0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Господи, дай мне терпения Только поскорее!

Дай мне мужество изменить то, что я могу изменить.

Есть молитва, которую считают своей не только приверженцы самых разных конфессий, но даже неверующие. По-английски ее именуют Serenity Prayer – «Молитва о спокойствии духа». Вот один из ее вариантов:

«Господи, дай мне спокойствие духа, чтобы принять то, чего я не могу изменить, дай мне мужество изменить то, что я могу изменить, и дай мне мудрость отличить одно от другого».

Кому ее только ни приписывали – и Франциску Ассизскому, и оптинским старцам, и хасидическому рабби Аврааму-Малаху, и Курту Воннегуту.
Почему Воннегуту – как раз понятно. В 1970 году в «Новом мире» появился перевод его романа «Бойня номер пять, или Крестовый поход детей» (1968). Здесь упоминалась молитва, висевшая в оптометрическом кабинете Билли Пилигрима, главного героя романа.

«Многие пациенты, видевшие молитву на стенке у Билли, потом говорили ему, что она и их очень поддержала. Звучала молитва так:
ГОСПОДИ, ДАЙ МНЕ ДУШЕВНЫЙ ПОКОЙ, ЧТОБЫ ПРИНИМАТЬ ТО, ЧЕГО Я НЕ МОГУ ИЗМЕНИТЬ, МУЖЕСТВО – ИЗМЕНЯТЬ ТО, ЧТО МОГУ, И МУДРОСТЬ – ВСЕГДА ОТЛИЧАТЬ ОДНО ОТ ДРУГОГО.
К тому, чего Билли изменить не мог, относилось прошлое, настоящее и будущее»
(перевод Риты Райт-Ковалевой).

С этого времени «Молитва о спокойствии духа» стала и нашей молитвой.
А впервые она появилась в печати 12 июля 1942 года, когда «Нью-Йорк таймс» поместила письмо читателя, который спрашивал, откуда эта молитва взялась. Только ее начало выглядело несколько иначе; вместо «дай мне спокойствие духа (serenity of mind) – «дай мне терпение». 1 августа другой читатель «Нью-Йорк таймс» сообщил, что молитву составил американский проповедник-протестант Рейнхольд Нибур (1892–1971). Эту версию ныне можно считать доказанной.

В устном виде молитва Нибура появилась, по-видимому, в конце 1930-х годов, но широкое распространение получила в годы Второй мировой войны. Тогда же ее взяли на вооружение «Анонимные алкоголики».

В Германии, а затем и у нас, молитва Нибура приписывалась немецкому богослову Карлу Фридриху Этингеру (K.F. Oetinger, 1702–1782). Тут вышло недоразумение. Дело в том, что ее перевод на немецкий был опубликован в 1951 году под псевдонимом «Фридрих Этингер». Этот псевдоним принадлежал пастору Теодору Вильгельму; сам он получил текст молитвы от канадских друзей в 1946 году.

Насколько оригинальна молитва Нибура? Берусь утверждать, что до Нибура она нигде не встречалась. Исключение составляет лишь ее начало. Уже Гораций писал:

«Тяжко! Но легче снести терпеливо /
То, чего изменить нельзя»

(«Оды», I, 24).

Того же мнения был Сенека:

«Лучше всего претерпеть то,
чего ты не можешь исправить»

(«Письма к Луцилию», 108, 9).

В 1934 году в одном из американских журналов появилась статья Джуны Пёрселл Гилд «Зачем нужно ехать на Юг?». Здесь говорилось: «Многие южане, по-видимому, очень мало делают для того, чтобы стереть страшную память о Гражданской войне. И на Севере, и на Юге не у всех хватает спокойствия духа, чтобы принять то, чего нельзя изменить» (serenity to accept what cannot be helped).

Неслыханная популярность молитвы Нибура привела к появлению ее пародийных переделок. Наиболее известна из них сравнительно недавняя «Молитва офисного работника» (The Office Prayer):

«Господи, дай мне спокойствие духа, чтобы принять то, чего я не могу изменить; дай мне мужество изменить то, что мне не по нраву; и дай мне мудрость спрятать тела тех, кого я убью сегодня, ибо они достали меня. А еще помоги мне, Господи, быть осторожным и не наступать на чужие ноги, ибо над ними могут быть задницы, которые мне придется целовать завтра».

Вот еще несколько «неканонических» молитв:

«Господи, огради меня от желания высказываться всегда, везде и обо всем»
– так называемая «Молитва на старость», которая чаще всего приписывается знаменитому французскому проповеднику Франциску Сальскому (1567–1622), а иногда и Фоме Аквинскому (1226–1274). На самом деле она появилась не так уж давно.

«Господи, спаси меня от человека, который никогда не ошибается, а также от человека, который дважды делает одну и ту же ошибку».
Эта молитва приписывается американскому врачу Уильяму Мейо (1861–1939).

«Господи, помоги мне отыскать Твою истину и убереги меня от тех, кто уже нашел ее!»
(Автор неизвестен).
Утащено отсюда, спасибо Nora Eleo

Господи дай мне терпения

Мы часто молимся именно таким образом, просто и без лишних размышлений говорим: «Господи дай мне терпение!», или «Господь наполни мое сердце любовью!», ну и еще «Научи меня Отче смирению».
Молимся и предполагаем, что терпение упадет на голову как снег в январе. Проснулся, а он уже лежит, и я уже такой терпеливый, дальше просто некуда, просто переполняет меня желание терпеть и безропотно сносить все беды житейские, неурядицы и людей мне их приносящих. Таким же образом надеемся стать необычайно добрыми и любящими, так просто, словно по взмаху волшебной палочки. А уж про смирение вообще не стоит переживать, помолился и все. С завтрашнего дня, смиреннее тебя может быть только Моисей, который назван самым кротчайшим человеком на земле. Ударят меня, я тотчас подставлю другую щеку, подрежет водитель на дороге, а мы ему «Благослови тебя Господь, возлюбленный нами человек!», жена упрекнет, а мы смиренно склонив голову произнесем «Буду молиться за тебя дорогая».
Нам кажется, все будет именно так. Легко, просто, без особых переживаний. Но как оказывается в последствии, все не так просто. И даже больше, все не так как нам хотелось бы. Молился о терпении, а тут эти соседи неверующие достали уже, пошел и сказал в гневе все что о них думаю. Вчера просил любви. А сегодня стою, бессильно опустив руки, и спрашиваю сам себя, ну как можно любить такого бессовестного человека, как продавщицу обманувшую меня. Смирения просил, так не дает Господь почему то. Вот опять сказал нехорошее слово на нахального водителя, потрепавшего мне нервы в дорожном путешествии.
И вот тогда нам все кажется удручающе непонятным. Почему так? – спрашиваем мы. Или не слышит Господь наших молитв. Не верю, не может такого быть чтобы не слышал. Или не хочет отвечать. И такую мысль не могу принять, потому что Он Добр и на молитвы детей своих отвечает, и уж тем более на такие благочестивые нужны как наши, нужда в терпении смирении и любви, что может быть Ему угоднее. Так что же, может это мы, что-то делаем не так. И вот здесь признаю, может. Все так, быть может, потому что молимся мы в простоте нашего христианского сердца, особо не размышляя и не задумываясь над сказанным, хотя вот поразмышлять, может быть очень даже нужно и полезно.
Вот так вот, как мы, молился мой хороший друг. Молился он, находясь в тюрьме, в которой, Господь благоволил открыть ему истину. Это чудо, он уверовал без людей, просто читая Писание. И вот самостоятельно, других верующих в тюрьме не было, возрастая духовно, в один из обычных тюремных дней, мой товарищ перед сном, преклонил колени и помолился. Так же как и мы с вами сказал:
— Господи дай мне терпения.
Ну нужно человеку терпения, чтобы по-христиански смиренно сносить несправедливости и беззакония тюремной жизни. Помолился и заснул, улыбаясь и радуясь тому что проснется завтра утром, а терпение уже тут как тут, готово, еще тепленькое, греет душу его ищущую праведности в не очень уж подходящем для святости месте. Думает, открою поутру глаза выйду из барака, а вокруг, милые лица, собратьев по заключению, и вспомню, как раньше хотелось мне их прибить на месте, ну или ударить или слово гневное сказать, только усмехнусь добродушно. Сегодня обнять всех захочется. Сказать ах ребятушки вы мои, до чего же люблю я вас. Утешается надеждами прекрасными и засыпает.
А поутру сообщают ему, что в лагерь привезли человека верующего. Вот так чудо. То он один был одинехонек, а теперь. Теперь жизнь духовная разгорится пламенем неугасимым в общении с братом долгожданным. Побежал он к нему на встречу, заключил в объятия. Пригласил разделить с ним житие тюремное. Здесь нужно сказать, что товарищ мой, был очень крутого нрава. Шапки только соболиные носил, и пил только шампанское. Это еще в мирской жизни. А в жизни христианской ограничился тем, что отгородил себе комнату в барке с помощью кроватей, и никому не разрешал на них ложиться, дабы не нарушить его мирное и спокойное расположение духа и не потревожить мыслей о словах Писания, регулярно им читаемого.
Но здесь. Когда брат по вере явился. Не раздумывая, он предложил ему одну из кроватей рядом с собой стоящих. Думал, будет жить поживать да благочестия наживать общаясь с добрым человеком на темы святые.
Но не получилось, так как виделось ему. Потому что не святым и не праведным оказался новый сосед его. Сатана – вот прозвище, которое ему дали в двенадцати тюрьмах, где он побывал до встречи с другом моим. И всякий раз из тюрьмы в тюрьму его переводили по причине крайне злостного и жесткого поведение. Там зарезал одного, там избил до полусмерти, там пришиб предметом тяжелым. Оказалось, змею пригрел у себя на груди, уголья огненные сам себе за шиворот засыпал. И пошло все не так, кувырком покатилось. Сатана этот очень уж буйный оказался, полный псих, и резать друга моего неоднократно пытался, и бить и кричал как припадочный, и в истерики вдавался. И не знал он, что делать ему и как от этого негодного человека избавиться. Ну точно Сатана, и не жизнь у него началась а ад сущий.
— Бить его нельзя, я же верующий, — размышляет он. Попросить, чтоб другие с ним расправились, тоже не по-христиански получается. Пришлось терпеть. Терпел он восемь долгих месяцев, пока не перевели Сатану этого в облике человеческом в другую тюрьму, за очередные сумасшедшие выходки, нарушающие порядок тюремных законов. И тогда вздохнул мой друг облегченно, и тотчас вспомнилась ему молитва его, которой молился он восемь месяцев и один день назад, говоря «Господи дай мне терпения».
— Вот Бог и дал, послал Сатану принимающего вид ангела света, чтобы пожил рядом со мной, пока Он будет учить меня терпению. И научил таки. И не только терпению, но и ответы на молитвы наши принимать, тоже научил.
Такой правильный вывод сделал мой хороший друг. А вы теперь подумайте, как и о чем будете молиться, и каких ответов на свои молитвы ждать.

Читать еще:  20 фотографий первых дней Великой Отечественной войны

Елисей Пронин, Первомайск
Привет. Я Елисей Пронин. Люблю читать и писать. Люблю рыбалку и просто красивую природу. Верю и служу Богу открывшему мне истинный смысл жизни. Люблю говорить о том, о чем молчать нельзя — о великих делах Великого Бога.
e-mail автора: EliseyX@rambler.ru
сайт автора: личная страница

В принципе, известная точка зрения. И, видимо,истинная, если приходит очередное подтверждение.
Но получить такое испытание после молитвы о терпении-смирении — это, я считаю, только половина Божьего ответа. Но по незнанию мы часто этим и ограничиваемся, не просим у Бога дальнейшего. Потому что если на этом остановиться, то мы будем пытаться пройти это поприще своими силами. Но нам-то надо — силой Божьей! Как же тут поступить?
Я сама прохожу теперь некоторое испытание, и вот что на днях у меня получилось. Делюсь опытом (правда, простите, не хочу вдаваться в личные подробности. А так, абстрактно).
Мне нужно было сохранить в душе Божью любовь и терпение — при том неимоверном, очень тяжёлом и болезненном духовном давлении, которое теперь имею. Дух повёл молиться на языках. Обычно я мало молюсь языками — как-то забываю. А тут было очень сильное побуждение! Ну помолилась и помолилась. А вскоре у меня была сложная ситуация. И тут я сама себя не узнавала: откуда только взялась любовь, терпимость, приподнятое настроение, даже весёлость при всём комплексе болевых проблем; победный дух, неуязвимость! Та ситуация, которая была серьёзным экзаменом, в результате прошла как по маслу. Я только удивлялась, откуда берётся мудрость и знание, как себя вести, что и как говорить, как являть любовь Христа и т.п.
Только потом до меня дошло, что это — очень красноречивый результат молитвы на языках. надо как можно чаще это практиковать, и мы будем больше исполнены Духа Святого. И Он Сам будет действовать через нас!
Не знаю, допускает ли ваша деноминация этот вид молитвы.

Читать еще:  Великий Четверг. Служба двенадцати Евангелий

Комментарий автора:
Благодарю за отзыв и открытость.

spasibo. pust Bog blagoslovit vas.

мне нужны ответы по ЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕГЭЭЭЭЭЭЭЭ

Да, правда, мы просим дать нам терпение-а правильнее будет просить:» научить терпению!»терпение вырабатывается .а нам сверху дают ситуацию,при которой оно способно преобразоваться и пополнить любовь в душе.

все не просто.И терпеть, и тем более смиряться. Но каждый раз, когда одерживаешь победу над свои естеством, испытываешь радость и искренне благодаришь Бога еще за один жизненный урок. Это укрепляет нашу веру и дает нам возможность подняться над нашей мирской суетой.

Есть только одна на свете Икона… — Алексей Мочалов
Иисус Христос — икона Бога живого, смотри на Него с помощью Духа Святого.

ГОСПОДИ, ДАЙ МНЕ ТЕРПЕНИЯ. ТОЛЬКО ПОСКОРЕЕ!

ПРОТОИЕРЕЙ АЛЕКСАНДР МЕНЬ

Проповедь протоиерея Александра Меня в день памяти семи мучеников Маккавейских, на начало Успенского поста

В сегодняшнем апостольском чтении мы с вами слышали такие прекрасные, такие важные для нашей жизни слова апостола: «С терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на начальника и совершителя веры Иисуса» (104. Евр 12:1.).

Первое слово «терпение» означает, что путь нашей жизни, наше поприще — не просто гладкая дорога без препятствий; он требует терпения, для того чтобы сохранить свой дух ясным, твердым, сохранить его в уповании, в надежде, в добре. Терпение есть та сила, которая сохраняет ясность духа человека в трудных обстоятельствах. Поэтому апостол говорит, что в терпении будем проходить наш путь. И об этом терпении напоминает нам сегодня и сам Крест Христов, перед которым мы молимся, ибо он говорит о долготерпении Божием!

В этот же день мы празднуем память мучеников Маккавеев, первых мучеников, которые пострадали за истинную веру еще за 150 с лишним лет до Рождества Христова. Их заставляли поклониться идолам и отказаться от веры. Семь братьев было — и ни один из них не поколебался. Когда казнили их учителя, старца, то решили, что мать сумеет уговорить своих сыновей отказаться от веры, чтобы сохранить себе жизнь!

И им обещали не только жизнь, но и награды, богатства и почести — так было важно гонителям сломить этих семерых, чтобы поколебались и другие.

Но ни один из них не отрекся от веры. Тогда призвали их мать, думая, что у нее дрогнет сердце, но она каждому из них сказала: «Сын мой, я родила тебя, Бог дал тебе жизнь через меня, и я не хочу видеть тебя отрекшимся и посрамленным»(105. Ср. 2 Макк 7:20–23.). И тогда гонители, чтобы поколебать ее, убивали и мучили перед ее глазами каждого в отдельности! Погиб один — и она стояла твердо, погиб второй — она стояла твердо! Она была самая большая мученица среди них, поэтому и ее память тоже празднуют сегодня.

Читать еще:  Сделать аборт — Что говорят женщины, решившиеся на аборт — психолог

Представьте себе: все дети погибают на ее глазах, и не просто умирают, но умирают в страшных мучениях от рук палачей. Для нее это было хуже всякой пытки, всякого тяжелейшего испытания, но она стояла твердо, ибо знала: жизнь дарована Господом! Отпасть от Него — значит, умереть. Быть с Ним — значит, жить вечно.

Вот так погибли братья Маккавеи, превратив свое терпение в подвиг. А мать их стала первой женщиной-мученицей.

Апостол напоминает нам, что каждый из нас, встречая свои страдания, свои испытания, свои искушения, должен проходить их с терпением. А мы спросим: где же взять силы для этого терпения? Нет у нас сил человеческих! И апостол объясняет нам: будем проходить с терпением, «взирая на начальника и совершителя веры Иисуса».

Значит, терпение может прийти к нам, если мы глядим на Него, на распятого, на нашего «начальника веры», потому что Он положил в нас начало веры. Он ее совершил в нашем сердце. Смотреть на Него всегда, когда ты радостен или печален, когда ты в трудах или в отдыхе, в заботах или в ожидании, всегда помнить, что перед нами Господь распятый, распятый не просто, а за тебя, за каждого из нас!

И, смотря на Его пронзенные руки, смотря на Его плечи, на которые легли тяжелые грехи всех людей, мы найдем в себе эту силу терпения, ибо Он ее нам пошлет. Не из себя мы ее возьмем, а получим по благодати Христовой!

Для того Он явился, для того к нам пришел и нас учил, для того умер и воскрес, чтобы нас воскресить и дать нам от Своей любви помогающую, спасающую благодать.

Хлесткая поэзия Игоря Губермана

Смотрясь весьма солидно и серьезно
под сенью философского фасада,
мы вертим полушариями мозга,
а мыслим — полушариями зада.

Бывает — проснешься, как птица,
крылатой пружиной на взводе,
и хочется жить и трудиться;
но к завтраку это проходит.

Учусь терпеть, учусь терять
и при любой житейской стуже
учусь, присвистнув, повторять:
плевать, не сделалось бы хуже.

Вовлекаясь во множество дел,
Не мечись, как по джунглям ботаник,
Не горюй, что не всюду успел,
Может, ты опоздал на «Титаник»

Пришел я к горестному мнению,
От наблюдений долгих лет:
Вся сволочь склонна к единению,
А все порядочные — нет.

Обманчив женский внешний вид,
поскольку в нежной плоти хрупкой
натура женская таит
единство арфы с мясорубкой.

Я живу, постоянно краснея
за упадок ума и морали:
раньше врали гораздо честнее
и намного изящнее крали.

Я женских слов люблю родник
И женских мыслей хороводы,
Поскольку мы умны от книг,
А бабы — прямо от природы.

Когда нас учит жизни кто-то,
я весь немею;
житейский опыт идиота
я сам имею.

Крайне просто природа сама
разбирается в нашей типичности:
чем у личности больше ума,
тем печальней судьба этой личности.

Во мне то булькает кипение,
то прямо в порох брызжет искра;
пошли мне, Господи, терпение,
но только очень, очень быстро.

Бывают лампы в сотни ватт,
но свет их резок и увечен,
а кто слегка мудаковат,
порой на редкость человечен.

Не в силах жить я коллективно:
по воле тягостного рока
мне с идиотами — противно,
а среди умных — одиноко.

Когда мы раздражаемся и злы,
обижены, по сути, мы на то,
что внутренние личные узлы
снаружи не развяжет нам никто.

Умей дождаться. Жалобой и плачем
не сетуй на задержку непогоды:
когда судьба беременна удачей,
опасны преждевременные роды.

Будущее — вкус не портит мне,
Мне дрожать за будущее лень;
Думать каждый день о черном дне —
Значит делать черным каждый день.

Россияне живут и ждут,
уловляя малейший знак,
понимая, что нае*ут,
но не зная, когда и как.

Я никак не пойму, отчего
так я к женщинам пагубно слаб;
может быть, из ребра моего
было сделано несколько баб?

Любую можно кашу мировую
затеять с молодежью горлопанской,
которая Вторую Мировую
уже немного путает с Троянской.

Ум полон гибкости и хамства,
когда он с совестью в борьбе,
мы никому не лжем так часто
и так удачно, как себе.

Есть в каждой нравственной системе
Идея, общая для всех:
Нельзя и с теми быть, и с теми,
Не предавая тех и тех.

Чтоб выжить и прожить на этом свете,
Пока земля не свихнута с оси,
Держи себя на тройственном запрете:
Не бойся, не надейся, не проси.

Душа порой бывает так задета,
что можно только выть или орать;
я плюнул бы в ранимого эстета,
но зеркало придется вытирать.

Когда устал и жить не хочешь,
полезно вспомнить в гневе белом,
что есть такие дни и ночи,
что жизнь оправдывают в целом.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector