0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Интернаты во всем в мире ликвидируют, а в России построят новые

Правительству поручили позаботиться о людях с ментальными нарушениями

В распоряжении “Ъ” оказался протокол Совета по вопросам попечительства в социальной сфере при правительстве РФ, в котором вице-премьер Татьяна Голикова поручила социальному блоку правительства реформировать психоневрологические интернаты (ПНИ). Эксперты, опрошенные “Ъ”, полагают, что поручения носят «прогрессивный» характер, но им не хватает системности.

Заседание Совета при правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере прошло еще 28 марта, но протокол поручений не был сформулирован, поэтому СМИ на разный лад интерпретировали сказанное на Совете. В частности, некоторые издания сообщали, что половину жителей ПНИ выпустят на свободу, потому что правительство хочет провести оптимизацию интернатов и сократить расходы. Такие трактовки были вызваны заявлением министра труда и соцзащиты Максима Топилина о том, что 45% жителей интернатов могли бы из них выйти. «Вероятно, министр имел в виду, что эти 45% в перспективе могли бы выйти, через долгие годы подготовительной работы,— предполагает член Совета и директор московского Центра лечебной педагогики Анна Битова.— По нашим подсчетам, прямо сегодня выйти из интернатов могли бы единицы — слишком тяжелые там условия жизни, люди лишены самостоятельности, личного пространства, права принимать решения».

Информационный ажиотаж вокруг слов министра привел даже к тому, что в некоторых ПНИ уже стали созывать экстренные собрания родственников. Так, в одном из интернатов Санкт-Петербурга руководство со ссылкой на городской Комитет по социальной политике вывесило объявление, в котором объявило сбор родственников на собрание «по поводу выступлений вице-премьера Татьяны Голиковой 28.03.2019 о закрытии ПНИ в течение 4 месяцев».

Напомним, что Совет был созван по итогам проверок ПНИ, инициированных вице-премьером 1 февраля 2019 года и проведенных в течение двух месяцев Рострудом, Росздравнадзором и другими надзорными ведомствами. Проверки, в которых участвовали и общественные организации, выявили высокий уровень нарушений прав граждан и санитарно-бытовых условий в ПНИ, о чем и говорили на мартовском Совете. «Сегодня вообще не стоит вопрос о массовом выходе людей из интернатов,— говорит Анна Битова.— Сейчас нужно посчитать, кто и в какой ситуации там находится, и думать о том, как проводить системную реформу. Но уже прямо сегодня нужно улучшить жизнь тех людей, которые живут в интернатах, усилить контроль за соблюдением их прав, менять для этого законодательство».

Всего в протоколе поручений вице-премьера, подписанном ею только вчера, 14 пунктов. В частности, госпожа Голикова поручает Минтруду, Минпросвещения, Минздраву и другим профильным ведомствам до 1 июня 2019 года разработать вместе с членами Совета и представить в правительство «единый план устранения нарушений, выявленных контрольно-надзорными органами в ходе проверки деятельности психоневрологических интернатов субъектов Российской Федерации». С этого года проверки деятельности ПНИ будут проходить ежегодно в декабре, их организацию поручили Роструду, Росздравнадзору, Роспотребнадзору, Рособрнадзору, а также ГБУ «ФБ МСЭ» Минтруда России.

Глава Всероссийской организации родителей детей-инвалидов Елена Клочко о том, почему необходима реформа ПНИ

До 25 апреля Минтруд должен внести изменения в Правила организации деятельности организаций социального обслуживания, утвержденные Минтрудом в 2014 году, и разработать проект нового положения о ПНИ. Неясно, справится ли ведомство с поручением в такой короткий срок. Напомним, что год назад общественные организации уже представили в Минтруд Концепцию реформирования ПНИ, а еще раньше — дорожную карту реформы, но чиновники так и не дали этим документам хода.

До 1 июня Роспотребнадзор должен внести изменения в санитарно-эпидемиологические правила и нормы (СанПиНы) «в целях создания в психоневрологических интернатах условий проживания, максимально приближенных к домашним, участия в самообслуживании и социализации проживающих в них граждан». При этом соответствующие предложения сформируют и направят в ведомство члены Совета при правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере, среди которых много представителей НКО.

«Мы очень рады, что появился шанс улучшить жизнь людей в интернатах,— говорит Анна Битова.— Мы надеемся, что в новых правилах будет прописано право человека на личное пространство, на интимную обстановку, потому что мы повсеместно видим отсутствие дверей в туалетах, душевых и в комнатах, где живут люди. Железные миски в столовой, отсутствие питьевой воды, невозможность выйти погулять во двор, — все это затрагивает человеческое достоинство, и я рада, что появятся новые правила, опираясь на которые можно сделать жизнь людей более достойной». В то же время госпожа Битова отмечает, что необходимо вносить такие изменения в СанПиНы, которые сделают «легальным» сопровождаемое проживание — жизнь людей с нарушениями развития дома или в квартирах и домах малыми группами при сопровождении соцработников и педагогов. «Мы надеемся, что такие изменения будут внесены, и в СанПиНах будет описана возможность сопровождаемого проживания в жилом фонде,— говорит Анна Битова.— Во всем мире есть такая форма, и у нас тоже будет».

Почему в России легко потерять и трудно вернуть дееспособность

Еще одним прорывом в сфере защиты прав граждан с ментальными нарушениями может стать поручение о создании службы защиты прав пациентов — Татьяна Голикова поручила Минтруду разработать соответствующие предложения. «Мы этого ждем много лет»,— говорит Анна Битова. В законе РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» от 1992 года такая служба указана, но на деле ее нет. Общественные и правозащитные организации добиваются, чтобы независимая служба защиты прав пациентов в ПНИ и психиатрических стационарах появилась — тогда люди, которые там живут, имели бы возможность заявлять о нарушении своих прав. Это снизило бы уровень насилия в таких учреждениях.

Реформа коснется и сферы образования, а граждане, живущие в ПНИ, теперь смогут учиться — Минпросвещения разработает для них адаптивные общеобразовательные программы, а также адаптивные программы профессионального обучения. Задачу ведомство должно выполнить до 1 августа. В каждом субъекте РФ составят перечень образовательных организаций, «территориально приближенных к психоневрологическим интернатам», на базе которых люди, живущие в интернатах, смогут получать образовательные услуги. Президент санкт-петербургской благотворительной организации «Перспективы» Мария Островская отмечает, что это важное решение — в ПНИ очень много сирот, которые перешли туда из детских интернатов, где они не получили никакого образования. «Очень хорошо, что будут учить, я счастлива»,— соглашается Анна Битова.

Минстрою и Минтруду поручено до 1 июня провести в Госдуме «выставки проектов стационарных организаций социального обслуживания нового типа» — другими словами, ведомства должны предложить новые типовые проекты ПНИ. Эксперты, опрошенные “Ъ”, затруднились сказать, что имеется в виду под такой формулировкой. «Мы бы хотели установить предельную численность таких учреждений — не более 20 человек, как в большинстве стран на постсоветском пространстве,— говорит Мария Островская.— Но об этом в поручениях ничего не сказано». Также эксперты отмечают, что некоторые поручения носят рамочный характер, и их наполнение зависит от активности общественных организаций и членов Совета, привлеченных к реформе.

Провести такое освидетельствование должен Научный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени Сербского — с апреля по сентябрь 2019 года. В обследование будет включена оценка обоснованности нахождения гражданина в интернате, его состояния «по основному заболеванию», степени его самостоятельности, дееспособности и способности к социализации, а также полноты и эффективности проведения диспансеризации и оказания ему необходимой медицинской помощи. В связи с таким масштабным обследование Минтруд обязан обеспечить доступ в интернаты специалистов, которые будут проводить осмотр граждан и освидетельствование. В свою очередь, Минздрав до 15 апреля должен разработать программу проведения такого обследования граждан. По результатам освидетельствования Минтруд сформирует для каждого региона РФ реестр граждан, нуждающихся в сопровождаемом проживании, обучении или переобучении, а также в трудоустройстве и других мерах социальной поддержки. Такой реестр ведомство должно составить до 4 октября. «Действительно, важно понять, кто и в каком состоянии живет в ПНИ,— говорит Анна Битова,— но в этом плане не хватает еще одного шага. Допустим, мы выявили людей, которые попали в ПНИ по ошибке. Эти люди уже нам сказали, что они хотят выйти, рассказали о своих мечтах и планах. Значит, надо им что-то предлагать. Может быть, нужно для них строить или арендовать жилье, трудоустраивать их — но нельзя оставить их дальше жить в интернате».

Читать еще:  Миссионер из Новокузнецка: Сегодня на улицу с проповедью уже не пойдешь

Мария Островская на идею составления реестра граждан, готовых к сопровождаемому проживанию, смотрит скептически: «Мне не очень понятно, как можно составить такой реестр, ведь это зависит от желания человека, а он не может его высказать, пока не поживет в сопровождении — хотя бы в тренировочном режиме. И как специалисту, который проводит оценку, понять потенциал человека, который никогда не жил вне интерната? Представим такую картину: комиссия приходит в интернат, там коридорная система, люди живут по 6-15 человек в комнате, у них нет тумбочек, собственной одежды, стиральных машин, плиты, на которой можно приготовить еду, даже электрического чайника нет. Они ничем не заняты весь день. Каким образом комиссия будет оценивать степень самостоятельности этих граждан? Понятно, что в этой ситуации в реестр попадут только немногие самостоятельные граждане, которые живут в отделениях реабилитации, имеют свободный выход из ПНИ, где-то работают. Скорее всего, в этот реестр попадут люди, которые вообще случайно оказались в ПНИ. А что делать всем остальным? На самом деле при большом объеме поддержки даже самые беспомощные люди, тоже могут и должны социализироваться. Что будет с ними?»

Против чего противостояли волонтеры из психоневрологических интернатов

Мария Островская напоминает, что модели сопровождаемого проживания уже есть во многих регионах, все они делаются некоммерческими организациями «и стоят примерно столько же, сколько стоят ПНИ, но при этом качество жизни людей, а также уровень их безопасности и присмотра за ними — выше, чем в ПНИ». «Если в интернате по нашим подсчетам около 3% персонала заняты непосредственной работой с жителями интерната, то в сопровождаемом проживании 100% персонала заняты такой работой»,— говорит эксперт. Госпожу Островскую беспокоит, что в поручениях вице-премьера говорится об улучшении материально-технических условий в ПНИ, но не говорится об изменении штатного расписания. «Между тем, понятно, что при двух санитарках на отделение из 65 человек невозможно обеспечить соблюдение прав и свобод человека,— говорит Мария Островская.— Чтобы персонал справился с таким количеством взрослых людей, которые ничем не заняты, их придется запереть, связать, положить на кровать, накачав большим количеством нейролептиков. А такие действия противозаконны, и для того, чтобы это изменить, нужно другое штатное расписание, серьезные изменения в системе управления этими учреждениями и безусловное их разукрупнение».

В то же время эксперты отмечают, что поручения вице-премьера «прогрессивны» и «дают надежду на перемены». «Хорошо, что правительство обратило внимание на эту целевую группу, на жителей ПНИ и на людей с психическими нарушениями, которые живут в семьях, но в любой момент могут оказаться в ПНИ, если их родители ослабеют или умрут,— говорит Мария Островская.— Хорошо, что Татьяна Алексеевна Голикова пытается разобраться во всех деталях. Хорошо, что проведены проверки, установлены факты нарушений прав человека и нарушений в сфере социального и медицинского обслуживания в интернатах. Хорошо, что постулируется необходимость социализации граждан в ПНИ и необходимость получения ими образования. Хорошо, что учреждения здравоохранения должны включиться в медицинское обслуживание граждан, которые проживают в ПНИ. Есть отдельные очень прогрессивные идеи у этих поручений, вводятся отдельные элементы процесса реформирования, но необходимо выстроить систему, принять концепцию реформирования ПНИ, определить приоритет жизни людей на дому и в маленьких группах — перед стационарами. Пока такая система нам не предлагается». В свою очередь, Анна Битова отмечает, что задачи, поставленные Татьяной Голиковой перед правительством и социально-ориентированными НКО «огромны, и работать придется день и ночь». «Реформа давно назрела,— резюмирует Анна Битова,— Европа давно реформирует интернаты, и мы, наконец, двигаемся в сторону европейского сообщества. Мы много лет боролись за право наших граждан с особенностями жить в достойных условиях, и вот, кажется, наша многолетняя мечта начала сбываться».

В Нижегородской области начнут тестировать новую систему социализации недееспособных и инвалидов

Все мы с детства помним выражение «палата номер 6». Это в русском языке, как сейчас говорят, устойчивый мем. Интересно, все ли помнят эту историю, рассказанную Антоном Павловичем Чеховым? Она про провинциального врача-психиатра. Он с сочувствием относился к своим пациентам. Вызвал этим сочувствием подозрение у начальства. Оказался сам под подозрением. А потом его самого упекли в эту же дурку.

Он пытался вырваться. Кричал, что он здоров. Но получил по зубам от охранника. Лег на кровать и умер. Даже тогда эту историю восприняли как метафору. Либералы кричали: «Вся Россия — палата номер 6!» Но, честно говоря, это вряд ли. Неизвестно даже, был ли у «палаты номер 6» и у главного героя повести реальный прототип. Считается, что нет.

Но вот сегодня, век спустя, мы дожили наконец: прототипы и палат, и пациентов появились. В массовом количестве. Чехова уже вот нет, но за неимением Антона Павловича за дело пришлось взяться Дмитрию Кулько.

То, что кажется обычным, для него внезапно нахлынувшее счастье.

«У меня появилась работа. Это новогодние игрушки, которые мы делаем для магазина. Раньше я как бы был типа в тумане», — делится Дмитрий Лысенков.

Дима Лысенков словно вырвался из заколдованного круга. Судьба таких людей, с психическим расстройством, однозначна: после детского дома в ПНИ — психоневрологический интернат, где большинство пациентов признают недееспособными, то есть лишают прав распоряжаться своей пенсией и свободно покидать учреждение. За Диму долго боролась сестра.

«Мне сказали сразу: он дееспособный. Но тут же сказали в ту же секунду: это дело времени сделать его огурцом, что он будет овощ и ему ничего не дадут. И я так поняла, что если я его не заберу, он все потеряет, и я потеряю тоже его. Они там, как зомби, из коридора в коридор ходят», — говорит Анна Лысенкова.

Душевные муки в холодных стенах — вся жизнь между палатой и коридором. На улицу выводят, но не дальше крыльца, да и всего на 10 минут. Кадры из закрытого для посторонних интерната в селе Понетаевка Нижегородской области удалось сделать благодаря известной правозащитнице Нюте Федермессер, которая провела там больше недели.

Палаты переполнены. Под одной крышей этой то ли больницы, то ли тюрьмы почти 700 пациентов. Сюда свозят пенсионеров с расстройствами психики и пострадавших в авариях, больных ДЦП, уголовников и героев войны. Ирина Картмазова в интернате уже 20 лет — навещать ее некому, да и свою семью здесь заводить запрещено.

«Я хотела быть ветеринаром, я очень люблю животных, да навряд ли что-то исполнится; я бы и на эту работу пошла бы — хоть дворником, хоть уборщицей — работа никакая не пугает», — признается Ирина Картмазова.

Пациенты рассказывают Нюте Федермессер и про наказания. «Могут закрыть, укол назначить», — говорят они. Такие истории правозащитники слышат в ПНИ по всей стране. Для чего все эти решетки и палаты-карцеры? Ведь пациенты официально признаны неопасными для общества, и эти интернаты задумывались как места для реабилитации инвалидов, которым некуда идти.

Уже почти 160 тысяч человек — население небольшого города — безнадежно запертое, не умеющее самостоятельно жить. Понятно, что назрела серьезная реформа.

Читать еще:  «Лодка» – опыт саморефлексии и возвращение к реальности

«Сегодня это правило. Правило, когда в ПНИ нарушают их права или не дают им работать вообще или занимаются эксплуатацией рабского труда; правило, когда принудительные аборты; правило, когда директору проще запереть, чем создавать индивидуальный подход к каждому человеку. Ужаснул невероятный потенциал, который есть в этих людях; это люди, которые хотят и могут многие быть полезными, они хотят работать», — подчеркивает учредитель фонда помощи хосписам «Вера» Нюта Федермессер.

Федермессер предлагает вместо гигантских общежитий создавать небольшие дома «сопровождаемого проживания». Один из таких построили на деньги благотворителей в Ленинградской области. Каждый день здесь начинают с летучки, решают, каким будет меню. Дежурные варят кашу, накрывают на стол — никаких исключений.

Есть и первые выпускники. Юлия Калаева переехала в социальную квартиру в обычном спальном районе. Ее навещает соцработник. И не нужно целого штата прачек, поваров и охранников, чтобы постигать мир, словно открытый космос, где столько всего интересного!

«Иное количество должно быть персонала. И он должен быть обучен. Там люди не обучены и дикие деньги вбухиваются на ремонт и строительство. То, что мы сейчас будем делать в Нижнем Новгороде, это не про деньги. Это про правильную организацию процессов, правильную организацию работы. Это, возможно, будет дешевле, посчитаем», — поясняет Нюта Федермессер.

Отныне в России не будут строить ПНИ, заявили в правительстве, а власти Нижегородской области, после того как погрузились в проблему и изучили ее вместе с правозащитниками, объявили регион первой площадкой, где начнут тестировать новую систему социализации инвалидов.

«Подростки, дети, которые впоследствии выходят из такого рода системы после 18 лет, они требуют особого, неформального сопровождения; сейчас зачастую сопровождение осуществляется формально. Этим пользуется различного рода недобросовестные лица», — отмечает губернатор Нижегородской области Глеб Никитин.

Так, мошенники пытались обокрасть Диму и Аню, если бы они случайно, в том самом Понетаевском интернате, не встретили Нюту Федермессер, которая взяла их под крыло и помогла перебраться в Москву. Теперь ребята сами помогают больным — в хосписе.

«Я поняла, что я хочу быть волонтером. Просто делать добро хочется после этой всей злости», — говорит Анна Лысенкова.

25.03.2019 Интернаты во всем в мире ликвидируют, а в России построят новые

Минтруд России в 2016 году объявил реформу ПНИ, в результате которой качество жизни проживающих в них людей должно было значительно улучшиться. Тогда, три года назад, правительство обещало дать тем, кто проживает в ПНИ, шанс на получение частичной дееспособности и человеческие условия проживания. Но 5 февраля этого года стало известно, что государство выделило на 2019-2024 гг. более 50 миллиардов на строительство и реконструкцию интернатов, в основном, психоневрологических (ПНИ). Об этом рассказал Министр труда и социальной защиты Максим Топилин. Что это означает на деле?

А нам говорят, что нужных денег нет

Представители общественных организаций неоднократно высказывались, что жизнь людей в ПНИ закрытого типа напоминает существование заключенных в тюрьмах, и предлагали альтернативные формы решения этой проблемы.

Сергей Колосков , Президент Ассоциации Даун Синдром, руководствуясь информацией из открытых источников, подробно описал в своем фейсбуке , какие средства выделены на строительство каждого нового здания. По мнению Сергея и других представителей общественных организаций, строительство социальных квартир или домов сопровождаемого проживания обошлось бы государству гораздо дешевле, но дало бы реальное улучшение качества жизни:

– Двери в сопровождаемое проживание для таких, как моя дочь – инвалидов с детства, закрываются на многие годы – для них, да и для нас, уже совсем не молодых их родителей, строят интернаты за 50 миллиардов рублей. (…) Для сопровождаемого проживания наших взрослых детей нужны средства, как на их сопровождение и жилье для проживания в малых группах, так и на оплату работы их опекунов, если мы, их родители, по болезни, старости или ухода из жизни уже не сможем о них заботиться. (…) В министерствах и ведомствах говорят, что сопровождаемое проживание поддерживают, но нужных денег у государства сейчас нет, нет жилфонда для квартир сопровождаемого проживания и средств на его создание, и тем более нет средств на оплату работы профессиональных опекунов недееспособных, у которых нет близких родственников, которые могут быть их опекунами.

Это устаревшие малограмотные представления

Лидия Мониава, директор благотворительного фонда“Дом с маяком” считает инициативу устаревшей и малограмотной. По ее мнению, чиновники просто привыкли к устоявшемуся правилу о том, что инвалиды должны находиться в учреждении и под присмотром.

– Мне кажется, очень важно, чтобы в городах были разные формы проживания для взрослых людей с инвалидностью. На мой взгляд, самый лучший вариант – это сопровождаемое проживание, когда человек продолжает жить у себя дома или в социальной квартире, но ему предоставляются социальные услуги, к нему приходят социальные сотрудники и сопровождающие. У разных людей – разные потребности: кому-то требуется круглосуточное сопровождение, кому-то – несколько часов в день, к кому-то можно заходить один раз в день. Важно, чтобы для каждого человека создавалась индивидуальная программа сопровождения.

Как рассказала Лидия Мониава, сейчас такие квартиры сопровождаемого проживания стали появляться в России, и это дает возможность людям с инвалидностью жить максимально обычной, нормальной жизнью.

– Существует и другая форма: некоторые люди не хотят жить одни, и во всем мире есть практика так называемых “общинных домов”, где проживают люди, объединенные общей идеей, верой, религией. Например, движение “Вера и Свет”, которое создал Жан Ванье. Общины этого движения есть по всему миру. При общинах есть маленькие дома, в которых могут жить вместе не больше 5-7 человек. Люди не чувствуют себя одиноким, так как живут вместе с кем-то. Хорошо, когда есть разные формы, и человек может выбрать то, что ему ближе.

По мнению эксперта, укрупнение ПНИ происходит под влиянием советских представлений о надежности государственных учреждений, когда было принято отдавать детей на воспитание, лечиться только в стационаре, и инвалиды должны были быть под присмотром.

– Это устаревшие малограмотные представления о том, как должна быть реально организована помощь для инвалидов. Мне кажется, если бы наши руководители департаментов, министерств, которые принимают эти решения, поездили бы по миру, чтобы посмотреть разные формы проживания, изучили, как организована помощь в других странах, почитали бы исследования на эту тему, они стали бы действовать по-другому, а не так, как принято делать последние 100 лет.

Все известно и описано, но мы строим новые тюрьмы

Журналист Вера Шенгелия постоянно следит за темой психоневрологических интернатов, у себя в фейсбуке она также высказалась против новой “реформы”. В комментарии “Правмиру” она объяснила – чтобы изменить систему, надо начинать точно не со строительства новых ПНИ.

– 50 миллиардов – сумма огромная, и, конечно у меня нет иллюзий — едва ли ее сейчас возьмут и направят не на интернаты, а на развитие сопровождаемого проживания. Но и сказать, что хотя бы одна общественная организация сейчас может выйти с предложением “дайте нам эти 50 миллиардов и мы сделаем все по-другому”, я тоже не могу. У нас нет закона о распределенной опеке, нет законодательной базы, которая позволила бы вот так запросто провернуть какие-то альтернативные формы проживания людей с особенностями, у нас нет обученного персонала, нужного количества волонтеров, у нас нет толерантности в обществе — спросите, кто хотел бы купить квартиру в доме, где несколько квартир заняты под сопровождаемое проживание.

Как поясняет журналист, в России есть подобные проекты в Петербурге, Пензе, Владимире, Пскове, сопровождаемое проживание есть Порхове, есть дом в деревне Раздолье.

– О том, что людям с особенностями лучше жить в таких местах, а не в закрытых изолированных учреждениях, уже было сказано бесчисленное количество раз. Все это известно, описано, вся литература переведена на русский язык. И вот мы узнаем, что 50 миллиардов выделили на постройку новых “тюрем” для этих людей

Читать еще:  Прошагаем! Как одна учительница инклюзивный класс создавала

По словам Веры Шенгелии, переход на альтернативные формы – долгий и сложный процесс. Но точно ничего не изменится, если строительство ПНИ продолжить.

Почему это преступление перед людьми и страной

Любовь Аркус , Президент фонда “Выход в Петербурге”, создатель центра обучения, социальной абилитации и творчества для людей с аутизмом «Антон тут рядом”, в своем посте в фейсбуке рассказала, почему реформирование существующей системы в альтернативные структуры сопровождаемого проживания действительно выгодно обществу и государству, и почему настоящая реформа на деле не происходит.

– ПНИ в том виде, в каком они существуют в нашей стране, уже ликвидированы во всех цивилизованных странах. Остались мы и страны третьего мира. А поскольку мы подписали международную Конвенцию, то просто обязаны эту реформу осуществить.

Государству трудно. Страна большая, бюрократическая машина неповоротливая. На помощь государству пришли НКО – с изученным и проанализированным мировым опытом, с цифрами, с методиками, с технологиями, с пошаговым планом. Никто и не предполагал (идиотов тут нет), что дело это быстрое.

Предполагалось, что должно начаться повсеместное создание альтернативных структур: малонаселенные дома с обеспечением ухода, квартиры с поддержанным проживанием, инфраструктуры для дееспособных ментальных инвалидов – мастерские, мини-фермерские хозяйства и пр. Более того, не дожидаясь никаких инициатив со стороны государства, в городе Пскове (великий Андрей Царев), в городе Владимире (Юрий Кац), в городе Порхове (Алексей Михайлюк), в городе Петербурге (ГАООРДИ, Перспективы, Антон тут рядом) начали в реальной жизни и в реальном времени все это строить. Лично мы (про других не скажу) почти без участия госденег.

Что понимается под альтернативой? Нина, Шурик, Саша, Антон, Никита, Наташа, Женя, Ваня, Коля – живут с сотрудниками в арендованных квартирах, обучаются бытовым навыкам и навыкам самообслуживания, с утра до 5 вечера работают в мастерских, на выходных видятся с родителями (у кого они есть), по специальным программам ездят за город, посещают музеи и пр. Цена вопроса: меньше 30 тысяч рублей на одного человека. А без учета нашей коммерческой аренды — меньше 20)

Так вот! В интернат из госбюджета на одного человека поступает сумма несравненно большая. Потому что только номинально около 70 тыс. А если прибавить сюда содержание “освенцима” (бездонная прорва с учетом воровства подрядчиков), то будет во много раз больше. А если сюда еще прибавить пенсии ребят, которые пойдут на их жизнь (продукты, проезд, развлечения, одежда, транспорт и т.д.), то разрыв станет еще больше! А если сюда прибавить зарплаты соцработников, которые можно “переключить” на прямые их обязанности – то разрыв станет попросту огромным!

Подводим итог. С точки зрения гуманизма, совести, стыда, человеколюбия – реформа 100 процентов, 1000, миллион процентов необходима и выгодна обществу. С точки зрения финансовой затратности – выгодна государству. С точки зрения репутации страны – немалая польза объявить об этой реформе миру. С точки зрения рынка труда: сколько молодых специалистов получат работу со смыслом!

А почему этого не происходит? Вы думаете, что я считаю Путина виноватым? Нет. Тысячи мелких интересантов со своими малыми и большими бизнесами участвуют в строительстве и преумножении этих конвейеров смерти. Десятки тысяч рук греют на этом свои гешефты – на распиле, на квартирах, на замороженных пенсиях, на поставках лекарств, на поставках продуктов питания, на воровских строительных подрядах.

И мой личный итог. Эти 50 млрд на строительство НОВЫХ ПНИ и реконструкцию старых – это преступление. Перед людьми и перед страной. Перед подопечными интернатов и перед сотрудниками интернатов. Перед нашими стариками, нашими детьми, которых автоматом из ДДИ переходят в ПНИ.

Общество

Здоровье

«Полный карантин»: как закрывают интернаты и дома престарелых

Минтруд рекомендовал закрыть на карантин интернаты и дома престарелых

Минтруд рекомендует регионам закрыть на полный карантин интернаты, дома престарелых и прочие стационарные соцучреждения во избежание распространения коронавируса. Отмечается, что в 29 регионах власти уже последовали совету ведомства. Еще 46 областей России сделали это частично, а в 23 регионах идет подготовка к закрытию организаций на двухнедельный карантин.

Минтруд рекомендует региональным властям закрыть на карантин стационарные учреждения социального обслуживания, где проживают пожилые люди, из-за активного распространения коронавируса.

«Мы направили телеграмму во все регионы с рекомендацией закрыть на полный карантин стационарные организации вместе с сотрудниками этих организаций Сейчас такой процесс идет, формируются сменные бригады на 14 дней из сотрудников этих организаций», — сообщила замминистра труда и социальной защиты РФ Ольга Баталина.

По ее словам, в 29 регионах страны (из 85) уже полностью закрыты все стационарные учреждения для пожилых россиян. Власти большинства регионов страны сделали это частично, в более 20 российских областях соцучреждения только готовятся к закрытию.

«По состоянию на сегодняшний день в 29 регионах стационары закрыты полностью вместе с сотрудниками, в 46 регионах закрыта часть организаций — это организации с наибольшим количеством проживающих и в тех населенных пунктах, где мы видим серьезное повышение эпидпорога по коронавирусу», — отметила она.

Помимо закрытия на двухнедельный карантин домов престарелых Минтруд также рекомендовал повысить выплаты и надбавки для сотрудников, которые будут во время карантина следить за постояльцами этих стационаров. По словам Баталиной, финансовую поддержку работников можно обеспечить за счет средств резервных фондов регионов.

Во время онлайн-конференции замглавы ведомства также отметила, что коронавирус был диагностирован у 457 людей, которые проживают или работают в 16 психоневрологических и других интернатах в семи российских регионах. Среди инфицированных 390 — постояльцы интернатов, а 67 — сотрудники этих соцучреждений. При этом Баталина отметила, что 120 человек госпитализированы.

Замминистра считает, что «это было неизбежно». «Как именно коронавирус проникает в стационары, пока у нас два основных примера, которые так или иначе повторяются в организациях», — обратила внимание Баталина.

Согласно первому сценарию, сотрудники являются источником заражения. «Они живут ровно так же, как мы с вами, — они ездят на общественном транспорте, ходят в магазины, общаются с другими людьми. Понятно, что даже принимая все меры предосторожности, они общаются с людьми, которые являются носителями коронавируса, у которых нет ни повышения температуры, ни ярко выраженных проявлений даже ОРВИ», — отметила Баталина.

По второму сценарию развития очагов коронавируса в стационарных соцучреждениях, вирус начинает распространяться после того, как кто-то из проживающих возвращается в интернат из медучреждений. «Проживающие в интернатах довольно часто проходят медицинское обследование и лечатся в медицинских организациях», — добавила замминистра труда и социальной защиты.

Более двух недель назад Минтруд РФ вместе с Минпросвещения, Минздравом и Роспотребнадзором дал рекомендации регионам по ограничению доступа посторонних в психоневрологические интернаты и в детские дома во избежание образования очагов распространения коронавируса. Помимо этого. Было рекомендовано обеспечить круглосуточное медицинское наблюдение за состоянием здоровья жителей интернатов, а также предоставить им психологическую помощь при необходимости. Кроме того, были запрещены все массовые мероприятия.

За время распространения коронавируса в России возникло несколько вспышек заболевания в интернатах. Одна из них произошла в Саратовской области. В Вяземском доме-интернате для пожилых и инвалидов было зафиксировано более 80 зараженных. При этом, как минимум один постоялец умер. Им был 74-летний мужчина с подтвержденным COVID-19.

В настоящий момент ситуация в доме-интернате стабилизировалась, отмечает региональный оперштаб со ссылкой на исполняющего обязанности директора данного учреждения Михаила Шипилова. Отмечается, что тех, у кого заболевание протекало с осложнениями, перевели «в местную районную больницу, а также в инфекционный госпиталь в Смоленске». «В общей сложности на текущий момент на лечении в стационаре находятся 67 человек», — пишет оперштаб.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector