.2018).

    6. Зеньковский В.В. История русской философии. М.: Академический проект, Раритет, 2001. 880 с.

    Основные этапы жизни и деятельности Н.А. Бердяева

    Содержание
    1. Основные этапы жизни и деятельности Н.А. Бердяева…………. 3
    1. Взгляд Н.А. Бердяева на развитие культуры………………………6
    Введение

    Трудно отыскать в истории философии мыслителя, который так напряженно и с такой остротой переживал бы последние предельные вопросы человеческого существования, как Н.А.Бердяев. Он был одним из тех, о ком Ф.М.Достоевский писал, что им не нужен миллион, им главное – мысль разрешить. И, вступая в перекличку с великим писателем, Бердяев признается: “Я не любил “жизни” прежде и больше “мысли”, я “смысл” любил больше жизни, “дух” любил больше “мира”… “Человек есть сложное и запутанное существо. Мое “я” переживает себя как пересечение двух миров. При этом “сей мир” переживается как не подлинный, не первичный и не окончательный. Есть “мир иной”, более реальный и подлинный. Глубина “я” принадлежит ему” (Бердяев Н.А.Самопознание).

    Бердяев не был академическим философом. Он был принципиальным противником универсальных мировоззренческих систем, в его текстах можно обнаружить немало противоречащих друг другу высказываний. Его сила была в другом – в обостренной духовной интуиции, которая сквозь бессмысленные, хаотичные подробности нашего бытия пробивалась к целому, восстанавливая утерянную связь распадающегося на части мира, возвращая целостность духовного опыта.

    1. Основные этапы жизни и деятельности Н.А. Бердяева

    Николай Александрович Бердяев (1874 –1948) – известный философ, литератор, публицист, общественный деятель. Один из “властителей дум” ХХ века, экзистенциальный мыслитель, страстно отзывающийся на глубинные сдвиги в человеческом духе, христианский гуманистический наследник Вл.Соловьева, чувствующий свою ответственность за судьбу человека в современном мире. О жизни и творчестве Н.А.Бердяева не так много известно в широких слоях русского общества. После высылки его из России его труды долгое время находились под запретом. Серия публикаций его основных работ появилась в России в начале 90-х годов. В это же время стало возможным изучение культурологии как науки. Для лучшего понимания трудов Н.А.Бердяева большой интерес представляет знакомство с его жизненным путем.

    В 1894-1897 гг. Бердяев учился в Киевском университете на физико-математическом, затем юридическом факультетах, откуда был исключен за участие в студенческих демонстрациях. В период до 1909 года он прошел путь от имманентного идеализма, критического марксизма и эстетического модернизма к христианству нового сознания. С 1909 г. начался “религиозный” этап жизни и творчества Бердяева. Он входил в среду “православного возрождения”, участвовал в Религиозно-философском обществе, в деятельности издательства “Путь”. Изучал русскую религиозную мысль, восточную патристику, литературу по аскетизму. Бердяев критиковал церковь в русле идей В.С.Соловьева, интеллигенцию Бердяев обвинял в подчинении “утилитарно-общественным целям, в измене бескорыстной истине и “метафизическому духу великих русских писателей” и призывал ее порвать с радикализмом. Выход из Религиозно-философского общества в 1912 г. ознаменовался в последующем серией статей “Типы религиозной мысли в России” (1916 г.). В этот период Бердяева интересовали проблемы творчества (“Смысл творчества. Опыт оправдания человека”, 1916 г.).

    Первоначальный подъем духа у Бердяева во время Февральской революции 1917 г., вызванный “вступлением в великую неизвестность” и бескровным “падением священного русского царства”, которое приравнивалось им к “падению Рима и Византии”, сменился страхом перед нараставшей стихией насилия. В “стихии коммунистической революции”, которую он считал возмездием за пороки старого общества и противником которой он был как враг насилия, в годы советской власти Бердяев переживал “чувство наибольшей остроты и напряженности жизни”. В это время он читал лекции, выступал в клубе анархистов, проводил у себя дома литературно-философские “вторники” (1917-1922). В 1918 г. Бердяев был избран вице-президентом Всероссийского союза писателей. В 1920 г. Бердяев – профессор Московского университета. Зимой 1918/19 он организовал Вольную академию духовной культуры (ВАДК), где читал лекции на философско-исторические и философско-религиозные темы, вел семинар по Достоевскому, в результате чего родилась книга “Миросозерцание Достоевского”, определившая восприятие писателя на Западе.

    Читать еще:  Почему нельзя принимать «закон Димы Яковлева»

    В 1920 г. был арестован и допрошен Дзержинским, которому высказал все, что он думает о коммунистической идеологии и новом режиме. В 1922 г. выслан из России.

    До 1924 г. Бердяев живет в Берлине, учреждает здесь Русский научный институт, открывает Религиозно-философскую академию, продолжая программу московской ВАДК. Он читает лекции по истории русской мысли и этике, редактирует альманах “София”. Дом его становится центром оживленных литературных собраний не только русской, но и немецкой интеллигенции. Краткий период творчества Бердяева в Берлине можно назвать историософским: продумываются мысли о путях русской и мировой истории, родившиеся прежде всего в революционном пожаре в России, но также навеянные углубляющейся секуляризацией духа и наступлением массового общества в Европе (“Смысл истории. Опыт человеческой судьбы”, Берлин. 1923 г.; “Размышление о судьбах России и Европы, 1924 г.).

    C 1924 г. Бердяев навсегда поселяется в Париже (Кламар). Здесь он занимается обширной литературной, научно-лекционной и редакторско-издательской деятельностью. Выступает одним из основателей Лиги православной культуры (1930 г.), читает лекции в “Русском центре” и прославленном Богословском институте (1934 г.). Дом в Кламаре становится центром притяжения интеллектуальной элиты Франции и местом регулярных коллоквиумов. Парижский этап жизни Бердяева богат философским творчеством: “Философия свободного духа”, 1927; “О назначении человека”, 1931; “Я и мир объектов”, 1934; “Дух и реальность”, 1935 и др.). Бердяев выступает и как культурно-исторический публицист, выделяющий центральные явления духа, творчества, церкви, общества. В центре всегда остается судьба России. Он раздумывает над ее национальным лицом, духовным складом (“Русская идея”, 1946), никогда не забывая о случившейся с ней катастрофой. Однако Бердяев, не перестававший до конца дней заявлять о “правде коммунизма”, а также не вполне изживший в себе марксизм, трактует Октябрьскую революцию прежде всего как “национальную”, списывая издержки марксистской идеи за счет национальной почвы.

    Во время Второй мировой войны Бердяев пережил патриотически-ностальгические настроения, его идейная неприязнь к советскому государству потускнела, что до крайности обострило отношения с эмиграцией. Однако по окончании войны Бердяев испытал разочарование в своих надеждах на близкое либеральное перерождение советского режима, но окончательно их не утратил (“Истина и откровение”, 1996). Умер Бердяев за письменным столом, завершая работу над книгой “Царство Духа и царство Кесаря” (1949). Похоронен на старом кладбище в Кламаре.

    1. Взгляд Н.А. Бердяева на развитие культуры

    Философия Н.А.Бердяева явилась гениальным выражением духовного драматизма переломной эпохи, когда человеческий дух обнаруживает, что старые культурные формы стали тесны для его развития и ищет для себя новых форм и способов воплощения. Трудно найти серьезную философскую или культурологическую проблему, которая бы так или иначе не получила своего осмысления в трудах Бердяева. Для культурологии работы Бердяева значимы прежде всего тем, что в них раскрывается драма культурного творчества, понятого как реализация изначальной и неотъемлемо присущей человеку свободы.

    Бердяев исходит из нового философского понимания духа, преодолевая обезличивающую трактовку классического рационализма (прежде всего гегелевского). Здесь он мыслит в русле христианской традиции, но наполняет ее новым содержанием. По Гегелю, дух обезличен и, в конечном счете, сводится к разуму с его логической необходимостью. По Бердяеву, дух есть такое внерациональное начало в человеке, которое выводит его за пределы необходимости, ставит человека “по ту сторону” предметного мира, по ту сторону рационального мышления. И в то же время дух принадлежит человеку, сотканному из плоти и вписанному в порядок общественной жизни; именно дух соединяет сферу человеческого со сферой божественного: “Дух одинаково и трансцендентален (т.е. запределен, потусторонен, надмирен. и имманентен (т.е. посюсторонен, укоренен в мире]). Дух не тождественен сознанию, но через дух конструируется сознание, и через дух же переступаются границы сознания”.

    По Бердяеву, дух есть свобода, но дух и свобода не безличны, они всецело принадлежат личности. Именно личность, а не безличный разум есть подлинный субъект творчества, подлинный творец культуры. Дух у человека – от Бога, но свобода, присущая духу, имеет не только божественное происхождение: свобода коренится в том безначальном и до-бытийном “ничто”, из которого Бог сотворил мир. Свобода есть великая неопределенность и великий риск, в ней кроется как возможность добра и бесконечного возвышения человека, так и возможность зла и бесконечного падения. Свобода духа есть подлинный источник всякой творческой активности. Свобода не связана ограничивающими путами и условиями бытия, но сама способна творить новое бытие. “Дух есть свобода, свобода же уходит в добытийственную глубину. Свободе принадлежит примат над бытием, которое есть уже остывшая свобода. Поэтому дух есть творчество, дух творит новое бытие. Творческая активность, творческая свобода духа первична. Но дух не только от Бога, дух также от начальной добытийственной свободы, он свобода в Боге и свобода от бога, эту тайну.

    У Бердяева же на первый план выходит именно человек как личность, и свободная творческая личность здесь стоит выше культуры. Такой подход дает возможность увидеть противоречие, коренящееся внутри самого культурного творчества – противоречие между безграничностью духа и сковывающими его символическими формами культуры.

    Если у Шпенглера трагедия культуры начинается лишь с ростом цивилизации, то Бердяев смотрит на вещи глубже. Как и Шпенглер, Бердяев видит, какую опасность несут для культуры те формы цивилизации, которые заявили о себе в начале ХХ века. Однако уже в самой сущности культуры кроется начало, ограничивающее и притягивающее вниз творческий порыв духа. Культура и ее формы нередко противостоят личности как нечто принудительное и сковывающее творческую свободу. Это оберегает от опасного произвола и своеволия (и тогда это благо), но здесь, же кроются и существенные ограничения творческой свободы. Как понять эту “принудительную” и отчасти обезличивающую роль культуры? У Гегеля все объясняется изначально безличной и рациональной природой культуры. Но Бердяев не приемлет такого объяснения.

    Для Бердяева определяющая человека культурная форма есть не что иное, как “остывшая свобода” личного духа, это – отделившиеся от человека результаты личного творчества, а не выражение некого безличного мирового разума (по Гегелю). Но отсюда вытекает и трагедия культурного творчества: дух вынужден воплощаться в предметно-символические формы, сковывающие его свободу и устремленность в беспредельное. Согласно представлениям Бердяева “все достижения культуры – символичны, а не реалистичны. Культура не есть осуществление, реализация истины жизни. Она осуществляет лишь истину в познании, в философских и научных книгах…; красоту – в книгах стихов и картинах, в статуях и архитектурных памятниках, в концертах и театральных представлениях; божественное – лишь в культе и религиозной символике. Творческий акт притягивается в культуре вниз и отяжелевает. Новая жизнь дается лишь в подобиях, образах, символах.

    Как же решать эту вечную проблему? У Бердяева нет однозначного ответа на этот вопрос. В одном контексте, когда речь идет о соотношении культуры и цивилизации, Бердяев говорит о величайшей значимости “воли к культуре” в противовес упорной, но прагматично бескрылой воле к “жизни”. Жизнь здесь выступает как синоним бездуховного благоустройства. Но, обсуждая исторические судьбы России, Бердяев надеется на “чудо религиозного преображения жизни” как альтернативу сковывающему символизму культуры и механически-бездушному порядку цивилизации, хотя при этом и считает, что России “придется пройти путь цивилизации”. Известно и другое его более позднее высказывание: “Техника, порожденная духом, материализует жизнь, но она, же может способствовать освобождению духа”.

    Заключение

    Подлинный мыслитель не ищет упрощенных решений и всегда готов уточнить свои взгляды, открывая новые стороны бесконечной проблемы. Его творческий дух последовательно и пытливо открывает для нас эту проблему во всей ее сложности и глубине, и это открытие навсегда остается в истории науки и культуры, вдохновляя нас на новое понимание мира и самих себя. В этом и состоит бессмертие мысли Н.А.Бердяева.

    Ссылка на основную публикацию
    Статьи c упоминанием слов:
    Adblock
    detector