2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Назидание по «Великому Канону» св. Андрея, Архиепископа Критского

святитель Андрей Критский

святитель Андрей Критский (

Биография

Детство Андрея Критского. Начало христианского пути

Достоверных подробностей о жизни Андрея Критского известно не много. Местом его рождения является сирийский город Дамаск. Что же касается даты его рождения, она определяется весьма приблизительно: первой половиной или серединой VII века.

Известно, что до семи лет Андрей страдал немотой, от которой был исцелен Божественной силой в результате причащения Святых Христовых Таинств. Это чудо, конечно же, оставило в памяти ребенка неизгладимое впечатление, послужило причиной укрепления веры, утверждению в выборе жизненного пути.

Приблизительно в возрасте 14-15 лет, решив отложиться от суеты мира и быть ближе к Богу, Андрей удалился в Иерусалимский монастырь Святого Саввы Освященного. Здесь, помимо трудов, связанных с послушанием и молитвой, он предался глубокому изучению Священного Писания и произведений отцов Церкви.

Проявив себя как благочестивый и ревностный подвижник, некоторое время спустя он был назначен на ответственную должность письмоводителя при дворе Феодора, руководителя Иерусалимской Патриархии, что, впрочем, не мешало ему заботиться о личном спасении и вести подвижническую жизнь.

Одним из важнейших этапов жизни святого Андрея стало участие в деятельности VI Вселенского Собора, созванного в целях противодействия ереси монофелитов, куда он был делегирован совместно с другими доверенными лицами. Возвратившись в Иерусалим, он привез с собой список соборных определений.

Вскоре Андрей был посвящен в диакона Софийской церкви Константинопольским Патриархом, когда прибыл в Константинополь по его приглашению (согласно другим биографическим данным, присутствуя на Соборе он уже имел чин архидиакона). Отмечают, что какое-то время отец Андрей исполнял при Софийской церкви роль попечителя о сиротах.

Служение Богу в чине архипастыря

Слава подвигов отца Андрея и его личные качества, такие как милосердие, красноречие, чувство ответственности, послужили тому, что в царствование императора Юстиниана II он удостоился посвящения в архиепископа Критского. Занимая эту должность, святой Андрей уделял много времени и сил борьбе за чистоту Православной веры. Кроме того, по его архипастырской инициативе и при его личном содействии возводились новые храмы, организовывались богадельни, приюты.

Отдаваясь делу служения и угождения Богу, святой прославился и как великий молитвенник. Сообщают, что однажды результатом его молитв стало спасение города Друмеоса от осаждавших его сарацинов, которые, так и не возымев успеха, вынуждены были позорно отступить. В другой раз, во время засухи, грозившей населению неурожаем, по его молитве на почву излился дождь.

Считается, что архипастырь дожил до глубоких седин. Будучи уже в почтенном возрасте, он отправился по церковной необходимости в Константинополь. На обратной дороге, достигнув Митилены, он заболел, а вскоре и умер. Есть свидетельство, что это произошло в месте по названию Иерис, в 712 году. Между тем, другие источники датируют время его преставления 740 годом. Рассказывают, что святой предвидел свою смерть заранее.

Творчество Андрея Критского как писателя и песнотворца

За годы зрелой подвижнической жизни святой Андрей Критский обрел известность и на ниве писательства, песнотворчества. До нас дошли десятки его сочинений. Среди них выделяют слова на Богородичные и Господские праздники (чит.: Слово на Благовещение Пресвятой Богородицы; Слово на Рождество Пресвятой Богородицы; Слово на Преображение Господа нашего Иисуса Христа; Слово в неделю Ваий).

Одно из наиболее известных произведений святого — Великий канон, читаемый ныне в храмах во время Великого поста. Правда, его современный текст содержит определенные изменения и дополнения, внесенные, в частности, преподобным Иоанном Дамаскиным, святыми Иосифом и Феодором Студитами (см: Великий канон Андрея Критского). Помимо отображения ветхозаветной истории и нравственных наставлений, канон отображает и личный опыт переживаний, раскаяния, благодатного общения святого Андрея Критского с Богом.

Тропарь святителю Андрею, архиепископу Критскому, глас 4

Христову Церковь цевницею языка твоего, / песнословя умильно, возвеселил еси, / богословием же Препетыя Троицы / славу всем сказал еси ясно, / тем тя, яко тайноглагольника, поем, / Андрее, пастырю Критский, / и величаем память твою, // Христа славяще дивнаго во святых Своих.

Ин тропарь святителю Андрею, архиепископу Критскому, глас 4

Правило веры и образ кротости, / воздержания учителя / яви тя стаду твоему, / Яже вещей истина. / Сего ради стяжал еси смирением высокая, / нищетою богатая, / отче Андрее, / моли Христа Бога // спастися душам нашим.

Назидание по «Великому Канону» св. Андрея, Архиепископа Критского

На Великом повечерии Понедельника, Вторника, Среды и Четверга первой седмицы Великого поста поется и читается по частям, а на утрене Четверга пятой седмицы того же поста в полном составе Великий покаянный, или как его еще называют, умилительный канон. Он читается за великопостным богослужением в храмах вот уже почти 1200 лет и воспринимается верующими также, как и тогда, когда был написан преподобным песнотворцем. «Мистагог покаяния», т. е. тот, кто заботливо учит, открывает тайны покаяния, — так называет святого Андрея, составившего сей канон, Православная Церковь.

Великий канон состоит из 250 тропарей, и великим именуется не только по необычно большому числу стихов, но и по внутреннему достоинству, по высоте мыслей и силе их выражения. В нем мы созерцаем события, описанные Священным Писанием Ветхого и Нового Завета, в духовном свете. В тропарях канона, персонажи священной истории, то представляют нам высокие образцы святой жизни, то, примерами своего глубокого падения, побуждают нас к строгому трезвению. Ум человека, слушающего сей канон, видит в нем высокие духовные истины, осуществленные в жизни ветхозаветных патриархов, судей, царей и пророков, поучается им в евангельских притчах, а сердце, жаждущее спасения, то поражается глубокой скорбью о грехах, то восторгается стойким упованием на Бога, всегда готового принять грешника.

Нельзя научить тому, чего сам не умеешь. Покаяние святого Андрея глубокое и искреннее. Через весь канон проходит одна мысль, повторяющаяся во всех его песнях: «Согрешил больше всех человек, един согрешил Тебе, (Господи), но смилуйся и будь милосерд ко мне, ибо Ты Благоутробен». «Благоутробен» — значит милостив и милосерд так, как Мать, которая как бы всей утробой, всем существом своим, жалеет ребенка и любит его всем своим сердцем. Чем ближе человек к Богу, тем больше видит свои грехи. Этому учит нас в своем каноне святой Андрей Критский.

Читать еще:  Дочь заговорила в 30 лет – когда она родилась, про аутизм никто не знал

Весь Ветхий Завет предстает перед нами в тропарях канона, как школа покаяния. Показывая добродетели и подвиги святых, святой не забывает и о злых и жестоких делах, побуждая нас подражать добрым и отвращаться злых. Но в Великом каноне есть не только примеры из Священного Писания, есть здесь и увещание душе, рассуждения, молитвы. Как будто старец, исполненный сострадания и любви, берет нас за руку и вводит в свою келью, чтобы собеседовать с нами, рассказывать, делиться своим опытом, и, вместе с нами, смиренно и горячо молиться.

Почему Святая Церковь в первые дни Великого поста предлагает нам именно эти песнопения? Потому, что пост — это время покаяния и очищения, а канон преподобного Андрея весь и направлен к тому, чтобы пробудить человеческую душу от греховного усыпления, раскрыть перед ней пагубность греховного состояния, подвигнуть к строгому самоиспытанию, самоосуждению и раскаянию, к отвращению от грехов и к исправлению жития.

Творец этого, столь любимого православными людьми Великого канона, преподобный Андрей, архиепископ Критский родился в городе Дамаске около 660 года в семье благочестивых христиан Георгия и Григории. Из свидетельств о раннем детстве святого известно, что до семи лет его считали немым, т. к. до этого времени он не произнес ни одного слова. Когда же, по достижении семилетнего возраста, он причастился в церкви божественных Таин Тела и Крови Христовых, немота его разрешилась и он стал говорить. После этого явленного чуда родители отдали свое чадо постигать премудрость божественных книг. На четырнадцатом году жизни, святой Андрей, был приведен родителями в Иерусалим для служения Богу в монастыре Братства Гроба Господня.

По пострижении в монашество святой Андрей был назначен нотарием, т. е. секретарем, Иерусалимской патриархии, как человек весьма разумный. Он проводил добродетельную жизнь, подвизаясь в целомудрии, воздержании и кротости, так что ему дивился даже и сам иерусалимский патриарх. После 681 года, когда в Константинополе происходили заседания Шестого Вселенского Собора, святой Андрей, состоявший тогда в архидиаконском сане, вместе с двумя старцами-монахами, был послан в византийскую столицу от лица своего патриарха, чтобы представить императору документы, подтверждающие полное согласие с решениями Собора всей полноты Иерусалимской Православной церкви, находившейся тогда под мусульманским игом.

После окончания Собора старцы-монахи возвратились обратно в Иерусалим, а Андрей, сделавшись известным, своей книжной премудростью и глубоким знанием догматов Церкви, императору и святым отцам, был оставлен в Константинополе, получив навсегда прозвище «Иерусалимита», т. е. «Иерусалимлянина».
В столице Империи он получил послушание возглавить Дом для сирот при Великой церкви Святой Софии с зачислением в клир главного храма Византии.

20 лет служил он в сане диакона и трудился в Доме сирот, проявляя должную заботливость и попечение. Здесь же, в Константинополе, он начал слагать свои дивные песнопения, которыми богато украсил литургическое наследие Святой Церкви.

После двадцатилетнего диаконского служения святой Андрей был рукоположен в епископский сан и назначен на самую далекую кафедру империи — остров Крит, где за свои усердные труды был удостоен титула архиепископа. Здесь он был светильником миру, просвещающим Христову Церковь богодухновенным учением и добродетельной жизнью. Святой пастырь критский строил храмы Божии, а также дома для сирот и престарелых. Для своей паствы он был любящим отцом, неустанно проповедующим и, молитвами своими, отражающий все напасти и невзгоды, а для еретиков являлся непреклонным обличителем и грозой. Не оставлял святой Андрей и трудов по составлению церковных песнопений.

Несколько раз святитель, оставив Крит, посещал Константинополь, где виделся с патриархом и императором, а также с близкими ему людьми. Там же выступил он в защиту святых икон, когда в Византии началось иконоборчество. В свое последнее посещение столицы, святой Андрей, почувствовав приближение скорой кончины, простился со своими друзьями. По дороге на Крит он сильно заболел. Тяжелый недуг заставил его остановиться на острове Митилина в городке Ерессо, где святой и скончался 4 июля (17 июля по н.ст.) около 740 года. В этот же день Святая Церковь и доныне совершает его память.

Святитель Андрей Критский первый стал писать богослужебные каноны. Его перу принадлежат каноны на все двунадесятые праздники (кроме Введения во храм Пресвятой Богородицы, т. к. в его время этот праздник отдельно не праздновался). Великопостное богослужение, кроме Великого канона, было украшено и другими творениями святого песнописца. В рукописях сохранились каноны Недели Ваий, трипеснцы всех дней Страстной седмицы, включая и Великий Пяток. В Великую Субботу исполнялся четверопеснец святого Андрея, к которому позднее присоединяли свои четверопеснцы и каноны св. Косма Маюмский, инокиня Кассия, епископ Марк Отрантский. По количеству оригинальных мелодий-напевов святой Андрей превосходит даже столь великого песнописца, как преподобный Иоанн Дамаскин. Составляя Октоих, святой Иоанн вносил в него ирмосы и напевы святителя Андрея Критского.

Церковно-литургическое назидание по «Великому Канону» св. Андрея, Архиепископа Критского

Работа по литургическому богословию Епископа Саратовского и Балашовского Вениамина (Милова)

Общие аскетические идеи «Великого Канона»

На протяжении уже 14 веков со времени своего появления покаянный Канон св. Андрея будил и нравственно будит людей напоминаниями об извращении грехом богозданной человеческой природы и начертаниями пути ее восстановления посредством покаяния.

Чтобы ясно понять религиозную идеологию св. Андрея, объединим его аскетические мысли, разбросанные по тропарям Канона. В обобщенном виде они изображают многозначительную картину нравственного падения и восстания человеческой личности от греха к святости.

Первородный грех, по Канону, разбил душевный покой первых грешников. Он внес в их души тоску и томление, в ум и чувство — смятение, в волю — хотения плотских удовольствий. Падшая человеческая душа поставляет целью своих действий себя. Она замыкается от Бога в себе, прилепляется к вещественной стороне жизни и перестает разливать вокруг себя лучи теплой любви. Не находя насыщения в вещественной жизни, душа алчно ищет полного своего удовлетворения, гонится за ним и вне Бога нигде его не находит.

Чувственный образ жизни с забвением о потребностях души делает ум грешника праздно-мыслящим, рассеянным, неблагоразумным. Ум должен выбирать желания правильно и дальновидно предпочитать одни желания другим. Оторвавшись от Бога, он не умеет производить должный выбор. Чрез это воля обуревается страстями и беспорядочными желаниями.

Нецентрализованность мышления и беспорядочность произволения неминуемо отражаются в сердечных чувствах, живущего вне сознательного единения с Богом. Сердце его горит гневом, ненавистью, любострастием и болит от всякой страсти и скорби. Его все в жизни волнует, тревожит, беспокоит.

Читать еще:  Монастыри и монашество. Традиции и современность

При господстве увлечений видимой, материальной жизнью молитвенные порывы грешника к Богу и угрызения совести глохнут и замирают. Но сам он окончательно не теряет свободы и самосознания, чтобы нравственно подняться вверх. Мучительная болезнь от водоворота блуждающих мыслей и терзания низменными желаниями и страстными чувствами побуждает его искать своего оздоровления в общении с Богом чрез покаяние.

Войти грешнику в единение с Богом то же, что сокрушенно исповедовать Ему свои грехи с твердым намерением далее угождать Ему одному жизнью по требованию совести и св. заповедей. В покаянии грешная душа отказывается от своеволия свободы, гордости, недобрых страстных чувств и деяний и всецело предает себя Богу.

Бог содержит в бытии всякого человека, но внутрь его входит лишь при условии человеческого самопредания Богу. Кающийся предает себя Богу и от Господа даруется ему приток Божией силы и чрез это способность управлять движениями души и тела.

Для воссоединения грешников с Триединым Богом Бог Отец отдал в жертву Своего Единородного Сына, Который открыл путь нисхождения на кающихся Св. Духа в таинствах крещения и покаяния.

У кающихся пред Богом обострены тревоги совести, чувства безвыходности положения, личной виновности в грехах, веры в образ спасения чрез Христа Спасителя и готовность делать одно заповеданное Богом. Названные чувства и готовность сила Божия в горниле покаяния претворяет в горячую, непреодолимую, неослабную ревность по Боге и энергию. Подкрепленный благодатию, человек раскаявшийся старательно не допускает в мысли, чувства и дела оскорбительное Богу, гонит от себя суетность и страстность и умеряет ревность о житейском.

Твердое решение иметь законом жизни волю Божию образуется у него благодатию на основе сокрушения о грехах. Сознание силы страстей и боязнь ослабеть и допустить снова промахи в борьбе с собой никогда не оставляют несущего покаянный подвиг. У него всегда исторгается из глубины сердца болезненный вопль к Богу: «Господи, помилуй!», «Спаситель, помилуй меня», «Боже, буди милостив ко мне грешному!».

Такое сердечное обращение к Богу поддерживает болезнование души о своей неисправности и служит признаком ее благодатной живости и ревности по Боге.

Совершение всех земных житейских дел с молитвой и мыслью, что Господь зорко смотрит на нас, как если бы кто смотрел нам в глаза, останавливает парение мыслей в уме и удары их в сердце и прекращает смятение желаний.

С установкой благоговейного сердечного внимания в одном Боге кающаяся душа успокаивается и умиротворяется. Ее перестают мучить стеснения страстей. Она начинает легко молиться Богу с чувством теплой любви к Нему, благодарения, сокрушения и смирения.

Лучи памяти о Боге и чувства у кающегося становятся все теплее и теплее, разгорячаются. Человек весь постепенно просветляется и исполняется явного ощущения силы Божией. Это и есть, по выражению св. Андрея Критского, «восход от деяния к видению».

Иногда лучезарная красота души просиявает у человека сквозь телесную оболочку, видимо для окружающих, и он делается в сиянии благодати небесно прекрасным.

Представленная, на основе Канона, схема подвига покаяния дает ключ к пониманию отдельных выражений св. Андрея, в развиваемой им далее идее прощения грехов людям Богом-Троицею по молитвам Божией Матери.

Великий покаянный канон Андрея Критского

Покаянный канон разделен на четыре части и читается за Великим Повечерием, вечером, в первые четыре дня Поста. Также его полностью читают в четверг перед неделей Марии Египетской.

Покаянный канон можно описать как покаянный плач, раскрывающий нам всю необъятность, всю бездну греха, потрясающий душу отчаянием, раскаянием и надеждой. С исключительным искусством св. Андрей переплетает великие библейские образы — Адама и Еву, рай и грехопадение, патриарха Ноя и Потоп, Давида, Обетованную Землю и выше всего Христа и Церковь — с исповеданием грехов и раскаянием. События священной истории явлены, как события моей жизни, дела Божий в прошлом, как дела, касающиеся меня и моего спасения, трагедия греха и измены, как моя личная трагедия. Моя жизнь показана мне, как часть той великой, всеобъемлющей борьбы между Богом и силами тьмы, которые восстают на Него.

Покаянный канон снова и снова о духовной истории мира, которая в то же время — история и моей души. Слова Канона призывают меня к ответу, ибо говорят они о событиях и делах прошлого, смысл и сила которых вечны, поскольку каждая человеческая душа — единственная и неповторимая — проходит тем же путем испытаний, стоит перед тем же выбором, встречается с той же высшей и

важнейшей реальностью. Примеры из Священного Писания не просто «аллегории», как думают многие люди, считающие поэтому, что Великий Канон чересчур перегружен именами и происшествиями, не относящимися к ним. Такие люди спрашивают, зачем говорить о Каине и Авеле, о Соломоне и Давиде, когда проще было бы сказать: «я согрешил»? Они не понимают, что самое понятие слова грех в библейском и христианском предании имеет глубину и насыщенность, которых «современный человек» просто не в силах понять, и что поэтому исповедание им своих грехов глубоко отлично от настоящего христианского раскаяния. Действительно, та культура, в которой мы живем и которая образует наши современные взгляды, в сущности просто исключает понятие греха. Потому что грех это, прежде всего, падение человека с неизмеримой духовной высоты, отказ его от своего «высокого призвания». Но какое значение это может иметь для культуры, которая не знает и отрицает эту «духовную высоту», это «призвание» и оценивает человека не «сверху», а «снизу», — для культуры, которая если и не отрицает открыто Бога, то фактически вся, сверху донизу, материалистическая и потому рассматривает жизнь человека только с точки зрения материального благополучия, не признавая его высокого, трансцендентального призвания? В ней грех рассматривается главным образом как естественная «слабость», происходящая в основе от социального неустройства и поэтому исправляемая лучшей социальной и экономической организацией. Поэтому современный человек, если он и исповедует свои грехи, уже не раскаивается в них. В зависимости от того или иного понимания им своих «религиозных обязанностей», он либо формально перечисляет свои прегрешения и нарушения обрядовых правил, либо же говорит с духовником о своих «проблемах», ожидая от религии своего рода терапии, лечения, которое вернет ему счастье и спокойствие. Ни в том, ни в другом случае мы не видим раскаяния, потрясения человека, который, узрев себя как образ неизреченной славы, сознает, что он изменил этому «образу», запятнал и отверг его своей жизнью; нет раскаяния как печали о грехе, исходящей из самой глубины человеческого сознания, как желания вернуться, как отдачи себя Божьему милосердию и любви. Вот почему недостаточно просто сказать: «я согрешил». Эти слова приобретают свое подлинное значение и действенность только тогда, когда грех воспринят и пережит во всей его глубине и горести.

Читать еще:  Великий вторник. Подождешь! Не видишь, что ли, я правило читаю

Значение и цель Великого Канона именно в том и состоят, чтобы явить нам грех и тем самым привести нас к раскаянию. Но он являет нам грех не определениями и перечислениями, а неким глубоким созерцанием библейской истории, которая поистине есть история греха, покаяния и прощения. Это созерцание вводит нас в совершенно иную духовную культуру, призывает нас принять совершенно иное понимание человека, его жизни, его целей, его духовных «мотиваций». Канон восстанавливает в нас то духовное мироощущение, внутри которого раскаяние становится снова возможным.

ВЕЛИКИЙ КАНОН

По содержанию Великий канон непосредственно не связан с общественными богослужениями Великого поста, вероятно, прп. Андрей не предполагал, что Великий канон получит общецерковное употребление. Некоторые строки канона дают основание считать, что он был написан преподобным в старости, незадолго до смерти. В одних тропарях звучит прямой призыв к покаянию, иногда от лица Самого Бога, в других приводятся примеры из Священного Писания о грехе и покаянии. Великий канон включает все важнейшие библейские образы, как правило, в соответствии с хронологией; образам Ветхого Завета посвящено большинство тропарей канона. В 8-й песни подведен итог изложению Ветхого Завета: «Ве́тхаго Заве́та вся приведо́х ти, душе́, к подо́бию». Новозаветная тематика эпизодически появляется в 1-8-й песнях канона, но в основном она развивается во второй половине 8-й и в 9-й песнях. Метрика тропарей в каждой из песней в целом стабильна и близко следует метрике ирмоса, но число слогов в тропарях и место главного ударения может меняться. Великий канон представляет собой одно из самых ярких произведений византийской церковной поэзии.

Богослужебное употребление Великого канона впервые зафиксировано в памятниках студийской традиции, в Ипотипосисе [1] и др.; они предписывают петь канон в четверг 5-й седмицы Великого поста («Мариино стояние»).

Текст Великого канона встречается уже в древнейших известных греческих и славянских рукописях Триоди. В греческой Постной Триоди X века [2] канон отделен от рядового дневного последования четверга 5-й седмицы заголовком: «В тот же день седальны, поемые на Великий канон» — это, возможно, указывает на то, что он не так давно был добавлен к корпусу песнопений Триоди. В Триоди XI века [3] Великий канон предписано петь по частям на 5-й седмице с понедельника по пятницу. Подобное разделение канона (неясно, относящееся ли к 5-й или 1-й седмице) указано соответственными пометами на полях в славянской Триоди XII-XIII вв. [4]. Триодь XI века [5] предписывает петь Великий канон в 5-е воскресенье поста. Таким образом, первоначально Великий канон был привязан к 5-й седмице поста, но не обязательно к четвергу.

В Великом каноне кроме собственных тропарей имеются и посвященные прп. Марии Египетской и прп. Андрею Критскому, которые появились в отдельных рукописях после XI века, но они нередко отсутствуют и в более поздних текстах, напр. в рукописи первой половины XIV века [6]. В рукописи XII века [7] перед тропарями Великого канона выписаны стихи библейских песней; если стихов не хватает, они повторяются; некоторые приписаны другим почерком (т. н. поздней рукой) [8].

Встречаются сокращенные варианты Великого канона: так, в рукописи первой половины XIV века [6] в каждой песни приведено по 8 тропарей, не считая троичнов и богородичнов. Возможно, подобные варианты Великого канона предназначались для приходского богослужения [9].

В Иерусалимском уставе, используемом Церковью и в настоящее время, сохраняется традиция пения Великого канона в четверг 5-й седмицы Великого поста. Кроме того, он стихословится по частям на первой седмице Великого поста, на великих повечериях первых четырех дней.

К Великому канону примыкают еще два цикла гимнографических произведений: 16 тропарей блаженн (ирмос (начальный тропарь): «Λῃστὴν τοῦ Παραδείσου Χριστὲ πολίτην» («Разбо́йника Христе́ рая́ жи́теля»); первый тропарь цикла: «Τὸν Μανωὲ ἀκούεις πάλαι ψυχή μου» («Мано́я слы́шавше дре́вле душе́ моя́») и 24 алфавитные стихиры четвертого гласа (нач. первого: «̀ρδβλθυοτεΑπας ὁ βίος μου μετὰ πορνῶν» («Все житие́ мое́ со блудни́цами»). Блаженны, видимо, были составлены вместе с каноном самим прп. Андреем Критским. В современных богослужебных книгах они помещаются после 6-й песни Великого канона, соответствуют такому их размещению и встречающиеся в тропарях библейские образы, хорошо вписывающиеся в ряд образов 6-й и 7-й песней канона. Авторство стихир также приписывается прп. Андрею; по форме они напоминают многострофный кондак.

К Великому канону также прибавляется кондак второго плагального (т. е. 6-го) гласа «Ψυχή μου ψυχή μου, ἀνάστα, τί καθεύδεις» («Душе́ моя́, душе моя, восста́ни, что спи́ши:»), хотя он прямо не связан по своему содержанию с темой канона. Кондак принадлежит перу прп. Романа Сладкопевца, полный текст известен по единственной рукописи XI века [10]; основное содержание кондака — предательство Иуды и крестные страдания Спасителя. По ранним памятникам Иерусалимского устава, включая старопечатные московские издания, кондак употребляется только в четверг 5-й седмицы поста; в современном русском Типиконе он назначен также на все повечерия 1-й седмицы (в ранних Типиконах и Триодях приводятся два покаянных седальна, которые используются по очереди: в понедельник и среду — первый, во вторник и четверг — второй). По рукописи XI века [11] известен также другой кондак Великого канона: «᾿Εξαγορεύω σοι, Κύριε, τὴν ἀνομίαν μου» («Исповедаю Тебе, Господи, беззаконие мое»).

После 1204 года прп. Акакием Савваитом был составлен комментарий на Великий канон [12]. Еще один анонимный комментарий известен по рукописи XIV века [13], происходящей из афонского Иверского монастыря [14].

Литература

  • Великий канон св. Андрея Критского в переводе на рус. яз. / пер. прот. М. И. Богословский // ХЧ. 1836. Ч. 1. С. 127-184;
  • Ловягин Е. Богослужебные каноны на греч., слав. и рус. языках. Спб., 1861. С. 153-191;
  • Maltzev A. Der grosse Busskanon des hl. Andreas von Kreta: Deutsch und slavisch unter Berücksichtigung der griechischen Urtexte. B., 1894;
  • Виссарион (Нечаев), еп. Уроки покаяния в Великом каноне св. Андрея Критского, заимствованные из библейских сказаний. Спб., 18973;
  • Χρήστος Π. ῾Ο Μέγας Κανών ᾿Ανδρέου τοῦ Κρήτης. Θεσσαλονίκη, 1952;
  • Правдолюбов С., прот. Великий канон св. Андрея Критского: История, поэтика, богословие: Магист. дис. / МДА. М., 1987. 2 т.;
  • Кириллин В. М. «Великий покаянный канон» св. Андрея Критского по древнерус. рукописи 1-й пол. XIV в. // Ежег. богосл. конф. ПСТБИ: Мат-лы, 1998. М., 1998.
Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector