0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

От чего происходит наше веселие – от того ли, что Христос воскрес

Содержание

От чего происходит наше веселие – от того ли, что Христос воскрес

Храм уже ук рашен и готов для службы, но всем нужно из него выйти. И двери нужно обязательно закрыть . Теперь в нашем сознании храм — это Живоносный Гроб Спасителя. А сами мы идём к нему, как некогда жёны-мироносицы.

СХОЖДЕНИЕ БЛАГОДАТНОГО ОГНЯ НА ГРОБЕ ГОСПОДНЕМ В ИЕРУСАЛИМЕ глазами паломника (фоторепортаж + ВИДЕО) Вероятно, Воскресение Христа сопровождалось удивительным сиянием, в результате которого и получилось изображение на Туринской плащанице. И, возможно, Благодатный огонь является указанием на момент Воскресения и на то сияние. Мы не знаем точного времени Воскресения: возможно схождение Благода . дальше

Измерение Огня Если кто помнит, в 2011 г., накануне Страстной седмицы, в России прокатилась беспрецедентная кампания, «развенчивающая» чудесное происхождение Благодатного огня, сходящего с Гроба Господня на Пасху. И многие православные были потрясены прокатившимся в печати валом лжи. И за несколько дней до Пасхи в Иерусалим отправился физик Андрей Волков. Это. дальше

Восьмой день недели

В основе мира лежит седмица. Число шесть указывает на сотворённый мир, а число семь — напоминает о том, что сотворённое покрыто благословением. Здесь — ключ к пониманию празднования субботы. В седьмой день, т.е. в субботу, Бог благословил то, что создал, и, отдыхая в субботу от ежедневных дел, человек должен был размышлять о делах Творца, славить Его за то, что Он всё дивно устроил. В субботу человек не должен был проявлять влас . дальше

Воскрес ли Христос на самом деле? Без веры в Воскресшего Христа нет христианства. Вот почему все противники нашей веры с упорством стараются поколебать истину Воскресения.

Первое возражение: Христос на кресте не умер: Он только впал в глубокий обморок, от которого потом очнулся в пещере, встал со Своего ложа, отвалил громадный камень от дверей гроба и ушел из пещеры… К этому. . дальше

На иконах Воскресения Христова древняя каноническая православная иконография изображает нам, как ни странно, не само таинство Воскресения, а «Сошествие во ад» — повествующее о событиях, имевших место днем раньше — в Великую Субботу. Потому как, в Православии принято . дальше

ПОСЛЕДНИЕ КОММЕНТАРИИ

Все как следует. Душа отдыхает на вашем сайте: нет многословной и пустой информации. Видно, что ваш храм любят прихожане. Это так здорово. Судя по всему, и настоятель у вас то, что надо, раз ведется такая работа. Удачи и Бог вам в помощь. С удовольствием жду ваших обновлений. Игорь. Калуга

Все по делу у вас. Спасибо и удачи. Воронеж

Очень интересный сайт. Храм помню с детства. В этом Храме меня крестили и моих детей тоже. И в 09г мужа окрестил о.Феодор. Очень благодарна ему . Публикации интересны и познавательны.Я теперь частый гость. Магадан

Пост , воскресный день, путешествие в Вифлеем. Что еще нужно для души? Молитва. Спаси Господи батюшка Федор Вас и сотрудников сайта за вашу заботу о наших душах, сердцах и умах. Светлана

Здравствуйте! Сегодня увидела объявление в храме о том, что существует сайт у нашего Воскресенского собора. Так радостно и приятно посетить сайт, каждый день теперь буду заходить на сайт нашего храма и читать душеполезную литературу. Спаси Господи всех трудящихся в храме! Спасибо Вам большое за вашу заботу и труды! Юлия

Неплохой дизайн, качественные статьи. Ваш сайт понравился. Удачи! Липецк

От чего происходит наше веселие – от того ли, что Христос воскрес

В чем суть нашей пасхальной радости – размышляет протоиерей Георгий Митрофанов

Многие годы своей жизни, практически с юности, я испытывал сложное чувство в связи с тем, что одним из моих любимых писателей был Антон Павлович Чехов. Чем глубже происходило мое воцерковление, тем больше я испытывал внутренний конфликт. Я любил писателя, ощущал близость многим темам его творчества, его подходу к миру.

Читать еще:  Митрополит Антоний Сурожский: таинство любви

Вместе с тем по мировоззрению Чехов, хорошо знавший церковную жизнь, был одним из самых чуждых Церкви писателей в русской литературе.

Шли годы, я продолжал находиться во внутреннем конфликте. Даже пытался критиковать Чехова с позиции церковного традиционализма. Вдруг знакомство с «Дневником» отца Александра Шмемана освободило меня от моего комплекса.

Надо сказать, что Шмеман тоже высоко ценил Чехова, не боялся в этом признаться ни самому себе, ни окружающим. Он подметил черту, которую я сам у Чехова не обнаружил. Отец Александр Шмеман, знавший и русскую литературу, и православную литургику, обратил внимание, что Чехов – единственный писатель в нашей литературе, который нигде не допустил ни одной ошибки в описании богослужения.

Безусловно, на это повлияло детство Чехова, его религиозное воспитание с пением на клиросе и помощью в алтаре. Из воспоминаний самого Чехова многие помнят пассаж, в котором Антон Павлович описывал, как окружающие с умилением смотрели на него и его братьев. Они казались всем ангелами, но в душе этих ангелов происходила буря негодования и возмущения от того, что им приходится петь на клиросе.

Отец Александр Шмеман освободил меня от комплекса вины за то, что я люблю Чехова. Он показал, что наиболее воцерковленный по своему жизненному опыту писатель говорит очень печальные слова о нашей религиозной жизни. И я сам стал довольно много говорить на эту тему.

После одной из пасхальных служб в храме святых первоверховных апостолов Петра и Павла, где я настоятельствую, вдруг неожиданно я вспомнил рассказ Чехова «Святой ночью». В нем описывается пасхальное богослужение в монастыре. Это долгий и глубокий текст, от чтения которого вы получите удовольствие. Не стану его пересказывать. Единственная тема, которую хочу обозначить – тема вдохновенного празднования Пасхи и гуляний, которые начинаются в рассказе тут же, от стен монастыря.

Чехов мастерски показывает поразительное равнодушие и холодность участников праздника к конкретным людям, в частности, к только что умершему иеродиакону Николаю и паромщику послушнику Иерониму.

Я вспомнил рассказ в памятную для меня пасхальную ночь и тут же в заключение службы, когда были произнесены главные слова «Христос воскресе» и услышан на них многократный ответ «Воистину воскресе», когда возникло чувство исполнения самого главного праздника и пасхальной Евхаристии, к которой приобщились почти все прихожане, я вдруг задал вопрос присутствующим:

«Давайте всерьез задумаемся, а отчего происходит наше веселие? От того ли, что Христос воскрес? Или от того, что пост закончился? И уже можно стать самими собой. Поесть сытно и вкусно. Выпить вдохновенно и просто, наконец, начать жить, а не размышлять о Христе».

Мне тогда подумалось, что размышления о Христе – это размышления о наших ближних. И если мы вдруг перестаем думать о Нем, значит, перестаем и не думаем больше о ближних. На пасхальной службе воспоминание об этом чеховском рассказе поставило меня перед серьезным вопросом, до которого я сам дошел, прослужив на тот момент около двадцати лет.

Но этот вопрос и сейчас, когда исполняется тридцать лет моего священнического служения, занимает меня больше и больше. В чем суть нашей пасхальной радости?

Ильинский храм села Юрьево

наш приходской сайт

Главное меню

Навигация по записям

От чего происходит наше веселие – от того ли, что Христос воскрес

Протоиерей Георгий Митрофанов

Многие годы своей жизни, практически с юности, я испытывал сложное чувство в связи с тем, что одним из моих любимых писателей был Антон Павлович Чехов. Чем глубже происходило мое воцерковление, тем больше я испытывал внутренний конфликт. Я любил писателя, ощущал близость многим темам его творчества, его подходу к миру.

Вместе с тем по мировоззрению Чехов, хорошо знавший церковную жизнь, был одним из самых чуждых Церкви писателей в русской литературе.

Шли годы, я продолжал находиться во внутреннем конфликте. Даже пытался критиковать Чехова с позиции церковного традиционализма. Вдруг знакомство с «Дневником» отца Александра Шмемана освободило меня от моего комплекса.

Надо сказать, что Шмеман тоже высоко ценил Чехова, не боялся в этом признаться ни самому себе, ни окружающим. Он подметил черту, которую я сам у Чехова не обнаружил. Отец Александр Шмеман, знавший и русскую литературу, и православную литургику, обратил внимание, что Чехов – единственный писатель в нашей литературе, который нигде не допустил ни одной ошибки в описании богослужения.

Безусловно, на это повлияло детство Чехова, его религиозное воспитание с пением на клиросе и помощью в алтаре. Из воспоминаний самого Чехова многие помнят пассаж, в котором Антон Павлович описывал, как окружающие с умилением смотрели на него и его братьев. Они казались всем ангелами, но в душе этих ангелов происходила буря негодования и возмущения от того, что им приходится петь на клиросе.

Читать еще:  Томми Молитор: Каждое утро я плакал и кричал

Отец Александр Шмеман освободил меня от комплекса вины за то, что я люблю Чехова. Он показал, что наиболее воцерковленный по своему жизненному опыту писатель говорит очень печальные слова о нашей религиозной жизни. И я сам стал довольно много говорить на эту тему.

После одной из пасхальных служб в храме святых первоверховных апостолов Петра и Павла, где я настоятельствую, вдруг неожиданно я вспомнил рассказ Чехова «Святой ночью». В нем описывается пасхальное богослужение в монастыре. Это долгий и глубокий текст, от чтения которого вы получите удовольствие. Не стану его пересказывать. Единственная тема, которую хочу обозначить – тема вдохновенного празднования Пасхи и гуляний, которые начинаются в рассказе тут же, от стен монастыря.

Чехов мастерски показывает поразительное равнодушие и холодность участников праздника к конкретным людям, в частности, к только что умершему иеродиакону Николаю и паромщику послушнику Иерониму.

Я вспомнил рассказ в памятную для меня пасхальную ночь и тут же в заключение службы, когда были произнесены главные слова «Христос воскресе» и услышан на них многократный ответ «Воистину воскресе», когда возникло чувство исполнения самого главного праздника и пасхальной Евхаристии, к которой приобщились почти все прихожане, я вдруг задал вопрос присутствующим:

«Давайте всерьез задумаемся, а отчего происходит наше веселие? От того ли, что Христос воскрес? Или от того, что пост закончился? И уже можно стать самими собой. Поесть сытно и вкусно. Выпить вдохновенно и просто, наконец, начать жить, а не размышлять о Христе».

Мне тогда подумалось, что размышления о Христе – это размышления о наших ближних. И если мы вдруг перестаем думать о Нем, значит, перестаем и не думаем больше о ближних. На пасхальной службе воспоминание об этом чеховском рассказе поставило меня перед серьезным вопросом, до которого я сам дошел, прослужив на тот момент около двадцати лет.

Но этот вопрос и сейчас, когда исполняется тридцать лет моего священнического служения, занимает меня больше и больше. В чем суть нашей пасхальной радости?

Спасение Романовых: иллюзия или упущенные возможности?

Протоиерей Георгий Митрофанов: От чего происходит наше веселие – от того ли, что Христос воскрес

В чем суть нашей пасхальной радости – размышляет протоиерей Георгий Митрофанов.

Многие годы своей жизни, практически с юности, я испытывал сложное чувство в связи с тем, что одним из моих любимых писателей был Антон Павлович Чехов. Чем глубже происходило мое воцерковление, тем больше я испытывал внутренний конфликт. Я любил писателя, ощущал близость многим темам его творчества, его подходу к миру.

Вместе с тем по мировоззрению Чехов, хорошо знавший церковную жизнь, был одним из самых чуждых Церкви писателей в русской литературе.

Шли годы, я продолжал находиться во внутреннем конфликте. Даже пытался критиковать Чехова с позиции церковного традиционализма. Вдруг знакомство с «Дневником» отца Александра Шмемана освободило меня от моего комплекса.

Надо сказать, что Шмеман тоже высоко ценил Чехова, не боялся в этом признаться ни самому себе, ни окружающим. Он подметил черту, которую я сам у Чехова не обнаружил. Отец Александр Шмеман, знавший и русскую литературу, и православную литургику, обратил внимание, что Чехов – единственный писатель в нашей литературе, который нигде не допустил ни одной ошибки в описании богослужения.

езусловно, на это повлияло детство Чехова, его религиозное воспитание с пением на клиросе и помощью в алтаре. Из воспоминаний самого Чехова многие помнят пассаж, в котором Антон Павлович описывал, как окружающие с умилением смотрели на него и его братьев. Они казались всем ангелами, но в душе этих ангелов происходила буря негодования и возмущения от того, что им приходится петь на клиросе.

Отец Александр Шмеман освободил меня от комплекса вины за то, что я люблю Чехова. Он показал, что наиболее воцерковленный по своему жизненному опыту писатель говорит очень печальные слова о нашей религиозной жизни. И я сам стал довольно много говорить на эту тему.

После одной из пасхальных служб в храме святых первоверховных апостолов Петра и Павла, где я настоятельствую, вдруг неожиданно я вспомнил рассказ Чехова «Святой ночью». В нем описывается пасхальное богослужение в монастыре. Это долгий и глубокий текст, от чтения которого вы получите удовольствие. Не стану его пересказывать. Единственная тема, которую хочу обозначить – тема вдохновенного празднования Пасхи и гуляний, которые начинаются в рассказе тут же, от стен монастыря.

Чехов мастерски показывает поразительное равнодушие и холодность участников праздника к конкретным людям, в частности, к только что умершему иеродиакону Николаю и паромщику послушнику Иерониму.

Я вспомнил рассказ в памятную для меня пасхальную ночь и тут же в заключение службы, когда были произнесены главные слова «Христос воскресе» и услышан на них многократный ответ «Воистину воскресе», когда возникло чувство исполнения самого главного праздника и пасхальной Евхаристии, к которой приобщились почти все прихожане, я вдруг задал вопрос присутствующим:

Читать еще:  Кормить грудью во время службы? Да на здоровье!

«Давайте всерьез задумаемся, а отчего происходит наше веселие? От того ли, что Христос воскрес? Или от того, что пост закончился? И уже можно стать самими собой. Поесть сытно и вкусно. Выпить вдохновенно и просто, наконец, начать жить, а не размышлять о Христе».
Мне тогда подумалось, что размышления о Христе – это размышления о наших ближних. И если мы вдруг перестаем думать о Нем, значит, перестаем и не думаем больше о ближних. На пасхальной службе воспоминание об этом чеховском рассказе поставило меня перед серьезным вопросом, до которого я сам дошел, прослужив на тот момент около двадцати лет.

Но этот вопрос и сейчас, когда исполняется тридцать лет моего священнического служения, занимает меня больше и больше. В чем суть нашей пасхальной радости?

От чего происходит наше веселие – от того ли, что Христос воскрес

В чем суть нашей пасхальной радости – размышляет протоиерей Георгий Митрофанов.

Многие годы своей жизни, практически с юности, я испытывал сложное чувство в связи с тем, что одним из моих любимых писателей был Антон Павлович Чехов. Чем глубже происходило мое воцерковление, тем больше я испытывал внутренний конфликт. Я любил писателя, ощущал близость многим темам его творчества, его подходу к миру.

Протоиерей Георгий Митрофанов

Вместе с тем по мировоззрению Чехов, хорошо знавший церковную жизнь, был одним из самых чуждых Церкви писателей в русской литературе.

Шли годы, я продолжал находиться во внутреннем конфликте. Даже пытался критиковать Чехова с позиции церковного традиционализма. Вдруг знакомство с «Дневником» отца Александра Шмемана освободило меня от моего комплекса.

Надо сказать, что Шмеман тоже высоко ценил Чехова, не боялся в этом признаться ни самому себе, ни окружающим. Он подметил черту, которую я сам у Чехова не обнаружил. Отец Александр Шмеман, знавший и русскую литературу, и православную литургику, обратил внимание, что Чехов – единственный писатель в нашей литературе, который нигде не допустил ни одной ошибки в описании богослужения.

Безусловно, на это повлияло детство Чехова, его религиозное воспитание с пением на клиросе и помощью в алтаре. Из воспоминаний самого Чехова многие помнят пассаж, в котором Антон Павлович описывал, как окружающие с умилением смотрели на него и его братьев. Они казались всем ангелами, но в душе этих ангелов происходила буря негодования и возмущения от того, что им приходится петь на клиросе.

Отец Александр Шмеман освободил меня от комплекса вины за то, что я люблю Чехова. Он показал, что наиболее воцерковленный по своему жизненному опыту писатель говорит очень печальные слова о нашей религиозной жизни. И я сам стал довольно много говорить на эту тему.

После одной из пасхальных служб в храме святых первоверховных апостолов Петра и Павла, где я настоятельствую, вдруг неожиданно я вспомнил рассказ Чехова «Святой ночью». В нем описывается пасхальное богослужение в монастыре. Это долгий и глубокий текст, от чтения которого вы получите удовольствие. Не стану его пересказывать. Единственная тема, которую хочу обозначить – тема вдохновенного празднования Пасхи и гуляний, которые начинаются в рассказе тут же, от стен монастыря.

Чехов мастерски показывает поразительное равнодушие и холодность участников праздника к конкретным людям, в частности, к только что умершему иеродиакону Николаю и паромщику послушнику Иерониму.

Я вспомнил рассказ в памятную для меня пасхальную ночь и тут же в заключение службы, когда были произнесены главные слова «Христос воскресе» и услышан на них многократный ответ «Воистину воскресе», когда возникло чувство исполнения самого главного праздника и пасхальной Евхаристии, к которой приобщились почти все прихожане, я вдруг задал вопрос присутствующим:

«Давайте всерьез задумаемся, а отчего происходит наше веселие? От того ли, что Христос воскрес? Или от того, что пост закончился? И уже можно стать самими собой. Поесть сытно и вкусно. Выпить вдохновенно и просто, наконец, начать жить, а не размышлять о Христе».

Мне тогда подумалось, что размышления о Христе – это размышления о наших ближних. И если мы вдруг перестаем думать о Нем, значит, перестаем и не думаем больше о ближних. На пасхальной службе воспоминание об этом чеховском рассказе поставило меня перед серьезным вопросом, до которого я сам дошел, прослужив на тот момент около двадцати лет.

Но этот вопрос и сейчас, когда исполняется тридцать лет моего священнического служения, занимает меня больше и больше. В чем суть нашей пасхальной радости?

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector