0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Исаакиевский собор проржавел и потрескался

Исаакиевский собор проржавел и потрескался

Смольный объявил открытый конкурс на техническое обследование самого массивного в мире православного храма.

Несущие конструкции купола собора повреждены, а скульптуры и колокольни проржавели насквозь, цитирует слова петербургского архитектора Вениамина Фабрицкого Газета.ру. Специалисты считают, что необходимо комплексное обследование фундамента.

Последний раз металлические конструкции собора досконально проверяли в 1983 году, каменные – в 1990-м, пишет издание.

Компания, которая выиграет конкурс, будет обследовать Исаакий целый год, Смольный потратит на эти работы около 5 миллионов бюджетных рублей.

Параллельно во время обследования будет идти реставрация уже выявленных аварийных участков и деталей. Закрывать храм для посещений не будут — в 2008 году собор отпразднует юбилей – ровно 150 лет со дня постройки и освящения.

Напомним, об аварийном состоянии собора заговорили в марте 2007 года. Тогда комиссия Росохранкультуры, проводившая обследование комплекса Исаакиевского собора (в него входят Исаакиевский, Смольный и Сампсониевский соборы, Храм Спаса-на-Крови), официально объявила о его результатах. Были обнаружены локальные повреждения чугунной балюстрады Исаакия, на которой держатся скульптуры, однако эта балюстрада не является несущей для купола. Также выявлены повреждения мозаичных панно и живописи. В итоге было рекомендовано провести серьезное обследование по двум этим пунктам.

После этого в одной из петербургских газет была опубликована статья, в которой утверждалось, что комиссия сделала сенсационные выводы: Исаакиевский собор может рухнуть в любой момент. Публикация вызвала грандиозный скандал, управление Росохранкультуры по СЗФО потребовало опровержения, заявив, что представители редакции не общались с членами комиссии и все разговоры о возможной гибели сооружения – ложь. Тогда директор Исаакиевского собора во всеуслышанье заявил, что скандал вокруг музея спровоцировала Академия художеств. В итоге газета принесла чиновникам извинения, однако скандал вокруг Исаакия не затих — проблемы в соборе действительно нашлись.

Впрочем, чиновники утверждают, что такого рода проверка, как предстоит собору – плановая, и с состоянием здания никак не связана.

«Подобные проверки состояния памятников архитектуры и культуры должны проходить как минимум раз в два десятилетия, — рассказал «Фонтанке» председатель комитета по культуре Николай Буров. — Если они проводятся раз в 20 лет — это уже хорошо, но хотелось бы раз в 10 лет. У Исаакиевского собора есть проблемы, они носят рядовой характер, никакой катастрофы с ним не случилось и не предвидится». По мнению главы комитета, будущее техническое обследование конструкций Исаакиевского собора – одна из плановых проверок, и никак не связана с прошлым скандалом.

Слова Николая Бурова подтверждает и заместитель директора Исаакиевского собора Наталья Корнеева: «Это плановая работа, которая очень дорого стоит и для того, чтобы нам провели ее, как положено по 94 закону о конкурсах, подготовлен большой пакет документов. Тут ничего сенсационного нет, мы к этому шли давно».

Из технического заключения о состоянии Исаакиевского собора: «По верхней галерее балюстрады опорные конструкции имеют многочисленные локальные разрушения механического и коррозийного характера. Такие же разрушения во всех многоярусных чугунных тумбах, на которые опирается балюстрада и скульптуры. Несущие конструкции купола имеют повреждения — в стенках двутаврового сечения меридиальных ребер обнаружены трещины шириной раскрытия до 2-х мм. Металлоконструкции колоколен имеют значительные коррозийные разрушения в опорной части. Цельно-гальванические скульптуры апостолов Иоанна и Петра имеют участки сквозной коррозии. Возможна утрата опорной функции и потеря устойчивости конструкции. В опорных стержнях скульптур, на креплениях и растяжках — обширные очаги коррозии. Выявлены отдельные разрушения железных шпилек, гаек, заклепок, что привело к образованию зазоров между крепежом и телом скульптуры. В целом состояние скульптур оценивается как аварийное. В интерьере западной части собора на наружной стене имеется вертикальная трещина, с раскрытием до 5 мм, наблюдается отслоение штукатурного слоя».

СПРАВКА: Собор Преподобного Исаакия Далматского (Исаакиевский Собор) воздвигнут в 1818-1858 годах. Архитектор: Огюст Монферран. Здание собора стоит на сваях — в его основание забито 10 762 сваи. Для устойчивости сооружения выполнен сплошной массивный фундамент из гранита и каменных пород. Стены собора выполнены из кирпича толщиной от 2,5 до 5 метров, на специальном известковом растворе, и облицованы мрамором. Перекрытия представляют собой кирпичные своды толщиной от 1,1 до 1,25 метра, а также декоративные своды в виде железного каркаса, покрытого металлической сеткой и облицованного искусственным мрамором – это было сделано впервые, нигде ранее двойное сводчатое перекрытие не встречалось. Верхняя конструктивная часть собора – купол, кровля, фонарик — выполнены из чугуна и железа с покрытием медью. Золочение купола выполнено через огонь червонным золотом.

Державная миссия Исаакиевского собора

Крупнейшее культовое здание Петербурга символизирует мощь государства, а не церкви

Об авторе: Валерий Викторович Вяткин – кандидат исторических наук, член Союза писателей России.

Россия нуждалась в памятнике, олицетворяющем ее имперскую мощь, подчеркивающем незыблемость царского самодержавия. Цветная фотолитография XIX века из Библиотеки Конгресса США

Строительство Исаакиевского собора, начатое в 1818 году, шло при трех императорах и завершилось в 1858‑м. Важно понять: монархами преследовались не религиозные, а определенно политические цели. Изгнав Наполеона из своих пределов, сыграв яркую роль в освобождении Европы от тирана, сильно подняв свой международный авторитет, Россия нуждалась в памятнике, олицетворяющем ее имперскую мощь, подчеркивающем незыблемость царского самодержавия. И этим памятником стал собор, далекий от традиций православной архитектуры. Вспомним эпиграмму XIX столетия: «Сей храм – трех царств изображенье… »

Собор воздвигли еще и для того, чтобы прибавить столице величия, представить ее подлинно европейским городом. И цели этой добились. Маркиз Астольф де Кюстин свидетельствовал: собор стал «широко… известным в Европе». «Знаменитым сооружением» назвал его французский живописец Орас Верне.

Собор, не признанный храмом

Даже в имперские времена благоговения к религиозной составляющей Исакия испытывали, похоже, мало, что характерно едва ли не для всей «богослужебной» истории храма. Читая записные книжки Петра Вяземского, узнаем, что при императоре Павле I на Исаакиевский собор (в предыдущем, до Монферрана, архитектурном обличье) кто‑то написал сатирические стихи, введшие монарха в безудержный гнев, и было велено строжайше наказать виновного.

Отношение народа к Исакию и вправду обескураживает. В 1800 году с его звонницы похитили колокол (Центральный государственный исторический архив С.‑Петербурга. Ф. 19. Оп. 3. Д. 198). Кража стала возможной, хотя собор располагался в самом центре тогдашней столицы, месте, явно не забытом блюстителями порядка.

Читать еще:  Тайм-менеджмент Страстной седмицы – как все успеть?

Были и другие события, умалявшие авторитет сооружения. Когда скончался Александр Пушкин, народу объявили, что отпевание поэта состоится в Исаакиевском соборе, способном вместить несколько тысяч человек. Но народ беззастенчиво обманули.

Колонны высотой 17 метров и весом около
110 тонн воздвигали в удивительно короткий
срок – 40–45 минут.
Максим Воробьев.
Подъем колонны на Исаакиевский собор. 1838.
Эрмитаж

Так мало‑помалу Исакий стал восприниматься вовсе не местом молитвы, что выразили разные деятели отечественной культуры. Герой романа Алексея Писемского «Тысяча душ», осматривая впервые Петербург, «взглянул» и «на Исакия», и это «раздражающим образом» подействовало на него. Владимир Набоков, часто проходя (проезжая) мимо собора, нарек Исакий «приедающимся» (роман «Другие берега»). Впечатляют строки Якова Полонского: позолоченный купол Исакия предстал пред ним, «как мертвеца венец». Слова поэта вызывают такой образ: не мертв ли государственный собор в духовном смысле?

Искусствовед и художник Александр Бенуа тоже не нашел в соборе ничего сакрального, назвав Исакий гигантской чернильницей с золотой крышкой. С этой меткой метафорой соглашалась масса петербуржцев и гостей города. «Тенью, спустившейся с неба» окрестила собор художница Мария Башкирцева. На Раскольникова, героя романа Федора Достоевского, от собора веяло «необъяснимым холодом… духом немым и глухим полна была для него эта пышная картина…». Осипу Мандельштаму образ собора понадобился для передачи образа скорби: «На мертвых ресницах Исакий замерз…»

Исакий не любили и церковники

14 декабря 1825 года на территории строящегося собора побывал столичный митрополит Серафим (Глаголевский), посланный монархом усмирить декабристов, восставших на Сенатской площади, близ Исакия. Однако, услышав выстрелы, Глаголевский со свитой поспешил к пролому в заборе, окружавшем Исакий, и вскоре скрылся на строительной площадке. Так еще не возведенный храм стал для архиерея убежищем от опасностей восстания.

На фоне свершений строителей и художников особенно неприглядно поведение соборного клира. В 1865 году возбудили дело о заточении в Александро‑Невской лавре одного из церковных «тяжеловесов» – протоиерея Исаакиевского собора Матфея Муретова, ударившего сослуживца‑протодьякона (РГИА.Ф. 815. Оп. 9. 1865 г. Д. 182). Но скандальное дело дошло до монарха, и тот повелел удалить Муретова из столицы (Письма московского митрополита Леонтия /Лебединского/ // ЧОИДР. 1908. Кн. 2. Отд. IV. С. 34).

Другая крайность – дискредитация Исакия словом. В 1905 году, вскоре после Кровавого воскресенья, в соборе проповедовал епископ‑черносотенец Антоний (Храповицкий): он защищал в своей речи царское самодержавие. Запальчивая и страстная проповедь архиерея, которого за экстравагантные и даже скабрезные риторические обороты называли «юродивым», отталкивала народ от имперской церкви, что прибавляло мрака в символику Исакия.

С учетом подобных фактов понятны слова Андрея Белого, тоже не нашедшего сакрального в соборе: «С неба на землю спустился… грязноватый, черновато‑серый Исакий» (роман «Петербург»). Символист Белый описывал больше не внешнее проявление городской жизни, а глубинную суть столицы гигантской империи.

Как же относились к Исакию верующие? Не многие из них испытали здесь «духовную радость», стремились попасть в собор на богослужения. Известный любитель церковных служб, синодальный обер‑прокурор Константин Победоносцев, проезжая мимо Исакия, даже не заходил туда для молитвы, спеша в Казанский собор. Если же Победоносцев оказывался в Исакии, то пребывал вовсе не в благостном настроении, но обычно распекал его служителей, видя не благолепие, а разные досадные неисправности (Русский архив /РА/. 1906. № 9. С. 18).

Претензии к собору высказывались вовсе не ничтожные, а существенные, и высказывались разными лицами. Достаточно рано стало понятно: требованиям церковного пения он соответствует ограниченно, что объясняется недостатками его конструкции. Архиепископ Никанор (Бровкович) утверждал: «Пение, по глухоте и массивности собора (Исаакиевского. – «НГР»), не выходит так полнозвучно, как в Казанском соборе» (РА. 1906. № 9.С. 18).

Внутреннее убранство Исакия, заявлял настоятель подмосковного Угрешского монастыря архимандрит Пимен (Мясников), «мало располагает к молитве». «Собор не имеет того древнего церковного благолепия, к которому мы с детства привыкли, и, глядя на эту базилику, не думается, что стоишь перед православным храмом» – продолжал Мясников, знакомый со многими российскими храмами (ЧОИДР. 1876. Кн. 4. Отд. II. С. 175).

Собор «мрачен» изнутри, «недостаточно освещен», жаловались разные служители алтаря, включая будущего митрополита Арсения (Стадницкого) (Дневник. 1880‑1901. Т. I. М. Запись от 30 июня 1883 г. С. 133). Архиепископ Никанор (Бровкович) отмечал: «Внутренность собора погружена была во мрак, хотя день еще… не потух… » (РА. 1906. № 9. С. 17). Да и отопления в здании тогда не было.

Грандиозный проект

Все это совершенно не означает, что собор был неудачной или малозначимой постройкой. Его сооружение поражает масштабами и сложностью. В основание фундамента вбили 24 тыс. сосновых свай. В 1830‑м была поднята последняя монолитная гранитная колонна из 112, что украшают здание со всех сторон. Колонны высотой 17 метров и весом около 110 тонн ставились на место в удивительно короткий срок – 40–45 минут. Петербуржцев восхищало «грозное и спокойное величие сих столпов».

Между тем перед зодчими стояла бездна задач. Для обработки привезенного итальянского мрамора завели мастерскую с кузницей, затратив на это 30 тыс. руб. серебром. Деньги же на весь Исакий пошли несметные – свыше 20 млн руб. того же достоинства, хотя рабочая сила в России тогда была дешева.

Строительство финансировалось из Главного казначейства (РГИА. Ф. 1409. Оп. 1. Д. 3118. Л. 75). Со временем император Николай I велел перенести казну строящегося собора в казначейство Адмиралтейства. Это означает, что церковный след в финансировании строительства совершенно не просматривается.

Зодчие шли непроторенными путями. Многое делалось впервые. Так, подрядчик и камнетес Самсон Суханов придумал способ раскалывать гранитные глыбы, применяя клинья. Брались лучшие инженерные достижения как российские, так и зарубежные. Украшения в виде медной гирлянды изготовлялись передовым гальванопластическим методом, разработанным физиком Борисом Якоби. Сооружая главный купол, использовали еще одну техническую новинку – металлические фермы.

Для обеспечения пожарной безопасности наняли испытанного в службе брандмейстера и двух опытных унтер‑офицеров. В соборе, «на большом и высоком пространстве», помещались 32 пожарные трубы (РГИА. Ф. 1409. Оп. 2. Д. 6795. Л. 7 об.) Штат пожарной команды достигал 30 человек. Всех же работников было не счесть.

Многое в строительстве и оформлении собора согласовывали с монархом – даже то, что может показаться мелочью. Тем более без утверждения царем не предпринимали значимых шагов. В 1843 году, в ходе обсуждения оформления Исакия, самого монарха «наставлял» француз Орас Верне.

Организационную составляющую тоже тщательно продумали. Комиссия по сооружению собора начала работу в 1818 году, вторая Комиссия – в1822‑м, третья – в 1824‑м. Никто от официальной церкви, включая чиновников Синода, в состав тех комиссий не входил (РГИА. Ф. 1409. Оп. 2. Д. 5540. Л. 5‑5 об.) Председателем первой комиссии стал граф Николай Головин. В свое время данный пост занимал и Василий Ланской, более известный как министр внутренних дел.

Читать еще:  Из ислама в православие — путь Антония Алая

Комиссии получали доносы на разных лиц, причастных к сооружению собора, но всякий раз, выясняло следствие, «они оказывались… несправедливыми» (РГИА. Ф. 1409. Оп. 1. Д. 3717. Л. 4).

Особую роль играл комиссар строительства, которому поручалось материальное снабжение объекта. Он тоже был светским лицом. Руководителем технической части назначили знаменитого инженера в генеральском чине – Августина Бетанкура, испанца. В дела вникал и некогда всесильный временщик граф Алексей Аракчеев.

Один из членов комиссии, президент Академии художеств Алексей Оленин осмелился заявить о «неопытности и легкомыслии» автора архитектурного проекта Огюста Монферрана (РГИА. Ф. 1409. Оп. 1. Д. 3118. Л. 4). Действительно, в проекте Монферрана нашли некоторые недочеты. Так что специальная творческая группа дорабатывала идеи француза.

При этом вариантов в решении технических задач у архитекторов было удивительно мало. «На делание дверей… явился один токмо заводчик – Берд (Чарльз Берд, выходец из Шотландии. – «НГР»)… с тем чтобы на отливку дана была ему казенная медь», – гласит архивный документ (РГИА. Ф. 1409. Оп. 2. Д. 6795. Л. 2). Таким образом, в сооружении Исакия большую роль сыграли иностранцы, по определению далекие от православия.

Что до простых рабочих, строивших собор, то ими восхищался сам Монферран: «Двадцать лет, посвященных мною постройке Исаакиевского собора, позволили мне высоко оценить трудолюбие этих людей, которые ежегодно приходят на работы в Петербург. Я отметил у них те большие достоинства, которые трудно встретить в какой‑либо другой среде… Русские рабочие честны, мужественны и терпеливы. Одаренные недюжинным умом, они являются прекрасными исполнителями…» Собор стал монументом и зодчим, и простым русским труженикам, на чьих костях стоит Петербург, включая, разумеется, и Исакий, тоже, как Молох, унесший множество жизней. Только при золочении главного купола погибли от паров ртути десятки людей.

После Великой Отечественной войны поврежденный вражеским обстрелом собор реставрировали около 13 лет (ни о каком участии церкви речь, понятно, не шла в эти годы). Именно советские реставраторы и строители, чуждые религиозным целям, придали собору современный облик. При СССР собор превратили в своеобразный храм науки. Об опытах с маятником Жана Фуко, что проводился здесь десятки лет, широко известно. Музейная функция стала органичной для Исакия – объекта светской культуры в понимании большинства. В последнее время, когда на все здание стала претендовать РПЦ, появились вопросы о том, что станет с уникальным маятником Фуко.

Таким образом, собор вызывал и вызывает отнюдь не церковные ассоциации. Более того, в единоличном управлении духовного ведомства он никогда не был. Поэтому поражает настойчивость нынешних церковников, желающих завладеть Исакием, тем более что в таких популярных храмах Петербурга, как Троицкий собор Александро‑Невской лавры, ныне не тесно и в православные праздники. Жать где не сеял – разве это по‑христиански?

Не состоявшись, по сути, как храм, Исакий утвердился в светском, державном достоинстве.

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Интересные факты

  • Исаакиевский собор — самое тяжелое здание в Санкт-Петербурге. По сей день ему пророчат обрушение и уход в болото. Но он до сих пор крепко на земле.
  • Многие из тех, кто побывал на освящении, все же не оценили Исаакиевский собор. Первое время из-за пропорций храм носил прозвище Чернильница. Однако сейчас его почитают как самый величественный в городе.
  • По легенде, дом Романовых должен был пасть после снятия строительных лесов с собора. Окончательно их сняли в только в 1916 году, а в марте 1917-го Николай II отрекся от престола.

Исаакиевский собор — страницы фальсифицированной истории

Для начала берём историю строительства Исаакиевского собора, описанную в Википедии. По официальной версии, собор, который сегодня украшает Исаакиевскую площадь, является четвёртым строением. Получается, что его строили четыре раза. А начиналось всё с маленькой церквушки.

Первая Исаакиевская церковь. 1707 год

первая Исаакиевская церковь

Первая церковь Исаакия Далматского строилась для рабочих Адмиралтейских верфей по приказу Петра I. За основу будущей церкви царь выбрал здание чертёжного амбара. Исаакиевский собор начал строиться в 1706 году. Он возводился на деньги государственной казны. Руководил строительством граф Ф.М. Апраксин, для сооружения шпиля церкви пригласили голландского архитектора Герман ван Болес, который уже жил в России с 1711 года.
Первый храм был полностью деревянным, построен по традициям того времени — сруб из круглых брёвен; их длина составляла 18 метров, ширина здания составляла 9 метров, высота – 4 метра. Снаружи стены обили досками шириной до 20 сантиметров, в горизонтальном направлении. Для хорошего схода снега и дождя крышу сделали под углом в 45 градусов. Крыша тоже была деревянной, и по традиции кораблестроения покрыта воско-битумным составом чёрно-коричневого цвета, который использовался для смоления днища кораблей. Назвали постройку Исаакиевской церковью и освятили в 1707 году.

Торжественная встреча петербургского ополчения на Исаакиевской площади 12 июня 1814 г. Гравюра И.Иванова.

Не прошло и двух лет, как Пётр I издал распоряжение о начале реставрационных работ в церкви. Что могло произойти с деревом, обработанным по корабельным правилам, за каких-то два года? Ведь деревянные строения стоят века, показывая величавость и мощь дерева. Решение о реставрации, оказывается, было принято с целью улучшить вид церкви, и избавиться от постоянной сырости внутри храма.
История показывает, что Исаакиевский собор даже в виде деревянной церкви был главным храмом в городе. Здесь в 1712 году венчались Пётр I и Екатерина Алексеевна, с 1723 года только здесь могли приносить присягу служащие Адмиралтейства и моряки Балтийского флота. Записи об этом сохранились в походном журнале храма. Корпус первого храма сильно обветшал (?) и в 1717 году был заложен храм в камне.

Анализ фактов

По официальным данным Санкт-Петербург основан в 1703 году. От этого года ведётся исчисление возраста города. О реальном возрасте Питера поговорим в следующий раз, там потребуется не одна статья.
Церковь заложили в 1706 году, освятили в 1707 году, в 1709 она уже потребовала ремонта, в 1717 году уже обветшала, хоть дерево было пропитано корабельным воско-битумным составом, а в 1927 уже была построена новая каменная церковь. Во врут!

Если взять альбом Августа Монферрана, в нём можно увидеть литографию первой церкви, которая изображена ровно против входа на территорию Адмиралтейства. Значит, храм стоял или во дворе Адмиралтейства, или за его пределами, но напротив главного входа. Именно на альбоме, выпущенном в Париже, строится главная трактовка истории всех строений Исаакиевского собора.

Вторая Исаакиевская церковь. 1717 год

В августе 1717 года была заложена каменная церковь во имя Исаакия Далматского. И куда ж без него деться — первый камень в фундамент новой церкви собственноручно заложил Пётр Великий. Вторую Исаакиевскую церковь начали строить в стиле «петровского барокко», строительством руководил видный зодчий петровской эпохи Георг Иоганн Маттарнови, который находился на службе у ПетраI с 1714 года. В 1721 году Г.И.Маттарнови умер, строительство храма возглавил городской архитектор того времени Николай Фёдорович Гербель. Однако в послужном списке Н.Ф.Гербеля нет указания на его участие в строительстве каменной Исаакиевской церкви. Спустя три года он умирает, строительство завершает каменных дел мастер Я.Неупокоев.

Читать еще:  Смерти не существует, и миру объяснили почему. Американский ученый объяснил, почему смерти не существует У теории Ланзы биоцентризма есть семь принципов

С такими перипетиями церковь была построена в 1727 году. План основания храма – равноконечный греческий крест длиной 60,5 метров (28 сажень), шириной 32,4 м (15 сажень). Купол храма имел в своей основе четыре столба, снаружи был покрыт простым железом. Высота колокольни достигала 27,4 метра (12 сажень + 2 аршина), плюс шпиль длиной 13 метров (6 сажень). Всё это великолепие венчали медные вызолоченные кресты. Своды храма были деревянными, фасады между окнами украшали пилястры.

вторая Исаакиевская церковь

По внешнему виду вновь выстроенный храм был очень похож на Петропавловский собор. Сходство усиливали стройные колокольни с часами-курантами, которые Пётр I привёз из Амстердама для двух храмов. Иван Петрович Зарудный, основатель петровского стиля барокко, выполнил резной золочёный иконостас для Исаакиевского и Петропавловского соборов, что только увеличивало схожесть двух храмов.

Второй Исаакиевский собор был построен близко к берегу Невы. Сейчас там установлен Медный всадник. В то время место для собора оказалось явно неудачным – вода размывала береговую линию, разрушала фундамент. Странно, предыдущей деревянной постройке Нева не мешала.

Весной 1735 года молния вызвала пожар, довершив разрушение всей церкви.

Слишком уж много странных событий по разрушению новопостроенного здания. Странно и то что в альбоме А.Монферрана нет изображения второго здания церкви. Её изображения встречаются только на литографиях северной столицы до 1771 года. Да ещё есть макет внутри Исаакиевского собора.

Удивляет тот факт, что прежде на этом месте много лет стоял другой храм, и ему не мешали воды Невы. По данным официальной истории, это же место было выбрано для установки памятника Петру I – опять же вода не помеха. Камень – постамент для Медного Всадника был привезён в 1770 году. Памятник сооружён и установлен в 1782 году. Однако, службы в церкви велись до февраля 1800 года, о чём свидетельствуют записи её настоятеля, протоиерея Георгия Покорского. Сплошные нестыковки.

Третий Исаакиевский собор. 1768 год

Литография О.Монферрана. Вид Исаакиевского собора в период правления императрицы Екатерины II. Литография О.Монферрана

В 1762 году вступает на престол Екатерина II. За год до этого Сенат принял решение воссоздать Исаакиевский собор. Начальником строительства назначили русского архитектора, представителя стиля петровского барокко, Савву Ивановича Чевакинского. Екатерина II одобрила идею нового строительства, тесно связанного с именем Петра I. Начало работ затягивалось из-за финансирования, и вскоре С.И. Чевакинский уходит в отставку.
Начальником строительства стал итальянский архитектор на русской службе, Антонио Ринальди. Указ о начале работ был издан в 1766 году, и было начато строительство на площадке, выбранной ещё С.И. Чевакинским. Закладка здания в торжественной обстановке была проведена в августе 1768 года, в память о таком важном событии даже была отчеканена медаль.

третий Исаакиевский собор

Согласно проекту А. Ринальди, собор планировалось возводить с пятью сложными куполами и высокой стройной колокольней. Стены облицовывались мрамором. Точный макет третьего собора и его чертежи, выполненные рукой А. Ринальди, хранятся сегодня в экспозициях музея Академии Художеств. А. Ринальди не завершил работу, успел довести здание только до карниза, когда умерла Екатерина II. Финансирование строительства сразу же прекратилось, и А. Ринальди уехал.

На престол вступил Павел I. Надо было что-то делать с незаконченной стройкой в центре города, тогда вызвали архитектора В. Бренна, чтобы тот срочно завершил работу. В спешке архитектор вынужден был значительно исказить проект А. Ринальди, то есть вообще не брать его во внимание. В результате уменьшились размеры верхней надстройки и главного купола, не были возведены запланированные четыре малых купола. Изменён был и строительный материал, потому что мрамор, приготовленный для отделки Исаакиевского собора, был передан для строительства главной резиденции Павла I. В результате собор получился приземистый, нелепый, так как на роскошном мраморном основании возвышалась негармоничная кирпичная надстройка.

Замечания по ходу расследования

Здесь можно вернуться к слову «воссоздать». Что оно может значить? Смысловое значение – воссоздаётся то, что полностью утрачено. Получается, что в 1761 году второго строения храма на площади уже не было?

Как описываются эти строительства, на них работали только иностранные архитекторы. Почему не доверено строительство отечественного Храма русским зодчим?

В альбоме А. Монферрана третий храм выглядит не стройкой, а как действующее сооружение, вокруг которого прогуливаются люди. При этом опять на литографии виден центральный вход в Адмиралтейство, a здание Адмиралтейства окружает пышный сад. Что это? Вымысел художника, вырезавшего литографию, или специальное приукрашивание действительности? По официальной истории, здание Адмиралтейства окружал глубокий ров, который был засыпан в 1823 году, когда третьего храма уже не было. История служб Исаакиевского Собора указывает на то, что службы в нём проводил протоиерей Алексей Малов до 1836 года.

Резкое несовпадение дат и событий заставляет серьёзно задуматься – где вымысел, а где правда. Явно противоречащие друг другу факты содержатся в сохранившихся описаниях строительства и содержания Исаакиевского Собора, то есть в государственных документах. Это не просто невинная путаница, это один из многочисленных фактов, доказывающих что настоящая государственная документация России была уничтожена и сфальсифицирована.

Католическая версия

По официальным историческим фактам, первая церковь Исаака Далмацкого строилась на берегу Невы в годы царствования Петра I, в 1710 году. Пожар уничтожил церковь в 1717 году. Новую церковь построили только в 1727 году, также на берегу Невы. Знаменитый Адмиралтейский канал был прорыт в 1717 году, по нему от острова «Новая Голландия» к Адмиралтейству доставляли строительный лес для судов. Амстердамский картограф u издатель Рейнер Оттенс составлял план местности, на которой эта часть Петербурга представляется иначе. Согласно его плану, вторая Исаакиевская церковь начерчена с признаками католической церкви. Её форма похожа на Базилику или корабль. На плане Р. Оттенса третья церковь, построенная по проекту Ринальди, похожа на доработку второй церкви, к которой на плане добавлены только купола.

Как проехать:

Санкт-Петербург, м. Невский проспект

Подготовил Кирилл Баглай

Смотрите также:

Кому принадлежал Исаакиевский собор до революции?

Передача Исаакиевского собора Церкви. За и против в Слайдах

Редакция благодарит за помощь руководителя Сектора коммуникаций Санкт-Петербургской митрополии Наталью Родоманову и начальника ГМП «Исаакиевский собор» Александра Квятковского

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector