0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Какие слезы сделают для нас ближе мир Христов

Слезы Иисуса

Ин. 11: 35 является одним из самых коротких стихов Библии. Всего два слова: «Иисус прослезился». Стих короткий, но читать его нужно медленно. Всего два слова, но каждое драгоценно.

Апостол Иоанн в первых строках своего Евангелия пишет, что «Слово стало плотью» (Ин. 1: 14). Он продолжает свидетельствовать об этом и здесь, передавая события воскрешения праведного Лазаря. Иисус прослезился, а значит воистину Сын Божий стал Сыном Человеческим, во всем, кроме греха, подобным нам. В том числе и умением плакать.

«Иисус прослезился». Эти два слова показывают, что Бог устраивал спасение людей не холодно и равнодушно, не потому, что был вынужден, должен, а потому, что горячо этого желал. Слезы Христа вскрывают внутренний мир Господа: Он любит Свое творение, Он скорбит о том, что смерть уродует людей, разлучает их друг от друга, вносит в мир тревогу и тоску, лишает счастья.

Слезы Иисуса напоминают, что Бог не отстранен от мира, что Он не безразличный Абсолют, как думали греки. Их монотеистическая философия описывала Бога полностью бесстрастным Существом. Справедливо полагая, что Бог всесовершенен, они делали вывод, что Он никак не может меняться. Ни в чем. Ведь любая перемена, в таком случае, означает отклонение от Идеала. К переменам философы относили и чувства. Чувствующий Бог есть Бог, страдающий от чувств, значит, думали греки, уже не Бог.

Так вот, Иисусовы слезы показывают, что Бог не умещается в рамках человеческих умозаключений. Он все-таки любит нас, сострадает нам, переживает за нас с глубоко личностной, отеческой заинтересованностью, оставаясь совершенным Богом, всесильным и всемогущим.

Лучшие из мужчин плакали. Плакал и Лучший из лучших

Не говорите своим разревевшимся детишкам-мальчишкам: мужчины никогда не плачут. Это неправда. Лучшие из мужчин плакали. Плакал и Лучший из лучших.

Иисусовы слезы учат нас не стесняться плакать. Если Христос не стеснялся, тем более не будем стесняться и мы. Лишь бы и наши слезы были всегда такими же чистыми, благородными, сострадательными. Такой плач Богу приятен. Но есть и слезы зависти, ненависти, непрощенных обид, зеленой тоски, пьяных откровений. Такие слезы ничего общего не имеют со слезами Иисуса. Нам они не нужны.

Слезы Христа говорят о том, что Бог хочет сострадать нам в полной мере. Ему недостаточно было оплакивать нашу беду с Небес. Нет, Он сошел к нам, вошел в толпу плачущих и плакал с ними, подавая пример, устанавливая заповедь, которую впоследствии облечет в словесную форму апостол Павел (см.: Рим. 12: 15).

А еще можно предположить, что, обозрев похоронную обстановку, увидев людское горе, Спаситель Своим Божественным умом перенесся в будущее, когда и Его пречистое тело, убиенное иудейской злобою, будет положено во гроб, а Его ученики и ученицы будут убиты горем. Возможно, Его слезы были и об этом.

Деяния Господа Христа простираются в века. Плача с Марфой и Марией у гроба Лазаря, Он плачет и с нами на похоронах наших родных и близких. Мы не одиноки, как бы ни пытался диавол внушить нам обратное. Однако есть «время плакать и время смеяться» (Еккл. 3: 4). Господь воскрешает Лазаря и утирает Свои и наши слезы. Ведь хорошо то, что хорошо кончается. И с нами всё будет хорошо: и наших близких Он воскресит. И нас тоже.

Мир Божий (Мир Христов)

Благодатный мир Христов, которым подвижник вводится в чистую молитву, совершенно отличен от обыкновенного спокойного приятного расположения человеков: вселившись в сердце, он оковывает возмутительные движения страстей, отъемлет страх не удалением страшного, но блаженным доблестным состоянием о Христе, при котором страшное не страшно, как Господь сказал: «мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается» ( Ин. 14, 27 ). В мире Христовом сокровенно жительствует такая духовная сила, что он попирает ею всякую земную скорбь и напасть. Эта сила заимствуется из Самого Христа: «Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир» ( Ин. 16, 33 ). Призываемый сердечной молитвой, Христос ниспосылает в сердце духовную силу, называемую миром Христовым, не постижимую умом, не выразимую словом, непостижимо постигаемую одним блаженным опытом. «Мир Божий,» – говорит апостол христианам, – «который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе» ( Флп. 4, 7 ). Такова сила мира Христова. Он – превыше всякого ума. Это значит – он превыше всякого ума созданных, и ума человеческого, и ума Ангелов света, и ума ангелов падших. Он, как действие Божие, властительски, Божественно распоряжается помышлениями и чувствованиями сердечными. При появлении его отбегают все помышления демонские и зависящие от них ощущения, а помышления человеческие вместе с сердцем поступают под его всесвятое управление и водительство. С этой поры он делается царем их и соблюдает их, то есть хранит неприкосновенными для греха во Христе Иисусе. Это значит – он содержит помышления неисходно в евангельском учении, просвещает ум таинственным истолкованием этого учения, а сердце питает хлебом насущным, сходящим с неба и дающим жизнь всем, причащающимся его (см. Ин. 6, 33 ). Святой мир при обильном действии своем наводит молчание на ум и к блаженному вкушению себя влечет и душу, и тело.

Читать еще:  Как определить, что ваше отношение к еде — нездоровое?

Действие мира Христова в человеке есть признак пребывания его в заповедях Христовых, вне заблуждения и самообольщения; напротив, смущение, самое тончайшее, какими бы оно ни прикрывалось оправданиями, служит верным признаком уклонения с тесного пути Христова на путь широкий, ведущий в погибель. Не осуждай ни нечестивого, ни явного злодея: «перед своим Господом стоит он, или падает» ( Рим. 14, 4 ). Не возненавидь ни клеветника твоего, ни ругателя, ни грабителя, ни убийцы: они распинают тебя одесную Господа по непостижимому устроению судеб Божиих, чтобы ты от сердечного сознания и убеждения мог сказать в молитве твоей Господу: «Достойное по делам приемлю, помяни меня, Господи, в Царстве Твоем». Уразумей из попускаемых тебе скорбей твое несказанное благополучие, твое избрание Богом и помолись теплейшей молитвой о тех благодетелях твоих, посредством которых доставляется тебе благополучие, руками которых ты отторгаешься от мира и умерщвляешься для него, руками которых ты возносишься к Богу. Ощути к ним милость по подобию той милости, которую ощущает к несчастному, утопающему в грехах человечеству Бог, Который предал Сына Своего в искупительную жертву за враждебное Создателю создание, ведая, что это создание в большинстве своем посмеется и этой Жертве, пренебрежет ею. Такая милость, простирающаяся до любви к врагам, изливающаяся в слезных молитвах о них, приводит к опытному познанию Истины. Истина есть Слово Божие, Евангелие, Истина есть Христос. Познание Истины вводит в душу Божественную правду, изгнав из души падшую и оскверненную грехом правду человеческую: вшествие свое в душу Божественная правда свидетельствует Христовым миром. Мир Христов делает человека и храмом, и священником Бога живого: «в мире место Его» (Божие) «и жилище Его» – «в Сионе. Там Он сокрушил крепость луков, оружие, и меч, и битву» ( Пс. 75, 3–4 ).

Вместе с миром Христовым отступает от недостойной души благодатная молитва, и вторгаются в душу, как голодные звери, страсти, начинают терзать самопредавшуюся жертву, предоставленную самой себе отступившим от нее Богом. Если ты пресытишься, в особенности упьешься, святой мир перестанет в тебе действовать. Если разгневаешься, надолго прекратится его действие. Если позволишь себе дерзость, он перестанет действовать. Если возлюбишь что-либо земное, заразишься пристрастием к вещи, к какому-либо рукоделию или особенным расположением к человеку, святой мир непременно отступит от тебя. Если попустишь себе услаждение блудными помыслами, он надолго, весьма надолго оставит тебя, как не терпящий никакого зловония греховного, в особенности блудного и тщеславного. Поищешь его и не обрящешь. Восплачешь о потере его, но он не обратит никакого внимания на плач твой, чтобы ты научился давать дару Божию должную цену и хранить его с подобающими тщательностью и благоговением.

Царствие Небесное, «Царствие Божие внутрь вас есть» ( Лк. 17, 21 ). Царствие Небесное – мир Христов. В душе, в которой от покорности Богу утихли страсти, царствует Бог, царствует мир Христов.

Но мир Христов отнюдь не есть мир века сего; подает Господь мир Свой не так, как доставляется мир обычаем падшего человечества (см. Ин. 14, 27 ). Единство суетной, даже неблагонамеренной цели нередко водворяет между человеками временное и душепагубное согласие. Мир Христов – свят! Мир Христов – весь во Христе! Мир Христов насевается в душе Словом Божиим, зарождается от возделывания сердечной нивы заповедями Христовыми, питается этим невидимым, но небеструдным подвигом, возрастает от него. От действия Святого Духа мир Христов объемлет ум, сердце и тело совершенного христианина, соединяет эти части, рассеченные и разъединенные грехом, воедино; человека, примиренного в себе и с самим собой, составляющего уже собой единое и целое, каким он был до падения, соединяет с Богом. Такой мир испрашиваю себе и вам, возлюбленные братия, у единого Подателя истинного и святого мира, у Господа нашего Иисуса Христа.

«Мир Божий, который превыше всякого ума,» – по живому и точному пониманию апостола, – да «соблюдет» для Христа «сердца и помышления» наши ( Флп. 4, 7 ), да соблюдет для Него земную деятельность нашу и зависящую от этой деятельности нашу вечную участь.

«Мир» Христов, «который превы» ше «всякого ума» ( Флп. 4, 7 ), соединяющий воедино человека, рассеченного грехом, – мир Христов, исполняющий все существо наше непостижимой силой и небесной сладостью, начинает нисходить в душу, когда она очистится от страстей хранением заповедей Христовых и благочестивым подвигом. Чтобы сохранить мир Христов в себе, чтобы вкусить его обильно, чтобы измениться им из ветхого в нового человека, необходимо уединение. Сокровище, поверженное на распутии, непременно должно быть расхищено и похищено.

Могуществен мир, истекающий от действия Святого Духа. Кто может противостать его влечению? От лица его бегут страсти, от действия его ум и сердце переселяются на Небо. Человек примиряется ко всему в Боге. Он начинает как бы плавать в неизмеримом пространстве духовного мира и познает, что заповедь Божия «широка есть зело.» Мир Христов совершил мучеников и преподобных, он выводит христианина из-под власти плоти и крови, исторгает отраву греховную из души и тела, уничтожает насильственное влияние демонов на душу и тело, вводит в христианина свойства Христовы, кротость, смирение, благость. Душа, ощутив эти свойства, начинает вкушать чудный покой – залог и начало вечного покоя праведных в селениях вечного блаженства.

Читать еще:  Четырехлетний герой стал донором костного мозга для своих братьев

Слёзы Иисуса

Всего два слова: «Иисус прослезился» от Ин. 11: 35 является одним из самых коротких стихов Библии… Стих короткий, но читать его нужно медленно. Всего два слова, но каждое драгоценно.

Апостол Иоанн в первых строках своего Евангелия пишет, что «Слово стало плотью» (Ин. 1: 14). Он продолжает свидетельствовать об этом и здесь, передавая события воскрешения праведного Лазаря.

Иисус прослезился, а значит, воистину Сын Божий стал Сыном Человеческим, во всём, кроме греха, подобным нам. В том числе и умением плакать.

«Иисус прослезился». Эти два слова показывают, что Бог устраивал спасение людей не холодно и равнодушно, не потому, что был вынужден, должен, а потому, что горячо этого желал. Слёзы Христа вскрывают внутренний мир Господа: Он любит Своё творение, Он скорбит о том, что смерть уродует людей, разлучает их друг от друга, вносит в мiр тревогу и тоску, лишает счастья.

Слёзы Иисуса напоминают, что Бог не отстранен от мiра, что Он не безразличный Абсолют, как думали греки. Их монотеистическая философия описывала Бога полностью безстрастным Существом. Справедливо полагая, что Бог всесовершенен, они делали вывод, что Он никак не может меняться. Ни в чём. Ведь любая перемена, в таком случае, означает отклонение от Идеала. К переменам философы относили и чувства. Чувствующий Бог есть Бог, страдающий от чувств, значит, думали греки, уже не Бог.

Так вот, Иисусовы слёзы показывают, что Бог не умещается в рамках человеческих умозаключений. Он всё-таки любит нас, сострадает нам, переживает за нас с глубоко личностной, отеческой заинтересованностью, оставаясь совершенным Богом, всесильным и всемогущим.

Не говорите своим разревевшимся детишкам-мальчишкам: мужчины никогда не плачут. Это неправда. Лучшие из мужчин плакали.

Плакал и Лучший из лучших.

Иисусовы слёзы учат нас не стесняться плакать. Если Христос не стеснялся, тем более не будем стесняться и мы. Лишь бы и наши слёзы были всегда такими же чистыми, благородными, сострадательными. Такой плач Богу приятен. Но есть и слёзы зависти, ненависти, непрощённых обид, зелёной тоски, пьяных откровений. Такие слёзы ничего общего не имеют со слезами Иисуса. Нам они не нужны.

Слёзы Христа говорят о том, что Бог хочет сострадать нам в полной мере. Ему недостаточно было оплакивать нашу беду с Небес. Нет, Он сошёл к нам, вошёл в толпу плачущих и плакал с ними, подавая пример, устанавливая заповедь, которую впоследствии облечёт в словесную форму апостол Павел (см.: Рим. 12: 15).

А ещё можно предположить, что, обозрев похоронную обстановку, увидев людское горе, Спаситель Своим Божественным умом перенёсся в будущее, когда и Его пречистое тело, убиенное иудейской злобою, будет положено во гроб, а Его ученики и ученицы будут убиты горем. Возможно, Его слёзы были и об этом.

Деяния Господа Христа простираются в века. Плача с Марфой и Марией у гроба Лазаря, Он плачет и с нами на похоронах наших родных и близких. Мы не одиноки, как бы ни пытался +диавол+ внушить нам обратное. Однако есть «время плакать и время смеяться» (Еккл. 3: 4).

Господь воскрешает Лазаря и утирает Свои и наши слёзы. Ведь хорошо то, что хорошо кончается. И с нами всё будет хорошо: и наших близких Он воскресит. И нас тоже.

Священник Леонид Кудрячов

Слезы Христа

Три раза в Евангелиях плачет Господь. Он оплакивает Лазаря, плачет в Гефсиманском саду и из глаз его льются слезы при Своем, казалось бы торжественном и радостном въезде в Иерусалим.

Трудно объяснить смысл слез в Гефсимании

Как и неподвластен человеческому разумению плач Христа у гроба Лазарева, так как пройдут лишь мгновения, и воскресит Господь друга Своего. Но слезы Недели Ваий не могли объяснить лишь торжествующие и радостные жители Иерусалима. Мы можем, и мы знаем, отчего и почему горюет Господь.

Та же толпа, те же лица улыбающиеся, танцующие, радостно кричащие и поющие «Осанна» (т. е. красуйся), «Благословен Грядый во имя Господне», всего через несколько дней будут громогласно вопить: «Распни! Распни Его! Кровь Его на нас и на детях наших!»

Казалось бы, какая жестокость, какая непоследовательность мыслей и взглядов, лицемерие и предательство! Но остановимся в осуждении. Задумаемся. Ведь сегодня, в воскресенье Входа Христа в Иерусалим, радость тоже искренняя, и приветствия сердечные. Дорогая попона на ослице, везущей Христа, пальмовые ветви и цветы под ее копыта бросаются по велению сердца. Здесь нет двуличия, все истинно и однозначно.

Почему же вскоре произошла столь трагическая метаморфоза? Почему печальная поговорка «От любви до ненависти — один шаг» подтверждается постоянно из поколения в поколение, из века в век?

Ответ нам дается множество раз за нашу не столь долгую жизнь

Он прост и всем известен, как «нашим», так и «чужим». Три раза говорит о нем еще Ветхий Завет Библии: «Не сотвори себе кумира», то есть, не ставь в своем сердце на первое место личность земную, мирскими и материальными заботами отягощенную. Сколь бы не хороша она была, как бы не красив был ее внешний вид, какими бы знаниями и образованиями она не обладала, она не есть тот, кто решит твои проблемы и оправдает тебя пред Богом.

Читать еще:  Реституция церковного имущества: кто приобретет, а кто потеряет?

«Я — Господь Бог твой, да не будет у тебя других богов, кроме Меня» — это первая Заповедь Божья, она еще пророку Моисею дана и на протяжении всей сознательной истории человечества, раз за разом напоминается. Но еще большее, вернее, несметное количество раз отвергается.

Мы постоянно создаем себе кумиров, ходячих богов, которых возвеличиваем до небесного уровня, одеваем на них нимбы святости, а, затем, через непродолжительное время, снимаем с них не только нимбы, но и с яростной злобой выбираем им статьи уголовного кодекса. Я говорю не только о «сильных мира сего», политиках и руководителях, но и о тех, кому мы признаемся в любви, кого чествуем и расхваливаем.

Для подтверждения этого не надобно выискивать исторические примеры, достаточно просто сходить на любой бракоразводный процесс в наш родной суд. Такой концентрации ненависти и ярости, слез и обвинений трудно отыскать в иных местах.

Злоба эта очень часто на исповеди прорывается

Жалуются супруги друг на друга, перечисляют перечень прегрешений и «преступлений». Послушаешь эти слезные сетования, и невольно возникает вполне законный вопрос: «Но ты ведь не столь давно с нежностью говорил(а) ему (или ей) «люблю»? Где остались те чувства и та любовь?»

Казалось бы, какое отношение имеют эти рассуждения к празднику Входа Господнего в Иерусалим, которое у нас называют Вербным Воскресеньем? Ведь здесь встречают Самого Христа. Того, кто может воскресить, исцелить и помиловать. Но в том то и беда, что жители Иерусалима видели в Христе только могущественного человека, который выполнит их земные желания, удовлетворит телесные надобности, дарует свободу, богатство и власть.

Они сотворили себе кумира, для решения сиюминутных проблем, когда надобно было думать не о земном, а о небесном.

Они видели в Христе царя и властителя, чудотворца и волшебника, но, отнюдь, не Бога.

Они требовали сокровищ земных, а Господь смиренно явился с сокровищницей духовной.

Они желали свободы от римского ига на земле, а Господь обещает им лишь свободу в Себе, там, на Небе.

Для человека, поставившего во главу угла лишь материальное и телесное благополучие, такой Бог не надобен.

Вот и сегодня, рассуждая о негораздах и нестроениях дня нынешнего мы продолжаем искать личность, которая виновата во всем. А затем вновь и вновь создаем нового идола, которому очень скоро будем плевать в лицо, распинать и кричать во след: «В тюрьму его!»

Потому и плачет Господь

Видит Он души людские, знает их помыслы и желания. В этой воскресной радости Иерусалима нет сочетания с Его волей, Его заботой и Его Царством. Есть лишь сиюминутного «дай!» материального мира. Не понимает танцующий, кричащий и поющий народ еврейский, что Христос не хочет быть Царем земным. Его слезы — слезы боли, слезы отца о том, что Его творение презрело не только заповеди, но и живет временным, забыв о вечном.

Но все же, среди тех, кто встречал Христа в том, древнем и далеком от нас Иерусалиме, уже есть знающие Бога. И пусть сомнения еще были в их сердцах, пусть недоверие и страх присутствовали в поступках, они поняли, что Бог с ними. Они уже осознали, что царство земное, сколько не строй, сколько средств и достижений в него не вкладывай, постоянного благополучия не даст. Искушения, преступления и нестроения есть неотъемлемая составляющая нашего бытия. Они постоянная константа этого мира, как и болезни, как и смерть.

Слава Богу, сегодня нам известно, что за Вербным воскресеньем будет не только предательство, Голгофа и смерть. За горькими днями Страстной недели — восставшая и исполненная заря Воскресения. Именно поэтому слезы Христа для нас — «радостнопечалие».

Это знание позволяет Церкви с уверенностью утверждать: все наши катаклизмы, противоречия и нестроения стали нестерпимыми и постоянными именно тогда, когда во главе угла стал лишь «хлеб насущный». За монетами удовольствий, комфорта и веселия не осталось любви и сострадания, а зашедший в нашу квартиру или дом гость, увидев икону, подходит к ней не для того, чтобы перекреститься и прошептать молитву, а всего лишь для определения ее давности и комиссионной стоимости.

Недавно стал свидетелем конфликта.

Перессорились прихожане, уже не одно десятилетие молящиеся вместе в одном храме. Причина ссоры — облачения для настоятеля, которое хотели подарить своему «дорогому батюшке» к Светлому Воскресению. Из-за его стоимости и начался разлад с обидами и обвинениями. Стоял священник у этого, все же купленного, дорого пасхального облачения, смотрел на него и плакал. Какова польза от внешней красоты, когда за ней отсутствие любви и претензии друг к другу? Тленное и временное превзошло по значимости вечное. Мы опять стали теми же гражданами того далекого весеннего Иерусалима.

Вербное воскресенье — преддверие Пасхи, и тот шестидневный путь, который предстоит пройти каждому верующему к громогласному «Христос Воскресе!», позволит правильно расставить приоритеты нашего бытия. Нужно лишь личное желание, усилие и стремление. Мы можем дерзновенно утереть слезы Спасителя, если уберем из своего сердца идолов дня нынешнего и почаще будем поднимать взор к Небу.

«Благословен грядый во имя Господне! Осанна в вышних!»

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector