0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

«Дедушка, никто не соглашается быть лошадкой, приезжай»

«Дедушка, никто не соглашается быть лошадкой, приезжай»

Вчера молился, прочитал 62-й псалом, представил прочитанное и умилился. Вот это место по-русски:

«…Ты был помощником моим и под кровом крыльев Твоих я возрадуюсь.

Прильнула душа моя к Тебе, а десница Твоя восприяла меня».

Так и вижу Ангела, на огромной ладони которого — человеческая душа. Такая крошечная и беззащитная, наподобие моей младшей внучки Полинки.

И в то же время своевольная и уже подверженная страстям.

Ангел бережно прижимает ее к груди, а его крылья собираются и ограждают душу, точно покровом.

Мои внучки любят забираться во всякие норки, накрываться одеялами, гардинами, маминым пальто, всем, чем угодно. Главное, чтобы их искали и все время спрашивали:

— Ну, где же наша Алиса? Где же наша Полина? А вот они!

Тогда девчонки с восторгом выскакивают из убежища и хохочут.

Человек взрослеет, становится сильным и независимым, и этот восторг уходит, душа забывает время, проведенное на деснице Божией, где, укрывшись в «домике» из ангельских крыльев, доверчиво прижималась к Тому, Кто любит.

С возрастом, вновь становясь беспомощным и зависимым, ты словно приподнимаешь завесу памяти и открываешь давно забытое, но такое прекрасное место, изначально уготованное тебе Господом, — на Его руке, зарывшись лицом в Его груди.

В который раз пожалел, что не владею красками.

***
Больше месяца я не был в Москве и не видел моих девчонок. Соскучился — сил нет! А тут еще дали телефонную трубку Лисе, и она сказала:

— Дедушка, никто не соглашается быть лошадкой, приезжай.

Я посмеялся, а потом прямо-таки разбирать стало.

— Ну, а чего бы с ребенком-то не «поигогошить», трудно им там, молодым. Эх…

Собирался было поехать на неделе, но заболел. В воскресенье посмотрел: о, дальше все одни службы да по домам требы. Нет, надо срочно выбираться, хотя бы на денек.

Короче, в понедельник с утра заехали на рынок и, нагруженные подарками, направились с матушкой в столицу.

…Полинка, та все больше с бабушкой, деда пока еще сторонится, а Лиса наоборот — не отходит. С ней мы и в лошадку поиграли, и мультик про трех поросят смотрели.

Утром во вторник потаскал я ее на плечах и засобирался в магазин за продуктами.

— Лиса, ты пойдешь с дедом в магазин?

— Дедушка тебе «ангрибедз» купит.

Игрушка с непонятного вкуса конфетками — это весомый аргумент в пользу того, чтобы пойти.

Мы идем с малышкой в магазин, она показывает деду дорогу. А чтобы дед не потерялся, держит его за руку. Приходим:

— Дедушка, вот моя игрушка!

— Давай сперва купим все, что нам велено, а потом пойдем на кассу за «ангрибедзом».

— Нет, дедушка, игрушка — это самое нужное.

— Лисик, смотри, какие у тебя большие ноготочки, давай подстрижем.

Дитя в раздумье. Потом соглашается. Беру маленькие ножнички:

— Дедушка, этот ноготочек у меня самый бо ́льный.

— Не волнуйся, дед сперва его поцелует, а только потом станет стричь.

Остригли. Беремся за следующий.

— Дедушка, вот этот теперь самый бо́льный.

— Мы и его поцелуем, не волнуйся.

Ноготочки остригли. Скоро уезжать. Берем книжку сказок Киплинга и начинаем читать историю про маленького любопытного слоненка. Читая, представляю происходящее в лицах. Вот этот самый слоненок, а вот и двухцветный питон, а это — страшный крокодил.

Алиса слушает и смеется, потом вдруг прижимается ко мне сильно-сильно:

— Дедушка, я тебя люблю.

Я опешил и сразу прекратил представлять дядюшку павиана. Сколько помню, никто не говорил мне этих слов. Матушка — в силу устроения своего характера, да и не принято было в их семье проявлять чувства. А дочь больше воспитывалась мамой.

Нет, конечно, в день рождения всегда поздравляют: «Мы все тебя любим», и даже «очень-очень», но только всегда — «мы» и никогда — «я».

— Я тоже тебя люблю. Сильно-сильно, — и прижал малышку к себе.

Так и сидели два человека, прижавшись друг к другу и упиваясь этим удивительным, внезапно нахлынувшим чувством. Маленький трехлетний, такой еще беспомощный, и седой, умудренный годами и опытом.

На самом деле, это неважно, какой ты: старый или молодой, уставший от жизни или только начинающий жить. Совсем неважно. Главное, что ты способен на любовь, и драгоценнее этого чувства ничего на свете больше нет.

СВЯЩЕННИК АЛЕКСАНДР ДЬЯЧЕНКО | 23 АВГУСТА 2018 Г.

«Дедушка, никто не соглашается быть лошадкой, приезжай»

Эту книгу мы с бабушкой посвящаем нашим дорогим внучкам – Алисе и Полине

Читать еще:  Стояние 12-ти Евангелий. По местам страданий Господа

Допущено к распространению Издательским советом Русской Православной Церкви

За последние два десятка лет у нас появился новый литературный жанр – записки священника. Это закономерно: кто, как не священник, ежедневно беседующий со множеством самых разных людей, наблюдающий их жизнь на протяжении месяцев и лет, принимающий их исповеди и духовно участвующий в их судьбах, становится настоящим сердцеведом, знатоком тайных движений души и свидетелем тех спасительных путей, по которым Господь выводит каждого человека из глубин неведения, душевной слепоты, а порой и отчаянья. Он находится в самом центре народной жизни: через него совершаются крещения, дающие человеку новое рождение в Духе, и отпевания, провожающие усопшего в последний путь. Кто, как не он, может поведать и о глубинах национального сознания, и о современных нравах, о человеческих трагедиях, и, конечно, о спасительных чудесах, которые порой случаются по молитвам просящего.

Читать такие книги всегда интересно, увлекательно и полезно: с одной стороны, автор дает в них представление о социальном срезе общества и его психологическом состоянии, с другой – духовным взглядом священника проникает куда глубже поверхностной канвы, устремляясь к человеческому сердцу. Его и без того, как правило, большая семья увеличивается за счет прихожан, его личные духовные и житейские истории ежедневно пополняются новыми сюжетами и откровениями, так что само пространство его бытия расширяется, переливаясь через край собственного существования.

Новая книга протоиерея Александра Дьяченко именно такое свидетельство. Читая ее, мы словно входим в его ближний круг, знакомимся с матушкой, дочкой, матерью и отцом, зятем, а главное, с двумя маленькими внучками – Полиной и Алисой, – наблюдаем их забавные шалости, слушаем детские шутки, удивляемся их открытию мира и ранним проблескам религиозного опыта, отмечаем их взросление, внутренне подключаемся к этим очень теплым, нежным и трогательным отношениям дедушки и внучек, отца и дочери, священника и его матушки, которые здесь, в этой семье, состоящей из нескольких поколений, снова и снова возвращают нам понимание ее непреходящей ценности.

Но и прихожане храма, где служит отец Александр, составляют предмет его переживаний и забот: Виктор, у которого болеет дочка Катенька; Сережа и Аня, у которых никак не получилось родить ребенка; мэр города, чаявший дождаться внуков и получивший просимое по молитвам Церкви; бесплодная Наталья; неудавшийся самоубийца; вымоленные дети; умирающие младенцы – трехмесячный Матвейчик и двухлетний Дениска; страдающий от гемофилии восьмилетний Ванечка, его самоотверженная мать Мария…

Разные люди собираются вокруг священника, который становится для них воистину «отцом»: сельчане и горожане, работяги и бомжи, коммерсанты и военные, преподаватели и студенты, старики и дети.

Удивительны их судьбы и те пути, по которым они приходят в храм Божий, получая здесь утешение и помощь.

В сюжетах, рассказанных отцом Александром, помимо описания человеческих характеров и воспоминаний очевидцев, встает исторический фон русской жизни XX века: гонения на Церковь, Великая Отечественная война, послевоенная разруха и голод. В них всплывают и скорби современных людей – печальное наследие как богоборческой эпохи, так и развала СССР: безработица и алкоголизм, развал семей и брошенные дети, житейская неустроенность и борьба за выживание, женское бесплодие и аборты, смерть невинных младенцев, неизлечимые болезни, преступность, эмиграция, самоубийства, отказ подростков от посещения храма, а умирающих – от покаяния на смертном одре…

И все это человеческое горе стекается к священнику, призванному утешить и умирить растерянных, а то и вовсе отчаявшихся людей, преобразить их страдания в молитву упования и надежды.

Порой автор пересказывает нам истории, услышанные им от его собратьев – других священников и прихожан: это и рассказы, которые по своему жанру можно определить как святочные, это и повествования о чудесах, достойные житийных записей, это и реалистические картины жизни наших соотечественников, узнаваемые, взывающие к пониманию и сочувствию.

Несколько рассказов книги посвящают нас в печальные обстоятельства детей из сиротских домов, попавших туда по вине родителей. Тема детского страдания традиционна для русской словесности. Но тут она вплетена в канву живых историй, рассказанных священниками, опекающими детские приюты, сотрудниками детдомов или же самими детьми. Каждая судьба брошенного ребенка трагична по-своему и одинакова по своему истоку – отсутствию любви и изгнанию Бога из человеческого сердца. Неслучайно вокруг храма, где служит автор книги, есть полный набор, предоставляемый пенитенциарной системой: детская колония, зона для девочек, тюрьма для уголовников-туберкулезников.

Рассказы отца Александра Дьяченко исполнены боли за исковерканные души, поломанные судьбы, но и написаны с любовью к отверженным и «падшим». Тепло этой любви почти физически обдает читателя и не оставляет его без надежды.

Книга называется «Чудо быть дедушкой», и это название прекрасно характеризует и образ автора, и его отношение к миру: это действительно добрый пастырь, дедушка-священник, причем дедушка не только для своих внучек, о которых он записывает свои наблюдения «Дедушкины горошинки», но и для всех нас, словесных овец – прихожан и читателей, людей как церковных, так и не церковных, а лишь нерешительно стоящих у дверей храма, но ищущих любви нелицемерной и упования непререкаемого.

Читать еще:  «Горе имеим сердца!» – кто сказал, что это метафора?

Горошинка в самом начале

Сегодня венчал двоих уже пожилых людей. Решили сорокалетие совместной жизни подтвердить венчанием. В конце оба очень расчувствовались и едва сдерживали слезы.

Единственным свидетелем бабушки и дедушки была их маленькая трехлетняя внучка. Золотой ребенок, всю службу простояла не шелохнувшись.

В завершение таинства обычно предлагаешь супругам поздравить друг друга поцелуем. Затем разворачиваешь молодых к многочисленным родственникам и друзьям, а те спешат с поздравлениями.

И сейчас мы повернулись от алтаря, а в храме одна-единственная кроха. К ней я и обратился:

– Подойди, дитя, и поздравь своих дедушку и бабушку. Сегодня у них большой праздник.

Девочка подходит к дедушке, просит его наклониться и что-то шепчет ему на ухо. Дед берет ее на руки и, немного смущаясь, говорит мне:

– Батюшка, она требует поцеловать вас в щечку. Вы не против?

И малышка носиком утыкается мне в бороду.

Видимо, детское сердечко потребовало восстановить справедливость. Батюшку-то никто не поцеловал. Жалко батюшку.

А я подумал: ну вот, это же явный знак – пора собираться в Москву, там мои внучки. Там меня ждут.

Да, согласен. Дети, если мы с вами нормальные родители и выполняем свой родительский долг, безусловно, наши должники. В той или иной степени мы можем рассчитывать на их ответную благодарность.

Но не внуки. Сейчас я особенно остро понимаю, что внуки – это не обязанность, это награда. Не случайно в чинопоследовании таинства Брака, как Божие благословение, испрашивается: дождаться и увидеть «детей своих детей».

Пускай родители их растят, думают об образовании, заботятся обо всем на свете, нам достается самое сладкое – радость от общения с маленьким человеком. И даже если мы вложим в них всю свою душу, средства, оставшиеся время и силы, они все равно ничего нам не будут должны. Потому, что главное мы сами получаем уже в самом начале: радость от их улыбок, объятий, неумелых, но искренних поцелуев.

Чудо быть дедушкой. Рассказы о себе и самых близких

Издатель

Сумасшедший

Рано-рано утром, когда весь город еще спит, он встает и выходит из своего дома. Старый одинокий человек. Много лет он проработал на Севере, в местах, где солнце целых полгода не заходит за край горизонта и где ночь, когда наступает ее время, задерживается тоже на целых полгода.

Выйдя не пенсию и перебравшись на новое место жительства, в маленький городок рядом с Москвой, этот человек так и не научился просыпаться вместе со всеми. Он жил так, словно солнце все еще продолжало вставать на целых четыре часа раньше местного времени.

Старый человек надевал пальто, шапку, брал сумку и отправлялся осматривать близлежащие помойки. Рано утром, обходя помойки, человек искал хлеб, который люди выбрасывали вместе с остальным ненужным мусором. Он собирал выброшенный хлеб, садился на скамейку возле своего подъезда и крошил его мелко-мелко.

Во дворе рядом с домом у человека было излюбленное место, где хлебом, который люди выбрасывали на помойку, он кормил голубей. У птиц нет часов, но каким-то непонятным образом голуби прилетали во двор к старику в один и тот же час.

Он стоял в окружении птиц и кидал им крошки. Каждое утро соседи видели, как он кормит птиц.

Маленькая девочка Алиса стоит на подоконнике. Она приехала в гости к дедушке и бабушке. Утром, даже не позавтракав, она уже забралась на подоконник и с высоты пятого этажа смотрит во двор. Во дворе согбенный старик кормит голубей.

– Мама, – кричит Алиса, – я тоже хочу пойти во двор и кормить голубей вместе с этим дедушкой!

Мама подходит к окну.

– Ой, дочка, только не с этим дедушкой.

– Все говорят, будто он сумасшедший.

– А что значит «сумасшедший»? – интересуется Алиса.

Мама в замешательстве. Она не знает, как маленькой девочке объяснить значение этого слова.

– Он каждое утро ходит по помойкам, собирает хлеб, который люди выбросили. Потом приходит сюда во двор и кормит им голубей.

Алиса молчит. Она пытается понять, что ей рассказывает мама.

– Значит, кто кормит голубей, тот сумасшедший?

– Нет! Голубей он кормит потому, что любит птиц, любит природу. Просто все его соседи полагают, будто он сумасшедший.

– А его соседи тоже кормят голубей?

– Нет. Они этого не делают.

– Потому, что они не любят птиц? Значит, они не сумасшедшие?

– Они нормальные люди и никого не кормят. – Мама начинает раздражаться. Вопросы девочки ставят ее в тупик. Она не знает, как ей отвечать. – Но к этому дедушке ты все равно не подходи.

Читать еще:  Общее каноническое положение Православной Церкви в Италии

Мама уходит на кухню, а девочка Алиса продолжает смотреть в окно. В это время, закончив кормить голубей, странный дедушка берет на руки большого пушистого черного котика с белой грудкой и белыми носочками на задних лапках.

Алиса знает этого котика. Вчера, когда они разгружали машину, Черныш сидел у подъезда и смотрел на девочек. Алиса даже успела погладить Черныша по носику. Девочка гладила, а довольный кот урчал.

– Мама, мама! – кричит Алиса. – Этот дедушка взял Черныша на ручки. Он его гладит по голове. Мама! Этот дедушка точно сумасшедший, он еще и котиков любит!

Любовь

Вечером в доме у дедушки зазвонил телефон. Поднимает он трубку и слышит в ней голос своей любимой внучки Алисы. Больше месяца не виделся дедушка со своими девочками и очень по ним соскучился.

– Дедушка, никто не соглашается быть лошадкой, приезжай.

Старик в ответ посмеялся, а потом ему стало жалко его маленьких друзей. Он вспоминал, как дружно они втроем играли в лошадку. Дедушка опускался на колени, опирался руками о пол и превращался в лошадку. Полинка и Алиса тут же устраивались у него на спине и отправлялись в путешествие по квартире. Путешествие, полное опасностей и приключений. То-то было весело.

– Трудно им там, молодым, с ребенком «поигогошить». Эх… – сокрушается дедушка. – Что же, придется ехать.

Собирался на прошлой неделе, да вот приболел. Потом просмотрел календарь, увидел, что времени свободного у него еще долго не предвидится, и решил ехать немедленно.

С бабушкой собрали они разные деревенские подарки и отправились к внучкам в большой город, погостить.

Маленькая Полинка от дедушки за месяц успела отвыкнуть, потому поначалу от него сторонилась, а вот Алиса, наоборот, от деда ни на шаг. С ней они и в лошадку поиграли, и мультик смотрели про трех поросят. Так было хорошо.

Утром следующего дня они сперва играли в лошадку, а потом дедушка засобирался в магазин за продуктами. Мама спрашивает Алису:

– А ты с дедом пойдешь в магазин?

– Дедушка тебе «ангри бедз» купит, – добавляет мама.

Игрушка с непонятного вкуса конфетами – весомый аргумент в пользу того, чтобы пойти.

Алиса с дедом идут в магазин, девочка показывает ему дорогу. А чтобы дед не потерялся, держит его за руку. Приходят они в магазин, Алиса видит игрушку и показывает на нее пальчиком:

– Дедушка, вот моя игрушка!

Дедушка предлагает сперва набрать в корзинку необходимые продукты, а потом пойти на кассу за «ангри бедзом».

– Нет, дедушка, игрушка – это самое важное.

Вернулись домой. Дед помогает внучке раздеться и обращает внимание на ее ноготочки.

– Ой, смотри, какие у тебя большие ноготочки, давай пострижем.

Алиса в раздумье. Она не любит стричь ногти. Потом соглашается. Девочке стыдно, она уже такая большая, а стричь ногти боится. Дед берет маленькие ножнички, и они вдвоем садятся на диван.

– Дедушка, этот ноготочеку меня самый больный.

– Не волнуйся, дед сперва его поцелует, а только потом станет стричь.

Остригли. Берутся за следующий.

– Дедушка, вот этот теперь самый больный.

– Мы и его поцелуем, малыш, не волнуйся.

Ноготочки постригли. Дедушке скоро уезжать. Он берет книжку сказок английского писателя Киплинга и начинает читать Алисе историю про маленького любопытного слоненка. Читая, представляет происходящее в лицах. Вот этот самый слоненок, а вот и двухцветный питон, а это – и вовсе страшный крокодил.

Алиса слушает и смеется, потом вдруг прижимается к дедушке сильно-сильно:

– Дедушка, я тебя люблю.

От неожиданности дедушка растерялся и сразу прекратил читать про дядюшку павиана. Сколько он себя помнит, никто не говорил ему этих очень важных слов. Ни бабушка, ни Алисина мама, никто. В бабушкиной семье, когда она сама еще была маленькой, не принято было проявлять чувства напоказ. Потому она так же воспитывала свою дочку, будущую маму Алисы и Полинки.

Нет, конечно, в день рождения все дедушку поздравляют и говорят: «Дедушка, мы все тебя любим, и даже очень-очень!» Только они всегда говорят «мы», но никто не говорит ему «я».

– Я тоже тебя люблю, – отвечает дедушка. – Сильно-сильно. – И прижимает малышку к себе.

Они так и сидели, прижавшись друг к другу и упиваясь этим удивительным, внезапно нахлынувшим чувством. Между маленьким, трехлетним, таким еще беспомощным человечком и седым, умудренным годами и опытом пожилым человеком.

На самом деле, это не важно, какой ты, старый или молодой, уставший от жизни или только начинающий жить, совсем не важно. Главное, что ты способен на любовь, и драгоценнее этого чувства ничего на свете нет.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector