0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Нехватка храмов в окраинных районах Москвы: как решить проблему?

Нехватка храмов в окраинных районах Москвы: как решить проблему?

Как известно, в “спальных” районах Москвы катастрофически не хватает храмов. В воскресные и праздничные дни в маленьких храмах на окраинах города не могут поместиться все желающие, не говоря уже о родителях с детьми, которым зачастую приходится стоять на улице до начала причащения, а потом с трудом протискиваться к Чаше. Автору неоднократно случалось наблюдать причащение детей в притворе переполненного храма. Многих пожилых людей удерживает от посещения храма духота и толчея, отсутствие возможности выйти на улицу при плохом самочувствии.

Стремление людей к храму не может не радовать, но одновременно встает вопрос, насколько полноценным будет воцерковление людей, особенно детей, в условиях, когда из-за тесноты и давки не удается проникнуться духом православного богослужения. Не говоря уже о том, можно ли хоть что-то услышать, стоя в притворе или на улице.

Проблема стоит достаточно остро, и на первый взгляд выглядит почти неразрешимой. В старые времена, когда храм становился мал, его разбирали и заменяли новым, более просторным. Ныне существующие храмы дореволюционной постройки являются архитектурными и историческими памятниками, их нельзя расширять и перестраивать, а новое строительство наталкивается на трудноразрешимые проблемы поиска места и оформления землеотвода.

В данном докладе предпринята попытка оценить существующее положение на примере района Ховрино и двух прилегающих районов, Головинского и Левобережного, и выявить потенциальные пути решения проблемы.

О публичных слушаниях по Генплану летом 2009 года и их итогах В августе 2009 года для москвичей прошли публичные слушания по проекту Актуализированного Генерального плана города Москвы на период до 2025 года. Перед слушаниями в течение двух недель можно было ознакомиться с экспозициями нового Генплана, открытыми в каждом районе города. Однако многие посетители жаловались, что материалы Генплана, выставленные для ознакомления, имели абсолютно недоступный пониманию людей характер, пресса сетовала, что мероприятие проводится в период летних отпусков, в ограниченные сроки, только «для галочки».

Московская епархия обратилась ко всем православным верующим с просьбой максимально активно участвовать в публичных слушаниях, создавать «десятки» — церковные общины — и подавать предложения, требующие строительства храмов в конкретных местах, в шаговой доступности от жилья, буквально в каждом микрорайоне столицы.

На публичных слушаниях по проекту Генплана Москвы и правил землепользования заместитель мэра в правительстве столицы Валерий Виноградов заявлял, что: «Количество храмов в Москве, в первую очередь православных, должно увеличиться. Мэр Москвы Юрий Лужков активно откликнулся на обращения патриарха Кирилла по строительству храмов, особенно в периферийных районах, где церквей недостаточно».

Однако в разработанных столичным руководством проектах «Актуализированного Генерального плана города Москвы на период до 2025 года» и «Правил землепользования и застройки в городе Москве» нет предложений по решению требуемой Патриархом Московским и всея Руси Кириллом задачи-минимум: иметь православный храм в каждом микрорайоне Москвы, то есть один храм на каждые 10 тысяч человек. В Заключениях по результатам публичных слушаний фигурируют многочисленные обращения москвичей с просьбой предусмотреть места для строительства православных храмов. В том числе по САО таких обращений насчитывается несколько десятков.

Ответы на обращения граждан носили характер отписки; самый общий ответ был следующий: «Генплан не устанавливает конкретные места размещения объектов религиозных конфессий. Правилами землепользования и застройки возможность строительства, реконструкции этих объектов на земельных участках правообладателей предусмотрена в границах общественно-деловых зон».

Другой вариант ответа звучал следующим образом: «Законодательством РФ и города Москвы объекты религиозных конфессий не отнесены к объектам капитального строительства федерального, регионального значения, планирование размещения которых обеспечивают органы государственной власти».

Таким образом, приходится констатировать нежелание разработчиков Генерального плана города идти навстречу пожеланиям граждан и принимать всерьез духовные потребности москвичей.

В декабре 2009 года Мосгордума приняла проект Генерального плана Москвы в первом чтении. Повторное рассмотрение проекта Генплана было отложено мэром города до весны 2010 года под воздействием активной критики проекта со стороны СМИ и жителей города.

Рассмотрим более детально ситуацию с православными храмами в Московском районе Ховрино. Экскурс в историю района С давних времен Ховрино, на речке Лихоборке, то было селом, то превращалось в деревню. Здесь сменилось несколько храмов; последний из них, существующий по сей день, выстроен в 1868 году по проекту выдающегося московского архитектора Михаила Доримедонтовича Быковского.

Быковский указал владельцу усадьбы Е. В. Молчанову место для строительства храма на повороте усадебной дороги в сторону села Дегунина. Теперь это угол Клинской и Фестивальной улиц; храм просматривается издалека, замыкая перспективу Фестивальной улицы.

Божья воля

В Москве строят сотни храмов, несмотря на гнев жителей. Кому это выгодно?

Фото: Антон Басанаев / AP

На севере Москвы собираются строить очередной храм — один из 380, предусмотренных нашумевшей программой возведения церквей по всему городу. Уместность нового храма вызывает вопросы у местных жителей, а его архитектурные достоинства — у специалистов. Однако все это не смущает главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова, который вопреки всему одобрил его появление. Страсти по стройке — в материале «Ленты.ру».

О строительстве Храма в честь Святого равноапостольного великого князя Владимира в районе Покровское-Стрешнево (многие из-за близости одноименной станции метро называют его Тушиным) заговорили в 2014 году.

Вместе с домашней для футбольного «Спартака» «Открытие Ареной» он должен стать частью большого многофункционального квартала «Тушино-2018» — с жилыми корпусами, торговыми центрами и спорткомплексами. За проект отвечает строительная компания «Стадион Спартак», ее совладелец — брат собственника футбольного клуба, а также вице-президента и крупного акционера «Лукойла» Леонида Федуна Андрей.

Храм входит в «Программу 200», которая была запущена еще в 2010 году. Изначально она предусматривала возведение в Москве 200 новых храмов. После присоединения к столице новых территорий их общее число увеличилось до 380. Несмотря на то что проект был запущен еще в лужковскую эпоху, его активно поддерживает и нынешний главный архитектор города Сергей Кузнецов: «Нас учили в институте, что церковь — самое главное архитектурное сооружение», — говорил он, комментируя возведение храма в районе Покровское-Стрешнево.

Между тем многие специалисты сомневаются в необходимости еще одного религиозного строения в городе. В его окрестностях уже сейчас есть как минимум пять церквей, и недостаток в них местные верующие испытывают едва ли.

К слову, уже вскоре после того, как заговорили о строительстве сотен новых храмов, выяснилось, что жители спальных районов (стройки почти не затронули центр города, где и без того было исторически много храмов) не рады новому соседству. Кто-то сетовал на вырубку парков или близость церквей к жилым домам, кому-то не нравилось засилье религиозных сооружений в столице и агрессивная политика РПЦ. Вокруг некоторых строительных площадок разворачивались полномасштабные протесты: люди разбирали заграждения и блокировали работу техники.

Читать еще:  Когда один искусственный интеллект разговаривает с другим

21 февраля 2016. Участники митинга против строительства храма на территории парка «Торфянка» в Лосиноостровском районе. Фото: Антон Новодережкин / ТАСС

Самый известный случай произошел в 2015 году в парке «Торфянка» на севере Москвы. Многие митингующие тогда подчеркивали, что считают себя верующими, но прежде всего хотят сохранить зеленый массив рядом с домом. После нескольких недель противостояния, в котором успели поучаствовать православные активисты из движения «Сорок сороков», стройку было решено перенести на альтернативный участок неподалеку. Впрочем, это далеко не единственный раз, когда строительство храмов особо не согласовывалось с жителями.

Протестовали не только в Москве. За последние пять лет подобные акции проводились в 28 городах 25 регионов России.

Иногда общественный гнев доходит и до преступления — в ноябре прошлого года 35-летний житель Южного Тушина (граничит с Покровским-Стрешневым) Евгений Сенчин поджег другой храм, расположенный в его районе. Сначала сообщалось, что деревянному строению нанесен непоправимый ущерб (в денежном выражении он оценивался в миллион рублей) и восстановлению оно не подлежит. Но впоследствии все же было решено отстроить церковь заново и передать ее другой общине. Теперь же рядом с районом, где жители сжигают церкви, решили построить еще одну.

Дитя компромисса

Изначально храм должен был быть готов к 2017 году и выглядеть совсем иначе. Планировалось, что он повторит внешний и внутренний облик исторического Владимирского собора в крымском Херсонесе. Именно там в 988 году легендарный киевский князь прошел крещение, после чего взял в жены византийскую принцессу Анну. Однако начало работ затягивалось, и к сегодняшнему дню от облика старинного собора не осталось ничего.

Храм в честь Святого равноапостольного великого князя Владимира. Изображение: saintvladimir.ru

Сегодня сооружение позиционируется как современный проект, однако, по словам архитектора Даниила Макарова, таковым его можно назвать с большой натяжкой. «Качество пластических решений фасадов и пропорции можно назвать компромиссными: классическая композиция и детали храма сочетаются с современными способами использования орнаментальных паттернов на поверхностях и попыткой минимизировать пластику фасадов. И детали, и орнаменты в проекте проигрывают от этого компромисса. Получается, что и современным проект не получается назвать, но и на уровень архитектурных проектов храмов конца XIX — начала XX века, он не выходит», — отмечает Макаров.

Он уверен, что авторы проекта так и не определились, каким хотят видеть храм в итоге и какая роль ему подойдет: «С одной стороны, этот храм должен стать приходским для жителей, с другой стороны, композиция храма относит его к совершенно иной типологии церквей, которые задумывались для подчеркивания торжественности и парадности места или в качестве мемориалов (церковь Вознесения в Коломенском, Распятская церковь-колокольня в Александровском кремле, храм-памятник русской славы в немецком Лейпциге). Найти равновесие между мемориальной и приходской функциями довольно сложно. Если рассматривать проект в качестве мемориального, то он встает в один ряд с такими проектами, как упомянутый уже храм-памятник в Лейпциге 1913 года постройки и храм-памятник в честь Всех святых в Минске 2018 года постройки. Но обсуждаемый проект оказывается наименее пафосным среди них».

Наконец, у храма есть недостатки с точки зрения экономики и урбанистики. Многие церкви проектируются таким образом, чтобы их мог содержать приход. В России они регистрируются в качестве религиозных некоммерческих организаций, освобождаются от налогов и получают возможность зарабатывать проведением обрядов, продажей литературы. Это уменьшает их зависимость от внешних пожертвований. Однако, по словам Даниила Макарова, реализовать это в храме в Покровском-Стрешневе будет сложно. «Пока не понятно, учитываются ли в проекте проблемы современной храмовой архитектуры: возможности независимого содержания храма приходом, задела для развития приходских активностей, применения принципов устойчивого развития, энергоэффективности и так далее. Возможно, этого и не требуется для храма-памятника, чье содержание будет перекладываться на попечителей, что ставит проект вне категорий устойчивости», — говорит архитектор.

В целом он называет храм «довольно качественным, но не сильно выделяющимся на фоне остальной церковной архитектуры». При этом, по словам Макарова, он вместе с коллегами надеялся на интересное и яркое решение, которое авторы проекта предложить так и не смогли: «Причин для этого может быть множество: начиная от своеобразной специфики церковной архитектуры, завязанной на воспроизведении исторических форм, и заканчивая взаимодействием многих участников проектировочного процесса — для того, чтобы сегодня сделать эстетически бескомпромиссный проект, должно сойтись очень много факторов».

Везде поспел

Проект храма разрабатывало архитектурное бюро SPEECH, основанное в 2006 году Сергеем Кузнецовым и Сергеем Чобаном и прежде никогда не занимавшееся церквями. Среди самых заметных работ SPEECH — сразу три футбольных стадиона (реконструкция московских «Лужников», перестройка «Динамо» и арена в Краснодаре), башня «Федерация» в составе «Москвы-Сити», множество жилых комплексов в Москве и Петербурге, а также оформление знаковых выставок, в том числе павильона России на EXPO-2015 в Милане.

В 2012 году один из двух сооснователей SPEECH Сергей Кузнецов был назначен главным архитектором Москвы. На новой работе он «курирует крупные градостроительные проекты, реализуемые на территории столицы, а также работает с профессиональным сообществом». Формально с тех пор он никак не связан со своим бывшим бюро и не имеет в нем никаких коммерческих интересов — его развитием занимается бывший партнер Кузнецова Сергей Чобан. Однако недавно SPEECH стало самым востребованным проектировщиком на московском первичном рынке недвижимости: в 2016 году суммарная площадь реализуемых им проектов равнялась 1,93 миллиона квадратных метров (это 19 жилых комплексов). Ближайший конкурент — производственное объединение «Резерв» — тогда отстал в 2,5 раза и добился заказов только на 760 тысяч квадратных метров.

Архитектурное бюро SPEECH. Фото: speech.su

Помимо этого, SPEECH участвовало в проектировании нескольких объектов государственного значения. Среди них, например, главный информационный павильон нашумевшего парка «Зарядье» напротив Кремля, Дворец водных видов спорта в Казани, построенный к Универсиаде 2013 года, жилые кварталы инновационного центра «Сколково» (председателем градостроительного совета которого является Кузнецов), новые здания Третьяковской галереи и Мосгордумы. Часть этих заказов SPEECH получило еще до назначения своего основателя главным архитектором столицы, часть — уже после. Причем в некоторых (как в павильоне «Зарядья») Кузнецов указан соавтором проекта.

Заработало SPEECH и на московской реновации (хотя обычно специализируется на дорогом жилье), за которую тоже отвечает Кузнецов. Бюро неожиданно выиграло конкурс поквартальной реновации Кузьминок. Этот район стал одной из пяти экспериментальных площадок, опыт которых столичные власти собираются в дальнейшем распространить на весь город. В борьбе за голоса жюри SPEECH обошло всемирно известное бюро основоположника деконструктивизма Захи Хадид. Его специалисты предлагали превратить Кузьминки в новый деловой центр Москвы, построить дома с уникальной архитектурой — расходящиеся лучами по кварталам-треугольникам, а у метро возвести небоскребы со срезанной крышей. Однако предпочтение в итоге отдали довольно обыденному проекту, ориентированному на квартальную застройку с дворами-колодцами.

Читать еще:  Реституция церковного имущества: кто приобретет, а кто потеряет?

За время работы главным архитектором города Кузнецов уже не раз принимал решения, вызывавшие споры как в профессиональном сообществе, так и среди простых жителей. Именно он утвердил проект реконструкции легендарной библиотеки Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН) РАН, пострадавшей от пожара в 2015 году. Нынешним летом библиотеку полностью снесли, чтобы затем отстроить заново (хоть и по оригинальным чертежам 1970-х). Архитекторы настаивают, что будущее здание не будет иметь ничего общего с утраченным и станет лишь его репликой.

Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов. Фото: Евгений Одиноков / РИА Новости

Еще одна претензия к Кузнецову — массовая застройка Москвы некомфортными многоэтажными жилыми домами, в народе получившими название «человейники». Во многом это происходит в рамках той самой реновации. Многие опасаются, что город получит собственные гетто на окраинах, которых до сих пор удавалось избежать. Нередко подряды на проектирование таких домов достаются SPEECH и компании РТДА.

С ней Кузнецов никогда не был связан напрямую, но много помогал крупными госконтрактами. За последние два года их совокупный объем составил 545,7 миллиона рублей. Единственный собственник РТДА Марина Лепешкина четыре года проработала в научно-исследовательском и проектном институте Генплана, придя туда одновременно с назначением Кузнецова главным архитектором города. Сам он открещивался от возможного кумовства при распределении подрядов: «Конечно, можно искать связи через каких-то общих знакомых. Например, Марина Лепешкина долго работала в НИИ Генплана, а потом организовала свою компанию. Они делают, я считаю, квалифицированную работу».

Храм в Покровском-Стрешневе рискует стать новым просчетом главного столичного архитектора. Сам он всячески поддерживает стройку и называет ее «очень интересным проектом». «У коллег из РПЦ есть свой понятный и конкретный взгляд на строительство храмов в Москве. Мы сотрудничаем с ними по очень узкому ряду вопросов. Они мою позицию знают. Мы не раз обсуждали эту тему, что соборная архитектура должна быть шедевром», — говорил Кузнецов. Он уверен, что конфликта бизнес-интересов удалось избежать, но вот интересы города и его жителей никто, похоже, учитывать не собирался.

Строительство храма Александра Невского в Москве приостановлено из-за нехватки средств

Москва, 27 мая, Благовест-инфо. Строительство храма в честь благоверного князя Александра Невского на северо-западе Москвы приостановлено из-за недостатка средства, церковь возводится на месте бывших артиллерийских складов времен Великой Отечественной войны, сообщает РИА Новости со ссылкой на Финансово-хозяйственное управление (ФХУ) Московского патриархата.

«Для продолжения строительства храмового комплекса с храмом благоверного великого князя Александра Невского в Хорошево-Мневниках приход и викариатство при поддержке префектуры Северо-Западного административного округа активно ищут средства», — говорится в сообщении по итогам прошедшего селекторного онлайн-совещания с участием главы ФХУ митрополита Вологодского и Кирилловского Игнатия и куратора программы строительства храмов в Москве, депутата Госдумы Владимира Ресина.

Как напомнили в Финансово-хозяйственном управлении, к разработке котлована, находящегося на территории бывших артиллерийских складов, приступили еще в 2016 году. «Была проведена большая работа по расчистке участка от мин и снарядов. Однако у прихода нет крупного благотворителя, средства собирает община, потому перебои с финансированием неизбежны», — констатировали в ФХУ.

Ранее был возведен первый этаж храма, в котором был обустроен алтарь.

Храмовый комплекс спроектирован в виде единого объема, в котором храм поднят на стилобат. Кровля стилобата будет эксплуатируемой и использоваться как традиционное для русских храмов гульбище — открытая площадка с ограждением.

По высоте комплекс имеет четыре уровня: в подвальной части разместятся технические помещения, на первом этаже — служебные помещения, трапезный зал с кухней, классы воскресной школы. На втором этаже – основной храм. В западной части храма спроектирован антресольный этаж, позволяющий разместить хоры и дополнительные служебные помещения. К главному входу будет вести широкая лестница, оснащенная откидной платформой для перемещения маломобильных групп граждан.

Сегодня священнослужители храма ведут активную общественную работу в соцсетях, принимают онлайн записки о поминовении и здравии. Даже в отсутствие прихожан в храме ведутся богослужения. Прихожане собирают средства на очередной этап строительства уникального по красоте сооружения, сообщает сайт ФХУ .

Как решить проблему возникновения гетто в Москве и регионах

По данным ООН, к 2030 году 5 миллиардов человек, или более 60% населения Земли, будут жить в городах. Стихийное развитие мегаполисов, переселение сельских жителей и неконтролируемая национальная миграция остро ставят вопрос формирования гетто в отдельных районах. По мнению Кирилла Манаенкова, основателя проекта «Квартирабезрисков.рф», для Москвы эта проблема становится все более актуальной — но с нюансами

5 декабря 2019 13:30

Д ля начала стоит разобраться, что можно считать гетто и какие причины являются основными для возникновения этого феномена. Во-первых, гетто — это районы с дешевым жильем, которое достается населению бесплатно, по государственным социальным программам или по наследству. Сами проживающие эти квартиры не покупают, так как просто не могут на них накопить. В крайнем случае жилье арендуют.

Вторая причина образования гетто — это концентрация жителей в одном районе по этническому или расовому признаку. Тот же Гарлем, расположенный на Манхэттене, географически нельзя назвать неблагоприятным. Однако криминальный район для чернокожих в центральной части дорогого Нью-Йорка — не что иное, как гетто.

Третья причина — наиболее важная — в гетто отсутствуют объекты социальной инфраструктуры. В результате в городе совершенно по разным сценариям развиваются престижные центральные районы с парками и музеями и спальные окраины — с многоэтажками и в лучшем случае супермаркетами.

Москва и москвичи

В Москве как таковых гетто пока нет. Однако сообщество малообеспеченных слоев населения начинает формировать отдельные районы города, по косвенным признакам напоминающие гетто, и это далеко не туристически популярные Чайнатаун или Маленькая Италия.

До революции в Москве были ярко выражены национальные районы: Татарская слобода, Немецкая слобода, районы компактного проживания еврейского населения. Советский Союз с помощью массовой застройки и отсутствия сильного расслоения по имущественному признаку нивелировал эти различия.

Однако со временем стали формироваться районы по признаку занятости. Ленинский проспект, проспект Вернадского, район метро «Сокол» активно заселялись научной элитой, интеллигенцией, артистами и деятелями культуры. Люблино, Текстильщики, Марьино, территория завода ЗИЛ, Метрогородок ожидаемо предназначались рабочим, которые были заняты на расположенных здесь же производствах и заводах.

Разделение районов Москвы по имущественному признаку является преобладающим и сейчас. Однако компактное расселение по этническим и национальным признакам становится также все более заметно. Вьетнамские и китайские торговцы рынка «Садовод» и ТРК «Москва» селятся в Марьино, Люблино, Капотне и Братеево. В некоторых домах Некрасовки и Выхино массово живут «трудовые мигранты» из стран СНГ. Большое количество мигрантов наблюдается в районе Метрогородка и в Гольяново. На расселение влияют три фактора: близость объекта, на котором работают мигранты, дешевое жилье и компактное расселение земляков.

Читать еще:  Письмо первое: об Истинном Свете и евангельских предостережениях

По данным сайта ГдеЭтотДом.ру, приезжающие в столицу представители разных народов выбирают себе районы «для своих». Армяне предпочитают Солнцево и окрестности метро «Юго-Западная»; грузины селятся в Марьиной Роще, в районе метро «Тимирязевская» и «Арбатская»; азербайджанцы выбирают Гольяново, окрестности «Черкизовской» и «Измайлово», а также «Люблино» и «Братиславской».

Геттоизация определенных районов города не происходит стремительно, должно вырасти минимум поколение, чтобы действительно стала заметна тенденция. Согласно анализу Института демографии ВШЭ, в Москве сегодня уже зарегистрировано более 60 тысяч детей мигрантов, но в специализированных школах русского языка учатся пока не больше 300 человек. В некоторых школах, например, в Капотне, количество детей мигрантов достигает 60%. Бывают случаи, когда большинство детей в классе плохо говорит по-русски. Классы негласно начинают делиться на «местных» и «приезжих», а за места в классах для местных возникает конкуренция.

Социальное жилье и криминал

Существует стереотип, что жить в гетто опасно, здесь регулярно происходят налеты, грабежи и преступления. По факту сегодня в Москве даже в районах с выраженными признаками компактного проживания мигрантов не наблюдается одновременного ухудшения криминогенной ситуации. Уровень преступности района в большей степени зависит от преобладающего класса недвижимости.

В первую очередь, формирование гетто возможно в старых промышленных районах Москвы, где много старого приватизированного жилья. Там идет процесс оттока экономически активного населения в более привлекательные районы или те же новостройки в Подмосковье. Остаются либо неблагополучные социальные элементы, либо квартиры сдают приезжим из ближнего зарубежья. По данным МВД, по количеству преступлений в Москве и области в 2019 году наиболее криминальными в столице оказались именно районы с ветхим фондом, на удивление, центральные — Пресненский, Басманный, Таганский, Тверской, Даниловский. В десятку криминальных также вошло Марьино.

При этом Новая Москва находится среди наиболее безопасных районов города, поскольку эта территория практически отстраивается с нуля. В новостройках Новой Москвы селятся люди семейные, с детьми, работой и, чаще всего, с ипотекой. Среди наиболее криминальных районов области — города со старой застройкой: Балашиха, Люберцы, Одинцово, Мытищи. Неслучайно подмосковные районы от Королева до Мытищ уже всерьез называют «Коротищи». Население агломерации составляет 750 тысяч человек, что по численности входит в двадцатку крупнейших городов России.

Фото: Svetogor Malyugin/Unsplash

Другая наиболее распространенная часть неблагополучных районов — это поселения с высоким процентом социальных или «детдомовских» квартир. Интересно, что 19% очередников, по данным Департамента имущества Москвы, или 13,5 тысячи семей, живут в домах, включенных в программу реновации. Иными словами, каждый пятый в очереди на социальное жилье живет в ветхом жилье, в старых районах города.

Сегодня практика предоставления социального жилья в престижных районах столицы минимальна — и это справедливо. Из-за несовершенства законодательства и традиционной русской любви к «халяве» среди очередников значатся люди с квартирами в собственности в других регионах России, а также владельцы престижных иномарок. По инициативе правительства, подобная группа — первые претенденты на вылет из очереди на московские метры. По данным городских властей, в 2017 году в очереди на улучшение жилищных условий состояли 70 187 московских семей.

Однако проблема формирования гетто по принципу социального жилья не нова и актуальна не только для Москвы. Классический пример создания гетто через социальное жилье — ЖК «Пруитт Айгоу» в Сент-Луисе, США. Комплекс из 33 домов был в итоге ликвидирован государством вместе с неудавшейся идеей строительства социального жилья, обособленного от культурной части города.

Наиболее серьезная ситуация с «сиротскими квартирами» в России сейчас в Санкт-Петербурге. В квартале Новая Охта правительство города концентрированно заселило три дома выпускниками детдомов — криминогенный фон в связи с этим повысился в разы. При этом сами жители Новой Охты против активного «пиара» своего района в качестве гетто.

Практика показывает, что бесплатное жилье для социально незащищенных групп населения (малоимущие и сироты) фактически не решает их жилищную проблему — зачастую даром доставшаяся квартира быстро пропивается или передается более хитрым «соседям». Либо, если в квартире все-таки живут, довольно часто она становится местом встреч неблагоприятного контингента в районе.

Мировой опыт, или Как не допустить гетто

Многие связывают появление гетто со стихийной застройкой удаленных районов города жильем экономкласса. Города-призраки Китая уже известны как глобальный пример девелоперских проблем. Китайские проекты «Темза Таун» или «Ордос» так и остались без покупателей — уровень заселенности этих ЖК ниже 10%.

В Москве и ближайшем Подмосковье ситуация с заселением многоквартирных домов пока что лучше, но в то же время формируется тенденция, которая тоже косвенно влияет на геттоизацию. Строительство многоэтажных домов — это новая разновидность гетто, каменных джунглей, где жители попросту не знают друг друга. Психологически владельцы квартир в высотках всегда более отчужденно относятся к своему двору или соседям. Рушатся тесные связи и культура «добрососедства» — можно жить с соседями годами и не видеть их в принципе, просто потому что в доме 20 этажей.

Другая важная проблема — отсутствие объектов инфраструктуры, которые делали бы пребывание в районе комфортным. То есть жители нового квартала на окраине не чувствуют, что живут в мегаполисе, в Москве. Есть даже выражение — «поехать в город», хотя формально район может являться частью города.

Решение этих проблем есть — это строительство городских объектов, которые могут быть интересны не только отдельному району, но и всему городу: парки, стадионы, кинотеатры. Близость к культурному пространству, стадиону или детскому центру повышает интерес к району и делает стоимость жилья в нем выше.

Рецепт работает и давно доказал свою эффективность. Исторические гетто в Лондоне, Детройте, даже нью-йоркский Гарлем сейчас уже модные районы, а не бандитские закоулки. Началось с того, что в Гарлеме начали открывать джазовые клубы, потом рестораны, потом появилось модное жилье. Когда-то Мидтаун в Нью-Йорке состоял из складов и банд, которые там обитали. Но именно из-за дешевого жилья там селились бедные художники и начинающие писатели. Район стал богемным, стоимость недвижимости выросла, в бывших складах и мясобойнях сделали модные лофты, и теперь этот район — один из самых дорогих на Манхэттене.

Следующий принцип, работающий против геттоизации, — полицентризм. Примером является современный Берлин, где нет ярко выраженного центра. В каждом из районов города есть что-то, зачем туда стоит ехать. Это задает смысл жить в каждом отдельном районе и формирует цены на недвижимость.

Что может стать переломным моментом, когда район становится гетто, сказать сложно. Но одна из ключевых задач городских властей сейчас — сформировать в каждом районе некий культурный объект, который притягивал бы к себе внимание не только местных жителей, но и всего мегаполиса. И первые шаги в этом направлении уже есть: идет строительство парка в Капотне с велодорожками и образовательными центрами, на территории бывшего завода ЗИЛ появился парк «Тюфелева роща», в бывших промышленных районах города строятся новые современные жилые комплексы с библиотеками и фитнес-клубами на первых этажах.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector