0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Наша Церковь — Украинская не потому, что не русская

Митрополит Черновицкий и Буковинский Онуфрий: «Церковь должна идти за Христом, а не за политиками»

Митрополит Онуфрий ― постоянный член Священного синода УПЦ МП, глава Канонической комиссии при синоде ― сегодня один из самых авторитетных архиереев Украинской Православной Церкви. Он известен также как твердый противник раскола: его выступление на так называемом Харьковском Соборе 1992 года стало решающим для сохранения канонической Церкви на Украине. Богатый опыт церковной, монашеской жизни, архиерейского служения сделали Митрополита Онуфрия одним из самых почитаемых и любимых архипастырей на украинской земле.

─ Владыка, Ваше архипастырское служение проходит в том крае, где Вы родились и выросли. Край это сложный, многонациональный, приграничный. Какие изменения в нем произошли за последние, не самые, может быть, благополучные в межнациональных отношениях годы?

─ Область, в которой я несу послушание епископа, называется Черновицкой. Это действительно многонациональная область, где живет много румын, молдаван, русских, есть здесь грузины и поляки, а сейчас еще прибавились и выходцы из Средней Азии. Но традиционно все населяющие наш край народности уживались мирно. Сейчас действительно время такое, когда культивируется национализм, но Черновицкую область, слава Богу, не раскачали этим национализмом, и люди продолжают по-прежнему жить в согласии, мире, терпении друг к другу.

─ Если сравнивать с другими областями Украины или России, это церковный край?

─ Да, безусловно, это край, где много верующих людей.

─ Так было и в советские годы?

─ Даже в советское время, когда верующим приходилось «прятаться» от властей, здесь всё равно было много храмов по сравнению с другими областями, Еще при Советах тут служило одновременно до 150 священников. А сейчас в нашей епархии 400 приходов при том, что население в области порядка 960 тысяч.

― При той очень непростой политической ситуации, которая сложилась на Украине сейчас, насколько Православной Церкви удается сохранять самостоятельность своей позиции, суждений?

─ Это дается совсем непросто… В основном те люди, которые ходили в церковь при атеистическом режиме, сегодня являются преданными чадами Церкви, противниками вмешательства политиков в церковную жизнь, они стоят за единство святой Русской Православной Церкви. Из тех, кто пришел в Церковь уже гораздо позже, когда настало время свободы, многие тоже стали верными чадами Церкви, но некоторые еще не имеют достаточного понимания церковной миссии, того, что собственно есть Церковь.

─ То есть можно сказать, что в значительной степени проблемы церковной жизни на Украине связаны с теми, кого можно назвать новообращенными?

─ Можно так сказать, потому что они меньше понимают и любят Церковь. Они думают, что это человеческая организация, которой можно манипулировать. Нет ясного понимания, что Церковь имеет свои законы, свои правила и свою Главу. Церковь имеет главой Христа, и она должна идти за Христом, а не за политиками.

─ Владыка, к сожалению, ни для кого не секрет, что сейчас ведется очень много разговоров о потенциальной возможности отпадения Украинской Церкви от Московского Патриархата. Насколько это, с Вашей точки зрения, реально? И если, не дай Бог, отпадение все же произойдет, то каковы будут его последствия?

─ Я убежден, что у нас нет никаких духовных аргументов в пользу того, чтобы отсоединяться от Московского Патриархата. Самая главная миссия Церкви ― это спасение человеческих душ. В нашей Церкви ― в Русской Православной Церкви ― эта благодать спасения по сей день существует. Чего еще можно большего искать в Церкви? Те люди, которые ищут своего в Церкви, а не Божиего,― они хотят отделения. Если оно совершится, то это будет против воли Божией. Если это произойдет, то я думаю, что на Украине Православие будет в очень большой опасности, и я даже уверен, что оно будет уничтожено.

─ Уничтожено или реформировано?

─ Можно назвать по-разному. Были ведь уже случаи попыток образования самостоятельной Церкви на Украине, и даже не одна, а несколько. И ни к чему доброму это не приводило. Почему? ― Не знаю: духа ли у нас не хватает, или же есть о нас какое-то Божие определение, против которого нельзя идти… А определение это, я думаю, такое, чтобы мы были дети одного князя Владимира, чтобы мы были вместе. А где эти дети живут ― на Украине, или в России, или в Белоруссии ― неважно.

─ А насколько сильны сегодня на Украине те люди, которые ищут в Церкви своего, а не Божьего?

─ В основном это люди, находящиеся при власти, имеющие административные рычаги в своих руках и использующие эти рычаги для того, чтобы Церковь разорить, причем разоряют Церковь через расколы: один раскол, второй, третий… Не все, конечно, политики на Украине действуют именно так, но таких достаточно.

─ И как преодолеть эту новую угрозу раскола на Украине?

─ Преодолеть? Она не преодолевается, надо просто твердо стоять в своей вере и исповедовать истину. У них свои цели, задачи ― расколоть, а наша задача ― сохранить Церковь единой канонической.

─ Сейчас по-прежнему, невзирая на решения Архиерейского Собора, актуальной остается проблема, скажем так, Епископа Диомида. Но, конечно, эту проблему невозможно свести к личности только лишь одного человека, одного архиерея, она гораздо шире. В чем, на Ваш взгляд, причина того, что значительная часть людей откликается на воззвания, письма, призывы, подобные тем, что раздавались до недавнего времени с Чукотки?

─ Церковь ― это организм, который оживотворяет, возглавляет и содержит Христос. Против Церкви всегда воюет дьявол. И он старается от Церкви оторвать людей под любыми предлогами: кого через политику, кого через экономику, а кого-то пытается оторвать даже через ревность по Бозе. Есть люди, ревнующие по Бозе, но может немножко у них разума не хватает, рассудительности. Апостол Павел по чрезмерной ревности гнал христиан, так что и Владыка Диомид в данном случае, он как раз является орудием тех сил, которые хотят отторгать людей от Церкви через непомерную, неразумную его ревность.

Отторгают от Церкви по причине ИНН, новых паспортов, каких-то карточек банкоматных, ― дьявол всё использует, весь арсенал соблазнов, который он имеет, чтобы человека сбить с толку и оторвать от Церкви.

─ Делается много прогнозов относительно того, как будет праздноваться в Киеве 1020-летие Крещения Руси, в частности, высказывается предположение о том, что состоится встреча главы Украинской Православной Церкви и лжепатриарха Филарета…

─ Состоится ли на празднования 1020-летия Крещения Руси официальная встреча нашего предстоятеля, который возглавляет Православную Церковь на Украине, митрополита Владимира с раскольником? Нет, этого не будет. Если идет речь о воссоединении, то здесь наша позиция такая: у нас двери открыты, мы не имеем права их закрывать, но эти двери являются дверями покаяния. Может произойти присоединение отпадших через покаяние, через исправление тех ошибок, которые они сделали, тех канонов, которые они нарушили. У нас такой принцип: мы можем говорить о соединении православных верующих только на основе канонов святой Православной Церкви.

─ Сегодня на Украине человеку, не очень хорошо понимающему все тонкости современных церковных отношений, легко перепутать православный храм с униатским, храм, относящийся к Украинской Церкви Московского Патриархата ― с храмом раскольников. Как «обычному» человеку, живущему на Украине, только приходящему в Церковь, или же приехавшему на Украину, избежать ошибки?

─ Спросить людей, кто глава Церкви. А если некого спросить, если зашли по ошибке, послушать кого поминают. Если поминают Филарета или Мефодия Кудрякова, или папу Римского ― выйти из нее, а если Патриарха и митрополита Владимира ― остаться.

─ А как с Вашей точки зрения, есть какие-то специфические различия в церковной жизни в России и на Украине?

─ Отличия есть, может быть, в каких-то незначительных административных элементах, в решении экономических, хозяйственных вопросов, но не в вероучении. В Божественных службах ― всё то же самое.

─ Владыка, было время, когда Церковь оказалась практически полностью выключенной из общественной, тем более, политической жизни государства. Церковь тогда находилась в крайне стесненных условиях. Сегодня включение в политику, наоборот, происходит, иногда осознанное, иногда неосознанное, но, вероятно, оно тоже таит в себе какие-то опасности. Вы так не считаете?

─ Считаю. Знаете, есть такой совет у духовных отцов, что в монастыре не должно быть слишком близких, дружеских отношений, чрезмерной откровенности между братьями. Потому что, поскольку люди несовершенны, иногда эти близкие, откровенные отношения, то, что они там друг другу поверяют какие-то тайны сердечные, враг потом может употребить и обернуть так, что эти же самые люди станут непримиримыми врагами. Такое бывало и может быть и в Церкви, и в государстве: и там, и там люди несовершенны. И такое чересчур близкое соединение может в результате обернуться взаимной ненавистью. Дай Бог, чтобы такого не было.

─ Владыка, у Вас в епархии, Вы сказали, где-то около миллиона всего жителей, и при этом ― 400 приходов и порядка 500 монашествующих. Это очень много…

─ Обуславливается это во многом тем, что советская власть в России установилась с 1917-го года, а у нас на Буковине ― с 1946-го. И таких гонений, таких жестоких разрушений, которые пережила Россия, там не было. Я думаю, что это один из основных факторов.

Читать еще:  Лев Толстой, девочка с персиками и еще 7 жертв пневмонии

─ То есть всё-таки традиции церковной и монашеской жизни там сохранились в большей степени, чем в России, точнее, в меньшей степени были уничтожены?

─ Да. Ведь здесь не было такого уничтожения монашества, священства, верующих, как в России. По крайней мере, именно в Черновицкой области, потому что другие области, которые были под Советским Союзом с самого начала, претерпевали то же.

─ Если говорить о ситуации с монастырями, то, к сожалению, часто в России бывает так, что когда устраивают новую обитель или же возрождается существовавшая ранее, то просто не оказывается опытного наместника, опытного духовника, которые могли бы правильным образом организовать жизнь в этом монастыре, и потому зачастую становление нового братства бывает очень трудным, мучительным.

─ Это общая проблема. И у нас такие же проблемы, такие же монастыри. И у нас тоже все молодые монахи, прервана традиция монашеского жития и поставлены наместниками, игуменами молодые монахи. И они учатся, как жить, и стараются учить, как жить, свою братию. Человек духовно учится ходить сам, и другого тоже учит ходить. Но, конечно, очень важно для монастыря, какой настоятель. Это как ядро, если оно будет здоровое, то вокруг него и здоровый организм образуется, а если больное, может организм сложиться, а изнутри будет гнить, слабый будет, хилый.

Все за сегодня

Политика

Экономика

Наука

Война и ВПК

Общество

ИноБлоги

Подкасты

Мультимедиа

Общество

Вести.ua (Украина): фамилия Порошенко попала в Томос, а вот про украинского патриарха там ни слова

Вселенский патриарх Варфоломей подписал томос для Поместной церкви Украины. Текст в украинском переводе опубликовал на своей странице в Twitter посол Украины в Турции Андрей Сибиха.

Судя по тексту, есть хорошие новости и плохие. Хорошая новость в том, что Украина действительно получила автокефалию — Поместная церковь, наследница Киевского патриархата — теперь признана, по крайней мере, Вселенским патриархатом, то есть, самой влиятельной православной церковью.

Правда, есть парадокс. Поместную церковь Вселенский патриарх называет Святейшей Церковью Украины — название вряд ли приживется, потому что аббревиатура получается СЦУ. Что конечно же несущественная деталь.

Теперь плохие новости: собственно автокефалии, то есть, самоуправления, новая Поместная церковь получила мало. Украинского патриарха, судя по тексту томоса, не будет. Также Поместная церковь лишена права создавать парафии за границей, а это значит, что украинцы — как заробитчане, так и представители диаспоры — не смогут посещать ее вдали от дома.

Заграничные приходы бывших УАПЦ и УПЦ-КП перейдут в прямое подчинение Константинопольскому патриархату. Для церкви — это потеря не только имиджевая, но и финансовая, поскольку диаспора собирала значительные пожертвования. В тексте томоса по этому поводу говорится: «Святейшая церковь Украины», как таковая, что своей кафедрой имеет исторический город Киев, не может ставить епископов или создавать парафии за границами государства, уже существующие теперь подчиняются, в соответствии с порядком, Вселенскому Престолу, который имеет канонические полномочия в Диаспоре, потому что юрисдикция этой церкви ограничивается территорией Украинского Государства«.

Контекст

Гуаньча: как США раскололи православную церковь

В Белоруссии ПЦУ признали раскольниками

Le Figaro: пакт ООН по миграции вызывает раскол в Европе

Кроме того, Константинопольский патриархат предоставил себе права жесткого контроля за решениями Поместной церкви. Причем, реализуется это сразу через несколько механизмов.

Так, хотя права на принятия внутренних решений принадлежат митрополиту Киевскому и Священному Синоду ПЦУ, Вселенский патриархат назначил себя апелляционной инстанцией, в которую могут обращаться любые священники ПЦУ, несогласные с решением руководства автокефальной церкви. Причем, решения Вселенского патриарха по отношению к автокефальной церкви обжалованию не подлежат. «Сохраняется право всех архиереев и другого духовенства на апелляционное обращение к Вселенскому Патриарху, который имеет каноническую ответственность принимать безапелляционные судебные решения для епископов и другого духовенства», — записано в томосе. Фактически это означает, что любое решение ПЦУ Вселенский патриарх может отменить — и всего лишь для этого потребуется, чтобы один из священников направил ему жалобу.

Второй механизм в том, что Киевский митрополит обязан согласовывать с Вселенским патриархом свои решения, о чем также имеется неконкретная (и потому удобная Фанару) запись в томосе. «Для решения значительных вопросов церковного, догматического и канонического характера следует Блаженнейшему митрополиту Киевскому и Всея Украины, от имени Священного Синода своей церкви обращаться к нашему Святейшему Патриаршему и Вселенскому Престолу, желая от него авторитетного мнения и твердого взаимопонимания, причем права Вселенского Престола на Экзархат в Украине и священные ставропигии остаются неуменьшенными», — говорится в документе. Какие именно вопросы являются «значительными» — не уточняется. И это по сути позволяет Вселенскому патириархату вмешиваться в любые вопросы.

Получается, автокефалия Поместной церкви Украины значительно уже, чем автокефалия Украинской православной церкви от Московского патриархата. Так, предстоятель УПЦ — митрополит Киевский автоматически входит в Священный Синод Русской православной церкви, то есть, может влиять на решения вышестоящей по отношению к УПЦ инстанции «изнутри», тогда как в томосе для ПЦУ ничего подобного не значится. Также Московская патриархия не претендует на право оспаривать решения Священного Синода УПЦ или Киевского митрополита. Предстоятель УПЦ МП избирается пожизненно епископатом УПЦ — а вовсе не «назначается из Москвы», как заявляли некоторые политики. Также и право суда над предстоятелем УПЦ отдано не Московской патриархии, а Собору епископов УПЦ.

Во всем этом есть существенный парадокс. Движение за создание ПЦУ начиналось именно с того, чтобы получить «по-настоящему независимую церковь». В итоге вышло с точностью до наоборот. Зависимость новой церкви от Стамбула гораздо больше, чем УПЦ — от Москвы.

Впрочем, для «отцов-основателей» новой церкви — это несущественный момент. Например, Петр Порошенко, приложивший массу усилий для реализации проекта ПЦУ, должен быть полностью удовлетворен. В тексте томоса для новой церкви вписана его фамилия. В самом конце документа значится: «Выдается этот Патриарший и Синодальный Томос, написанный в Кодексе нашей Великой Христовой Константинопольской Церкви, врученный в точной и идентичной копии Блаженнейшему Предстоятелю Святейшей Церкви Украины Епифанию и Его Высокопревосходительству Президенту страны пану Петру Порошенко, для вечного и постоянного представления».

Еще один нюанс. Пока что ПЦУ остается непризнанной церковью в православном мире. Ее признала лишь Константинопольская церковь — но она «первая среди равных». Это означает, что с получения томоса начнется процесс признания новой церкви ее «сестрами» — и он может растянуться на десятилетия. Хотя стоит отметить, что авторитет Вселенского патриархата достаточно высок, и следует ждать, что в ближайшее время будут признания и со стороны других церквей. Тем не менее, будут и заминки. Не говоря даже о Русской православной церкви, проблемы с признанием вероятны у Антиохийского и Иерусалимского патриархатов (две из четырех «основных» православных церкви), что, впрочем, для простого верующего конечно же особого значения не имеет.

А вот что имеет значение, так это политические последствия томоса. Президент Украины получил, что хотел — и теперь постарается вписать томос в свою предвыборную кампанию. Если говорить начистоту, то степень зависимости новой церкви от Константинополя будет мешать даже не ему — а скорее его технологам, поскольку будет проблематично интерпретировать случившееся, как «величайшее достижение»: нет ни патриарха, ни реального самоуправления; с учетом истории с иностранными приходами, новая церковь больше потеряла, чем приобрела. Однако все можно вывернуть и в «правильном русле».

Второй политический аспект, вытекающий из первого, в том, что сейчас открыта дорога для захвата храмов и приходов Украинской православной церкви — и насильственного их перевода в новую религиозную структуру. Вопрос даже не в том, инициирует ли президент обострение религиозного противостояния. Вопрос в том, сумеет ли он его остановить. Ведь в случае жесткого противостояния между разными православными церквями, все свои баллы в глазах избирателя он может моментально растерять.

Ну, и наконец, интересно понять, как усилия главы государства скажутся на его рейтинге, который сейчас далек от идеального. Ответ на этот вопрос можно будет узнать примерно через месяц, когда будут готовы очередные замеры социологов. Тогда и станет понятно, что именно получил глава государства — путевку на второй срок или сувенир — в виде винтажного свитка, куда на греческом языке вписана фамилия Порошенко.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Если нападут националисты, Русская церковь на Украине не продержится и часа

На богатейшие монастыри украинские православные раскольники заглядываются давно. Фото: Арина СУВОРОВА

— Нам есть, что терять, — в один голос твердят православные священники и смиренно добавляют. — Но монах должен претерпеть изгнание.

Они говорят об одном — угрозе захвата главных православных святынь Украины. Трех лавр: Киево-Печерской, Почаевской в Тернопольской области и Святогорской лавры в 160 километрах от Донецка.

ЧТО ИМ НУЖНО

На богатейшие монастыри украинские православные раскольники заглядываются давно. И слух пускали, что якобы Московский патриархат выступает против создания автокефальной (самостоятельной) церкви на Украине, потому что боится потерять источник финансирования. Но еще в 1991 году украинская православная церковь получила от Московского патриархата томос (разрешение) на проведение независимой административной и финансовой деятельности. Раскольники объявляли, что раз Константинопольский патриархат запустил процесс создания автокефальной церкви на Украине, то лавры теперь принадлежат не Московскому патриархату, а самопровозглашенному Киевскому. Слыша такие заявления, иерархи канонической церкви на Украине лишь отмахивались — мало ли, что говорит раскольник Филарет.

ЗАХВАТ ЛАВРЫ УЖЕ БЫЛ

— Атаку мы ждем последние четыре года, — честно признается один из семинаристов. Молодой человек учится в Киевской духовной академии, что располагается на территории Киево-Печерской лавры. — Сколько раз просили прихожан прийти на защиту обители. Они приходят, но с каждым разом все меньше и меньше. Люди перестают верить, думают, что и в этот раз все обойдется, раз до этого не было никаких нападений. Как в сказке про мальчика, который кричал «волки-волки». А когда появились волки, ему никто не поверил и не пришел на помощь.

Читать еще:  “Медсестры брали меня за руку и вели к ребенку”

Чтобы захватить Киево-Печерскую лавру, хватит 10 минут. По мнению священнослужителей, для того, чтобы обитель перешла под управление раскольников, достаточно взять под контроль несколько административных корпусов и резиденцию митрополита. И поверьте, лавра падет.

На ее защиту встанут только прихожане, а среди них в основном — старики, женщины и дети. Что они сделают против хорошо подготовленных бойцов-националистов?

Так и произошло в 1992 году, когда отряд УНСО (организация Украинской националистической самообороны, запрещена в РФ ) захватил на время Киевскую лавру.

— Филарет обратился к УНСО с призывом атаковать монастырь и захватить резиденцию митрополита, — вспоминает бывший исполняющий обязанности наместника Киево-Печерской лавры архимандрит Ахила. — В семь вечера через стены лавры перемахнуло около 80 человек с железными прутьями, дубинками, оружием. Побили прихожан, монахов, вынесли двери. Потом приехала милиция. Всех задержали, но спустя несколько часов отпустили.

— А если государство просто передаст лавры раскольникам? — уточняю у архимандрита.

— Юридически все возможно, — соглашается отец Ахила.

Отец Ахила застал еще первый захват Киево-Печерской лавры в 1992 году. Фото: Арина СУВОРОВА

ОПЛОТ РУССКОГО МИРА

О Почаевской лавре всегда говорят с придыханием.

— Словами не передать, это надо видеть, — шептали мои украинские знакомые, которых сложно упрекнуть в религиозности. — И не бойся, что там одни западенцы, в монастырь едут сотни паломников, так что тебя, москальку, никто пальцем не тронет.

От Киева до Почаева — семь часов на автобусе. Огромный монастырь-крепость кажется неприступным из-за своих стен и усиленной в последнее время неразговорчивой охраны.

— Проверяли, — вздыхает музейный сотрудник лавры Елена, проводившая мне экскурсию. — Монастырь может держать оборону 70 минут.

— Сложно представить тех, кто посягнет на такую махину, — замечаю я и уже шепотом добавляю. — Хотя на Западной Украине совсем другие настроения, чем в Киеве. У вас же тут сплошные националисты и противники русского мира.

— Идейных тут хватает, — соглашается Елена. — Но за всеми ними стоят те, кто знает и закон, и толк в выгоде. Почему на Западной Украине больше всего случаев захватов храмов? Ответ кроется не столько в националистах, сколько в неправильном оформлении документов. Представьте, в 90-е годы в селе построили храм с нарушением законов. Церковь находится на балансе села, а по правилам должна принадлежать общине. Священники могут десятилетиями служить и не удосуживаться переоформить документы. И как только вскрывается факт неправильного оформления документов и появляется возможность этот храм присвоить представителям раскольников, то на место быстро высылают радикалов, которые решают вопрос силовым методом. При этом все по закону!

О монастыре со мной соглашается поговорить священнослужитель, который на протяжении нескольких лет имел непосредственное отношение к Почаеву. Он достаточно известен в поместной церкви, поэтому просит сохранить его имя в тайне.

— Все твердят, что здесь идет борьба за русский мир, — говорит священник. — Едва ли. Он тут не при чем. Здесь играет роль монашеская братия, большинство из них — молдаване. Об этом не принято говорить, но Почаевская лавра уже давно является перевалочной базой контрабандного молдавского вина. Его отсюда развозят по всей Украине и в том числе в Россию, потому что в русских монастырях также очень много молдавских монахов.

Монахи Киево-Печерской лавры ждут захвата уже несколько лет. Единственные защитники монастыря — это дети, женщины и старики. Справятся ли? Фото: Арина СУВОРОВА

— Выходит, администрация города в курсе этого?

— Думаю, да. Без ведома наместника лавры митрополита Владимира ничто в городе не решается. А в случае с контрабандным вино речь идет о больших деньгах. Поэтому здесь говорить о русском мире не приходится. Впрочем для местных жителей ситуация выглядит совсем иначе. И для них конфликт кроется в другом. Монахи-молдаване подходят к служению весьма формально. Представляете, как реагируют местные жители, которые с детства ходят сюда в монастырь, когда им предъявляют: а вы какого патриархата? А вы где крестились? Почему юбка короткая? А нужно объяснять прихожанам, почему Киевский патриархат — это плохо, почему они раскольники.…

В самом Почаеве слышна в основном русская речь, изредка суржик. Здесь перемешались все национальности — русские, украинцы, белорусы, молдаване. Женщины в основном ходят в платках и длинных юбках. Часть населения (в городе проживает около 8 тысяч человек) работает в лавре или туристическом секторе. Каждый день в обитель стекаются сотни паломников, которые живут на территории монастыря по несколько недель. Дух канонической православной церкви здесь крепок и нерушим.

— В Почаеве сильно разнятся настроения и мысли о судьбе православной церкви на Украине, — продолжает священник. — Большинство местного населения — люди глубоко верующие, но есть и те, кто настроен радикально. В основном, это молодежь. Но этого достаточно, чтобы подогревать ситуацию. Люди выступают против Почаевской лавры, которая превратила служение, по сути, в бизнес, против высоких цен на церковные требы. Киевский патриархат пользуется этим и настраивает местное население против лавры, говоря, что цены высокие потому, что монахи деньги отправляют в Москву. Им ведь никто не объясняет, что это ложь.

НА ГРАНИЦЕ С ВОЙНОЙ

Поездка в Святогорскую лавру оказалась намного сложнее и опаснее, чем на Западную Украину. Монастырь находится в Донецкой области, в 30 километрах от Славянска, хорошо известного всем своими боями в 2014 году. Из-за непосредственной близости к границе с ДНР, передвижение по той части Донецкой области, что находится под контролем Киева, достаточно проблематичное.

Двоюродная сестра Лиза предложила ехать в лавру из Харькова на машине.

Расположенную в Святогорске лавру майданные революционеры решили захватить однозначно. Фото: Арина СУВОРОВА

— 170 км. Будь готова, что по пути будет три блокпоста. Два ерундовых, на них не останавливают, и один — на границе Харьковской и Донецкой области — главный. Там проверяют документы и досматривают все машины. К женщинам относятся мягко, достаточно показать водительские права, а вот с мужчин спрос серьезный. Их выводят, пробивают по базам, вносят в списки и отпускают, если все в порядке.

— А как быть мне с российским паспортом?

— Просто не показывай. Кто пристанет к двум девочкам, которые едут в монастырь?! — заверяет сестра.

Однако все было против того, чтобы я ехала в Святогорскую лавру, и на утро Лиза сказала, что мне придется ехать одной. Памятуя о своей поездке в Почаев, я решила поехать на автобусе. Место культовое, паломников толпы. Должны же быть туристические поездки.

— Автобусов до Святогорска нет, — отрезали в кассе автовокзала.

На горе над Святогорским монастырем возвышается памятник большевику Артему. Украинские националисты пока не покушаются на него, хотя призывы снести монумент звучали неоднократно. Фото: ru.wikipedia.org

Зато выручили на железнодорожном вокзале, продав билет на проходящий поезд, шедший в Луганскую область. Таким образом я избежала проверки документов и полюбовалась на блокпосты лишь со стороны. Харьковскую и Донецкую область разделяет небольшая речушка Оскол, через нее переброшен железнодорожный мост. И на одной и на другой стороне реки стоят небольшие КПП, которые охраняются вооруженными солдатами.

Святогорск — город маленький и малонаселенный. В советское время он считался курортом, сюда в пансионаты отправляли подлечить здоровье шахтеров Донбасса. Сейчас часть санаториев пребывает в полузаброшенном состоянии, другая медленно оживает. Местные предприниматели делают ставку на самую молодую лавру на Украине, которая пользуется большой популярностью у туристов и паломников.

Националистических захватов тут не боятся — близость к России и даже отсутствие украинского говора у местного населения говорят о многом. Неоткуда здесь взяться таким настроениям, у восточных украинцев менталитет совсем другой, чем у западных. Да и воспоминания о войне еще свежи, а опасения, что начнется новый виток боевых действий накануне президентских выборов, живут в местных жителях постоянно.

— В 2014 году, когда все вокруг взрывалось и стреляло, у нас было тихо. Никаких войск, ополченцев. Беженцев было много, приехали семьи с детьми прятаться в монастыре. Из Славянска, Краматорска, Донецка, Горловки. В лавру бежали отовсюду. Люди спали в храме прямо на полу, монахи день и ночь молились. Однажды снаряд разорвался недалеко от Успенского собора, несколько человек пострадали — одной женщине кисть оторвало, мужчине осколки в ногу попали. Но это было всего один раз, поэтому все запомнили это надолго. Боев здесь не было, но город дважды освобождали непонятно от кого, правда, — рассказывает жительница Святогорска Наталья. — Ходили слухи, что якобы монахи укрывали в пещерах донецких ополченцев, которые поддерживали одного из лидеров ополчения Игоря Стрелкова. Но подтверждений этому не было, как и тому, что в городе базировались партизаны, готовившие восстание в Славянске. У нас тут полно тех, кто любит рассказывать о своих «подвигах» в 2014 году. Брешут все.

Пока во всех трех лаврах спокойно. Жизнь там идет своим чередом. Фото: Арина СУВОРОВА

ПРЕДСКАЗАНИЯ СТАРЦЕВ

Страдать будут три года

Пока во всех трех лаврах спокойно. Жизнь там идет своим чередом — паломники, таинства, молитвы и отслеживание последних новостей из Москвы, Киева и Константинополя.

— В Житомирской области был такой отец Парфений. К смерти совсем ослеп, но все отмечали его прозорливость, поэтому и ездили за советами, — рассказывает мне священнослужитель одного из киевских монастырей. — Ездил я к нему еще в начале 90-х годов. Многое, что сказал он о моей судьбе, сбылось. Но важно то, что отец Парфений предвидел те события, что наблюдаем мы сейчас. Заберут лавры — и Киевскую, и Почаевскую. Все начнется с Почаева. Захваты будут, столкновения.

— Но все будет хорошо? — спрашиваю наивно я.

— Три года придется страдать после этого, но потом все будет хорошо.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Как в Киеве празднуют духовный разрыв с Москвой

Читать еще:  У близкого горе — как справиться со своими бессилием?

Наш корреспондент передает из Украины, которая вот-вот начнет создавать свою собственную православную церковь

КИЕВУ ДО ТОМОСА

— Поздравляю, — говорю таксисту, садясь в машину у киевского аэропорта Борисполь.

— Так праздники только в выходные, — удивленно оборачивается мужчина. В примечаниях в приложении вызова такси значится: мой водитель — прекрасный собеседник. По идее, должен быть в курсе происходящего на Украине. (подробности)

КСТАТИ

Константинополь снял с главы украинских раскольников Филарета анафему: ждет ли Украину теперь и религиозная война

«КП» вместе с экспертами отвечает на наивные вопросы о кризисе во всемирном православии (подробности)

МНЕНИЕ

Роман Лункин: Украину в крови потопят раскольники

Глава центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН прокомментировал «КП» скандальные заявления президента Украины (подробности)

Еще больше материалов по теме: « Украинский кризис »

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы.

Как Россия украинский язык «запрещала»

30 мая 1876 года Александр II подписал в немецком городе Бад-Эмс, где император находился на отдыхе, указ, ограничивающий использование в печати и преподавание «малорусского наречья». Что это было?

30 мая 1876 года Александр II подписал в немецком городе Бад-Эмс, где император находился на отдыхе, указ, ограничивающий использование в печати и преподавание «малорусского наречья». Что это было?

«Запрет украинского языка» в России Александром II в 1876 году и «закрепощение» вручивших свою судьбу русским «украинцев» Екатериной II в 1783 году – два чёрных русофобских исторических мифа, которые друг друга стоят. Поскольку императрица лишь легализовала де-факто существовавшее в Южной Руси крепостное право. Оно появилось, когда Малороссией после падения польской власти управляли заделавшиеся помещиками запорожцы, во времена гетманства. Императрица заодно ликвидировала гетманство – откровенно хищническое учреждение, что принесло лишь облегчение народным массам Южной Руси. А император, рассматривавший «малорусское наречие» как пример силы и многообразия исконной Руси, также действовал фактически в интересах южнорусского населения, недовольного тем, что их колоритное наречие революционеры и поляки-сепаратисты пытаются превратить в непонятную народу «мову». Это делалось «интеллигенцией» в основном польского происхождения путём массового заимствования польских и коверканья русских слов с целью использовать создаваемый искусственный язык в антигосударственных целях, для революционной пропаганды и сепаратизма, чтобы вбить клин и посеять вражду между Малой и Великой Россией.

Эмскому указу предшествовал так называемый Валуевский циркуляр, подготовленный министром внутренних дел Валуевым в июле 1863 года. Он предназначался Киевскому, Московскому и Петербургскому цензурным комитетам, которым ставилась задача приостановить печатание учебной и религиозной литературы на «малороссийском наречии». Разрешалось печатать «только такие произведения на этом языке, которые принадлежат к области изящной литературы».

Политические причины

Этот циркуляр появился в разгар польского восстания 1863-1864 годов, которое едва не привело к войне половины европейских стран против России. В самом документе честно признаётся, что эту меры диктуют «обстоятельства сугубо политические», поскольку «под предлогом распространения грамотности и просвещения» имеет место попытка осуществления «сепаратистских замыслов». Тем более что особый малороссийский язык не нужен, его «не было, нет и быть не может, а наречие, употребляемое простонародьем, есть тот же русский язык, испорченный влиянием на него Польши…».

Бад-Эмс в XIX веке был популярным в России курортом, где не раз отдыхал и работал Александр II. Фото: www.globallookpress.com

Подписанию императорского указа предшествовало серьёзное государственное изучение вопроса. Созданное для его окончательного решения императором в 1875 году Особое совещание тоже озаботилось не тем, чтобы жители Южной Руси перестали говорить в быту на своём милом наречии, а появлением переводов и печатанием учебников и молитвенников на малорусском языке. И не только потому, что «украинские просветители» хотят ««вольной Украины в форме республики, с гетьманом во главе», как это сформулировал помощник попечителя Киевского учебного округа Юзефович.

Как Россия развивала «украинский язык»

В середине XIX века российское правительство озаботилось развитием системы начального образования для крестьян. Возник вопрос, на каком языке будет правильным вести такое обучение «в тех местностях, где родной язык не есть язык великороссийский». Специальный комитет, рассматривавший эту проблему в 1861 году, перед отменой крепостного права, постановил, что первые два года обучение необходимо вести на местных языках, в связи с чем встал вопрос, на чём говорят в Южной Руси. Это что, наречие или уже фактически самостоятельный язык? Ни о какой дискриминации его не было речи – центрами «украинского» книгопечатания были Москва и Санкт-Петербург. Мало того, до польского восстания 1863-1864 годов российское правительство весьма благожелательно относилось к «украинской» словесности – в ней видели разновидность общерусской, её дополняющую.

Император Александр II не запрещал «украинского языка», потому что его и не было. Фото: www.globallookpress.com

Так, первая «Грамматика малороссийского наречия», составленная великоруссом Павловским, вышла в свет в Санкт-Петербурге в 1818 году. Первый сборник старинных малороссийских песен, составленный кн. Цертелевым, был напечатан в 1812 году в Петербурге. «Малороссийские песни», собранные Максимовичем, были изданы в Москве в 1827 году. В 1834 году там же вышло и их второе издание. Певец идеализированной запорожской вольницы – поэт средней руки Тарас Шевченко, ставший русофобом в обмен на поддержку и пиар со стороны революционеров и ненавидевшей «царизм» «прогрессивной общественности», также начинал свою литературную карьеру в российской столице…

Что касается церковной литературы, то она появилась в империи на русском языке лишь в 1859 году – до этого церковные книги печатались на старославянском. Полный текст Священного Писания на русском языке вышел лишь в 1876 году. Предпринимались попытки печатать религиозную литературу и правительственные распоряжения для крестьян и на малороссийском наречии. Опыт оказался неудачным.

«Хай дуфае Сруль на Пана»…

Вот что пишет об этом в своей программной книге «Происхождение украинского сепаратизма» русский историк Николай Ульянов:

В 1861 г. возникла идея печатания официальных государственных документов по-малороссийски, и первым таким опытом должен был быть манифест 19 февраля об освобождении крестьян. Инициатива исходила от П. Кулиша и была положительно встречена на верхах. 15 марта 1861 г. последовало высочайшее разрешение на перевод. Но когда перевод был сделан и через месяц представлен на утверждение Государственного Совета, его не сочли возможным принять. Кулиш ещё до этого имел скандальный случай перевода Библии с его знаменитым «Хай дуфае Сруль на Пана» (Да уповает Израиль на Господа). Теперь, при переводе манифеста, сказалось полное отсутствие в малороссийском языке государственно-политической терминологии. Украинофильской элите пришлось спешно её сочинять. Сочиняли путём введения полонизмов или коверканья русских слов. В результате получилось не только языковое уродство, но и совсем непонятный малороссийскому крестьянину текст, по крайней мере менее понятный, чем обычный русский. Напечатанный впоследствии в «Киевской Старине», он служил материалом для юмористики.

Поэт Тарас Шевченко начинал своё литературное творчество в Санкт-Петербурге и своей славой обязан революционерам: Россию, где ему стоит столько памятников, они ненавидели вместе. Фото: www.globallookpress.com

Тем не менее даже после такого скандала планировалось ввести в народных школах Малороссии преподавание на местном наречии, и, «по всей вероятности, проект этот был бы утвержден, если бы не начавшееся польское восстание, встревожившее правительство и общественные круги». Что изменилось? А то, что, как выяснилось, повстанцы делали ставку на малороссийский сепаратизм и на разжигание крестьянских аграрных волнений на юге России посредством агитационных брошюр и прокламаций на простонародном наречии, а «украинофилы» охотно сотрудничали с поляками на почве распространения таких брошюр. «Найденные при обысках у польских главарей бумаги обнаружили прямые связи украинских националистов с восстанием», – констатирует Ульянов.

Напрашивается очень вольное сравнение судьбы «украинской мовы» с интернетом в другую эпоху, который в различных странах становится объектом ограничений из-за того, что некие ушлые господа сделали его средством успешных «оранжевых революций» и манипулирования обществом.

Это так страшно?

Давайте теперь под этим углом и посмотрим на конкретное содержание Эмского указа, имея в виду, что Россия – не Германия и что законы в ней не всегда исполнялись. Итак, Александр II запретил ввозить на территорию Российской империи из-за границы книги на «мове» без специального разрешения. А книги на русском без разрешения можно было завозить? Конечно нет. Запрещалось издавать произведения и делать переводы с иностранных языков. Исключение делалось для «исторических документов и памятников», «произведений изящной словесности». Наличие столь многочисленных изъятий из указа делало этот запрет крайне узким и по сути формальным. Что касается цензуры, то она была в России везде. Оказались вне закона украинские театральные представления – этот запрет продержался, однако, лишь до 1881 года. Запрещались концерты с «украинскими» песнями, преподавание на «мове», чего ещё не было, в начальных школах. Под влиянием указа удалили некоторых, но далеко не всех профессоров-украинофилов из университетов. Хотя формально и официально все ограничения украинской печати отпали только в 1905 году, фактически они не соблюдались с самого начала, особенно в Киеве.

Как заметил в этой связи Ульянов, Эмский указ для украинского движения «оказался манной небесной», поскольку, «не причиняя никакого реального ущерба, давал ему долгожданный венец мученичества». Мало того, он даже способствовал литературному оживлению в Южной Руси: в период действия Эмского указа были напечатаны многие произведения Тараса Шевченко, Леси Украинки, других региональных писателей и поэтов. Петь малороссы тоже не перестали. Они процветали в бурно развивающейся Российской империи, будучи одной из державных частей триединого русского народа, в связи с чем агрессивное украинство, адептов которого почти не осталось в России, ретировалось в австрийскую Галицию. Там его развитием занялись австро-венгерские и германские спецслужбы, а также – на свою голову – поляки, чтобы использовать против России. Но это уже другая история.

Что же касается нашей темы, то совершенно очевидно, что «украинского языка» в Российской империи, как видим, никто не запрещал, хотя бы потому, что его вообще не было. А задним числом можно придумать всё что угодно, чем сейчас и занимаются на Украине, продолжая худшие традиции СССР.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector