0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Альфа и Омега Марины Журинской : эссе, статьи, интервью

Марина Журинская — Альфа и Омега Марины Журинской. Эссе, статьи, интервью

Описание книги «Альфа и Омега Марины Журинской. Эссе, статьи, интервью»

Описание и краткое содержание «Альфа и Омега Марины Журинской. Эссе, статьи, интервью» читать бесплатно онлайн.

Книга М. А. Журинской (1941–2013), бессменного редактора православного журнала «Альфа и Омега», готовилась к годовщине смерти автора. В этот сборник вошли статьи, эссе, интервью разных лет. Марина Андреевна, искренний и открытый человек, рассуждает в них обо всем на свете: о вере православной, о жизни общественной и семейной, об искусстве и природе. Взгляды автора часто оригинальны. Книга будет интересна всем думающим людям.

Альфа и омега Марины Журинской. Эссе, статьи, интервью

Допущено к распространению Издательским Советом Русской Православной Церкви

© Тестелец Я.Г., текст, 2015

© Данилова А.А., составитель, 2015

© PRAVMIR.RU, интернет-портал «Православие и мир», 2015

© Издательство «ДАРЪ», 2015

Как известно, Герцена разбудили декабристы. Безвременно разбуженный пытливо осмотрелся и принялся будить разночинцев, которых было много, и никто не брался предсказать, какое количество спящего народу растолкает неистово-сознательная молодежь. У нас, православной молодежи девяностых, были свои будильники и вдохновители, герцены и декабристы. В Церкви мы были дикарями, но наши глаза еще не растеряли своего огня, а сердце умело пылко и взволнованно биться от неожиданных встреч и таинственных известий. Россия тогда была перед Вторым пришествием, а молитва в церковных руинах вдохновляла больше кафедрального великолепия.

Потом появился Кураев, лекции Осипова, из громокипящего кубка Москвы доходили неясные слухи то об открывшемся богословском институте, то об необычайно содержательном журнале или посмертных вещаниях старцев. Из столицы к нам, в провинцию, спешили пыльные курьеры, или, как их тогда называли, «книжники», – вестники церковных издательств, и мы жадно набрасывались на обрывки столичного великолепия, на разрозненные номера журналов, на отдельные тома книг. Москву я чувствовал руками – они просто обрывались от бесчисленных сумок, чреватых книгами, и так после каждой поездки. И я, и мои новые церковные товарищи, большинство из них, из тех, кто сейчас преподает, пишет книги, возглавляет архиерейские кафедры и монастыри, прошли один путь, отправной точкой которого было иподиаконство – послушание прислуживать епископу во время богослужения.

Среди нас были школьники, студенты, иногда молодые ученые. Просто – прибившаяся к Церкви молодежь. Ничего серьезного и отрадного. Я встретил только одного человека, который на эту молодежь смотрел с вдохновляющей надеждой, взглядом, ободряющим к жизни и творчеству. Марина Андреевна Журинская. Человек, умевший правильно будить. Вы спросите, и вполне справедливо: как же она «будила», многие тогда и имени ее не знали? Имени не знали, это верно. Но ее легендарный журнал «Альфа и Омега» читался всеми моими приятелями, читался порой жестоко и безжалостно, его зачитывали, копировали, забывали вернуть. Как-то Марина Андреевна призналась, что издает этот журнал для иподиаконов, которые потом станут епископами, священниками и богословами, и то, что они вычитывали в ее журнале, прорастет, хотят они того или нет. Так далеко она смотрела, разглядев в нас, в мальчишках, будущий лик и голос Церкви. Тогда я не обратил внимания на эти слова (как много слов, на которые я не обращал тогда внимания!), и лишь теперь понимаю, как мало людей, способных так смотреть и так видеть.

Однажды я спросил у Марины Андреевны:

– Можно мне называть вас Диотимой? Вы не обидитесь?

– Ах, отче, не вы первый называете меня так.

У Сократа была Диотима. Об этой удивительной женщине рассказывает платоновский «Пир». Сократу повезло – он встретил человека, который научил его не просто смотреть, но видеть. Случается, что одаренный быть Сократом так и не встретит свою Диотиму. А бывает, наоборот, – Диотиме не везет с сократами. У Марины Андреевны случались сократы, но я не боюсь, что не принадлежу к их числу. Но я видел настоящую Диотиму. Она учила видеть и обладала удивительным даром отрезвляющей мысли.

Чудом было то, что мы вообще встретились. Какие были шансы на эту встречу? Марина Андреевна – блестящий ученый, автор научных трудов, редактор серьезного журнала, кроме того, – живет в Москве и старше меня значительно. А в белорусском городе Гомеле неприлично молодой монах в только что открытом монастыре случайно добыл несколько номеров «Альфы и Омеги», оставленных очередными заезжими «книжниками» на дне пустых коробок. Открыл журнал и – возблагоговел! Аверинцев, Флоровский, Мейендор, Лосский – и ничего лишнего и пустого. Это было событие!

Такой литературы мне еще не встречалось, и я решил узнать больше об этом удивительном издании. Обнаружил номер телефона. Дозвонился. И со мной стали разговаривать! На другом конце провода в далекой Москве весело и доброжелательно, долго и вдумчиво со мной говорила самая мудрая женщина на свете. Это было в 1995 году. И мы стали беседовать регулярно, и я узнал, что не такие уж мы и чужие: легендарный журнал – ровесник нашего монастыря, а мама Марины Андреевны происходит из Гомеля. Очень волнительно было мне встретиться лично. У нашего настоятеля, архимандрита Антония (Кузнецова), хранились письма владыки Варфоломея (Ремова), и мы предложили их опубликовать в родном для нас журнале. Мне выпала честь отвезти их в Москву. Я, как это водится, ошибся квартирой, но в конце концов добрался по адресу. Две пожилые, но очень внимательные и добрые женщины, какой-то старинный компьютер, шкафы с книгами. Мне бы хотелось подробно описать эту первую встречу, но я тогда был слишком молод и страшно волновался. Это была старая квартира Марины Андреевны, и я бывал там еще раз, и чудесный, теперь уже ставший легендарным кот Мишка позволил себя погладить.

А потом как-то неожиданно у нас завязалась переписка, длившаяся почти десять лет. О чем мы там переписывались, перешептывались на письме? Сейчас это важно только для меня. У нее было какое-то врожденное здравомыслие и дар трезвости, которым она делилась щедро, одной фразой, взглядом, жестом внося ясность в, казалось, безнадежно запутанный вопрос. Марина Андреевна через письма хорошо знала нашу жизнь и добрую (и даже худую) половину братии, ни разу не видев никого из них. И еще она имела дар убеждения. Довольно долго она уговаривала меня что-нибудь написать для журнала, и я поддался уговорам. С тех пор не могу остановиться.

Только не подумайте, что мы отсылали друг другу философские трактаты. Все было просто, человечно, сердечно. У Марины Андреевны было уникальное чувство юмора, и она умела даже свои проблемы со здоровьем обратить в изящную шутку. Вот она пишет:

«Молитвенник из меня никакой, но мне ли не знать, что такое ноги! При чтении беллетристики (грешна!) я обращаю внимание на то, что герои ходят, идут куда-то пешком, прогуливаются, – и какое же это блаженство. Одно утешение: даже при желании я никак не могу идти на совет нечестивых». Люди, близко знавшие Марину Андреевну, ее проблемы со здоровьем знают цену этой улыбки, как тяжело ей давался этот чудесный юмор, это очаровательное озорство.

Читать еще:  Муж изменяет, начальник пристает – батюшка, что делать?

Много лет Марина Андреевна хотела написать текст о христианском прочтении «Левконои». Это знаменитое стихотворение Горация, которое мало кто читал целиком, но многие помнят знаменитое carpe diem – «лови момент», «хватай мгновение». У нее был дар радоваться жизни, ее простым дарам, ее детским тайнам и утешениям. Она любила людей, кошек, цветы, музыку, просто жить – ей очень нравилось, и так надеешься, что на Пасху снова получишь от нее «букет восторгов»:

«А как растут у меня кактусы! А сколько их и какие есть неожиданные! А какие фиалки расцветают небывалые! А как пышно растет мое кошачье собрание на пианино! К Вашему дракончику присоединился такой же стеклянный крокодильчик, и как же им хорошо! А какую пасху я сделала!» А в конце непременно будет какая-нибудь святая и дурашливая подпись:

«Остаюсь, добрейший и проникновеннейший отче…

От души любящая Ваше Высокопреподобие…

Ныне дающая волю своему неугасимому стремлению к непрестанной радости и дерзающая считать себя близкой Вам по умонастроению и душевному устроению раба Божия Анна».

Однажды она написала: «Вот уж и праздник наступил. Поздравляю, поздравляю, поздравляю, и радуйтесь без конца и края, потому что с нами Бог и Его Пречистая Матерь. И этого у нас не отнять». Моя дорогая Диотима сейчас на руках у Бога. Она любила жить, и сейчас более жива, чем мы, и этого у нее уже никому не отнять. А от чего же так грустно? От разлуки, конечно. Но это все пройдет. Как говаривала Марина Андреевна, «ужо там наобщаемся».

Архимандрит Савва (Мажуко)

Без московской ругани

«Альфа и Омега» – 20 лет изданию, более 60 толстых номеров – в квартире Марины Андреевны Журинской под журнал отведена целая полка. В открытое окно первого этажа шумит весенняя улица, на стенах картины Елены Черкасовой, на столике коллекционные кошки. Разговор начинается без предисловия и долгого подступа к теме.

Беседовала Анна Данилова

Марина Журинская: Масс-медиа должно иметь одно свойство: оно должно быть средообразующим. Вокруг него должны собираться единомышленники.

Конечно, СМИ может добиться временного успеха, если будет искать себе аудиторию такую, чтобы ей потрафить, но это дело в перспективе обреченное, тем более когда мы говорим о христианской журналистике. Христианская журналистика – это не пропаганда, это – свидетельство.

Альфа и Омега Марины Журинской : эссе, статьи, интервью

Сборник трудов Марины Андреевны Журинской, известного христианского публициста, основателя и главного редактора православного журнала «Альфа и Омега», вышел к годовщине ее памяти. Издание вобрало в себя рассуждения Марины Андреевны о разных аспектах бытия в форме статей, очерков и интервью разных лет. От обыденных тем, таких как семья и общество, флора и фауна, творчество и искусство, Марина Журинская возводит нас к Богу, Источнику творческого вдохновения и различных человеческих талантов, и к Церкви, которая соединяет нас с Богом, Альфой и Омегой всего сущего. Книга будет интересна всем взрослым читателям.

Содержание и видео

Содержание

Вместо предисловия
Без московской ругани
Вот мы такие

О жизни и смерти
Неотвратимая трагичность бытия
Желание смерти и воля к жизни
Пожелания добра и пожелания зла

О вере и неверии
Кое-кто говорит, что Бога нет
Природа и Бог

Времена и нравы
Дерзай, дщерь! Девица! Встань, или О христианках и феминистках
Бессмыслица, или гражданский брак
Уж замуж невтерпеж, или А зачем жениться-то?
Дефект критики
Как жить в Содоме?
Мы-заложники
Голос Божий и общественный транспорт
О хамско-холуйском синдроме
Как же нам нужны бабушки!
Я не терплю
Ведение — вежество — вежливость

Повседневное христианство
Дни лукавы
О подготовке к посту и битве на поварешках
Когда Христос идет на смерть — хороших нет!
Круговая порука
Старый новый мир
Како празднуеши?
Полеты во сне и наяву, или О трезвости
Семья как школа любви, или Как жить с верующей женой?
Почему «воцерковленность» — неправильное слово?

О культуре
Внехристианского искусства не бывает
«Остров» и острова
Горе дракону!
Чехов, кое-кто еще и мы
Может ли христианин читать фантастическую литературу?
Во всех ли бедах виновата интеллигенция?
Автор в поисках жанра и себя
Фатум, он же рок
«Дети минут», или Письмо священнику о культуре
О Цоеижизни
Поэтика души, или Второе письмо around the rock
От Горация до.

О мире
Всех их создал Бог
Самые меньшие братья
Мир как содружество
Многие продолжают воспринимать окружающий мир как пространство, населенное злыми духами
Поворот оверкиль

О человеке
О людях, хомячках и бандерлогах
Стоит ли канонизировать глупость?
Горе без ума
А где же наша пустыня?
Иерусалиме
Ступени
Гордыня и гордиев узел
Больной — не человек?
Кричи: волкиииии!
Терпение
Быть самим собой?

О наших детях
О нашем Страшном суде
Детки, детки

Об образовании
Мечты, мечты
У нас очень давно не было Пушкина
Все модификации школьного образования направлены на оглупление народа

Об обществе
Богатые тоже. люди точно также, как и бедные
Чему следуем, или О Ленине, либералах и наших-ненаших

Церковь в мире
Зубы дракона
Детские игры
Свято место
Не любите мира?

Альфа и Омега Марины Журинской : эссе, статьи, интервью

Марина Андреевна Журинская родилась в канун начала Великой Отечественной войны в Москве, на её долю выпали все ужасы голода, лишений, страха потерять близких, проблемы со здоровьем, возникшие в младенчестве, преследовали её всю жизнь. Высшее образование она получила на филологическом факультете Московского государственного университета, её дипломная работа была посвящена народу «хетты», жившему в Малой Азии.

Марину Журинскую после окончания ВУЗа отправили стажёром в Институт языкознания, она должна была заниматься лингвистической типологией, которая для неё представлялась крайне сложной, однако молодая выпускница филфака проявляла чудеса изобретательности, когда надо было прочитать лекцию о малоизвестном предмете. Вообще, Марина Андреевна была настоящим ценителем языка, для неё лингвистика была сродни искусства, работая над текстом, она старалась докопаться до его глубин. За два десятка лет работы в Институте языкознания она написала немало научных трудов, защитила кандидатскую диссертацию.

В 70-х годах 20 века в жизнь Марины Журинской пришла религия, ещё в детстве она начала тянуться к Богу, но её крещению воспрепятствовали родители (отец Марины занимал высокий пост). В 1975 году Марина Андреевна крестилась, получив имя «Анна», её духовно окормлял протоиерей Александр Мень, которому она помогала. Именно состраданию к ближнему и желанию помогать нуждающимся научила её, прежде всего, православная вера.

Тогда же Марина Журинская начала работать в проекте «Языки мира», это продолжалось до 1986 года. В начале 90-х годов, когда в стране происходили коренные изменения, Марина Андреевна стала доверенным лицом депутата Сергея Аверинцева, вместе они работали над законом «О свободе совести и религиозных организациях». Также совместно они придумали идею нового журнала, получившего название «Альфа и Омега», он выходил каждый квартал с 1994 по 2010 годы. Его основной миссией было освещать реальное положение Церкви в современном мире, показывать, что описанное в Библии актуально и по сей день. В журнале впервые были опубликованы уникальные церковные тексты, например перевод трудов Исаака Сирина.

Читать еще:  Пушкин, Собчак или Тирион Ланнистер? Отличаете ли вы цитаты поэта

Также Марина Журинская состояла в редколлегии сборника «Богословские труды», свои религиозные знания она успешно применяла для объяснения отрывков из Евангелия в рубрике журнала «Фома» — «Читаем Писание». Также её статьи и интервью можно было увидеть в интернет-журнале «По ком звонит колокол», на интернет-портале «Православие и мир». При жизни Марины Андреевны было издано две её книги: «Мишка и некоторые другие коты и кошки: строго документальное повествование» — о пушистом любимце Журинской и «О вещах простых и ясных», показывающая, что вера может занимать значительное место в жизни каждого человека.

Марина Андреевна Журинская скончалась в октябре 2013 года после продолжительной болезни. После её смерти друзья и коллеги издали книгу «Альфа и Омега Марины Журинской», содержащую её статьи, эссе.

Всегда рады вам помочь
Мы на связи каждый день с 9:00 до 21:00 по московскому времени

Бесплатный телефон: 8 800 200 84 85
(бесплатный звонок из любого города России)

Мы отправляем заказы каждый день. Утром и вечером.

Если закажете до 11:00 в будни — отправим в этот же день. Если после — то в ближайший рабочий день.

Стоимость курьерской доставки — в среднем 190 р., самовывоза — 90 р., Почты России — 200 руб. в среднем. Мы автоматически рассчитаем точную сумму доставки, когда вы наберете товаров в корзину.

Почти в каждом крупном городе есть самовывоз и курьер. Для всех остальных городов и населенных пунктов есть Почта России. Заказы приходят быстро, в среднем за 2–7 дней. Даже Почта России работает быстро.

Принимаем карты, электронные кошельки, наличные. Можно оплатить при получении.

Упаковываем в водонепроницаемую пленку и твердый картон. Если захотите вернуть любые товары — примем обратно. Вернем деньги или вышлем замену.

Марина Андреевна Журинская
Альфа и Омега Марины Журинской. Эссе, статьи, интервью

М. Ж.: Есть такая поговорка: «Франция пойдет туда, куда ее поведут 300 человек». Мир пошел туда, куда его повели 12 апостолов. Дело не в массовости, а в стоянии перед Христом. В свое время отец Глеб Каледа говорил: за что мы почитаем святых? Не за их учение (они ошибались, у них были богословские ошибки), не за их жизнь (все они были люди грешные, а некоторые грешили тяжко), а за их стояние перед Господом. За их позицию, которая была безупречно сформулирована в свое время Авраамом. Господь позвал Авраама. «Вот я!» – сказал Авраам. Все. Это первичная форма веры, первая ее позиция: «Вот я!» Вот я перед Тобой, Господь мой и Бог мой. От этого уже все идет.

А. Д.:Получается, что нужно свести все к одной теме, к одному направлению?

М. Ж.: Мы знаем про соль земли, и мы помним продолжение, что если соль испортится, то с ней уже ничего не поделаешь, ее можно только выбросить. Но есть у соли земли и вторая сторона. Должно быть тесто, в которое сыплется соль; соль – это не еда, соль – это приправа. Никто не говорил, что все сделайте солью, и тогда все будет хорошо. Если все сделается солью, то хорошо не будет. Это жена Лота сделалась солью…

А. Д.: Но многих ли людей может заинтересовать свидетельство? Ведь православные СМИ существуют не в вакууме, рядом с ними сотни намного более увлекательных изданий…

М. Ж.: Естественно, может заинтересовать, – ведь люди на самом деле любят недоступное, интересное, необычное. И вот это, что для иудеев соблазн, а для эллинов – безумие, надо подать необычно. Это действительно интересно. Как говорил в свое время С. С. Аверинцев: «Почему бы не призвать молодежь к увлекательной авантюре целомудренной жизни». Это действительно увлекательная авантюра. Почему бы это так не показать? Почему это обязательно должны быть какие-то серо-буро-малиновые юбки с висячими подолами?

А. Д.: Это очень трудно понять и реализовать. Писать о жизни во Христе, но так, чтобы это цепляло читателя, – это колоссально сложная, нереализуемая задача. А ведь нам надо как-то менять общество…

М. Ж.: Православным СМИ формировать общественное мнение? Доформировались. Когда вышла моя книжка про кота Мишку, на одном кошачьем сайте появилось: и хотя книга христианская, читать можно. Понимаете, какую репутацию надо заслужить всеми этими дресс-кодами и прочим, чтобы люди так писали?

Вот я сейчас написала статью, которая пойдет в 60-й номер «Альфы и Омеги». Она называется «Поворот оверкиль». Это когда вверх дном корабль переворачивается, – это конец. Я пишу об историческом корабле и начинаю с того, что все мы любим говорить о том, что мир меняется к худшему, а когда доходит до дела, то единственное, о чем мы можем говорить, так это о том, что молодежь одевается безумно вызывающе. Но простите, это признак стабильности. Это было всегда. А признаки ухудшения другие. Нежелание жить, нежелание жить с Богом, нежелание вечности, пресыщенность, страх. Все живут в страхе. И лжесвидетельства и лжепроповедники, которые людей запугивают адскими муками.

Когда только-только началась разрядка в обществе и зарубежные поездки, известный советский лингвист Ольга Сергеевна Ахманова с группой студентов и преподавателей поехала в Англию. Английский ее был хорош, она была красавица: высокая, стройная, длинноногая блондинка, с голубыми глазами и ямочками на щеках. В Англии она произвела фурор, о ней писали в светской хронике.

Естественно, когда она приехала назад, то попала на партбюро. Евдокия Михайловна Галкина-Федорук, которую можно было обвинить во всем, кроме красоты, сказала: «Ольга Сергеевна, как вы могли забыть, что советская женщина должна внушать капиталистам отвращение?!»

Так вот, когда я смотрю на наших эталонно-православных девиц, я вспоминаю этот случай на партбюро. Православная девушка должна внушать отвращение всем, в том числе и своему мужу. Православный молодой человек – то же самое. Когда в храме вы видите особо грязную и лохматую голову, вы должны сделать вывод, что ее обладатель особенно набожен. Что за безобразие? Кого это может привлечь, кроме извращенцев?

Владыку Антония спросили, какой должна быть православная семья, он ответил одним словом: «Счастливой». А какое такое счастье написано на этих перекошенных от злобы физиономиях? И лицо наших СМИ по большей части такое же: убогое и перекошенное. А мы жалуемся, что не можем атмосферу в обществе изменить. Так и слава Богу, что мы не можем ее вот таким образом переменить. Это же Господь бдит.

А. Д.:Сегодня вокруг Церкви вспыхивает медийный конфликт за медийным конфликтом. Многие из них разжигаем мы сами. Растут антиклерикальные настроения, и уж точно – не меньше становится старых упреков, тиражируемых новыми медиа…

М. Ж.: Недавно, отвечая на замечания «Русского репортера» о том, «как нам обустроить Церковь», я вспомнила Вертинского: «Будет это пророк или просто обманщик, но в какой только рай нас погонят тогда?» Мне такие вопросы очень напоминают проект соловьевского антихриста: у нас должны быть культурные православные, просвещенные мусульмане и так далее. После Вертинского высказался Галич: «Бойтесь единственно только того, кто скажет: “Я знаю как надо”».

Читать еще:  Три подростка о жизни, смерти и родителях: откровенно

Нам говорят, как надо, а мы боимся и правильно делаем, что боимся. А закончила я цитатой из песни, которую поет Слава Бутусов; это триумф личного свидетельства: «Может быть, я не прав, может быть, ты права, но я видел своими глазами, как тянется к небу трава».

Мы своими глазами видим, что Господь – в нашей Церкви, что Он нас не оставил. И о Нем мы свидетельствуем. Мы не должны быть все пионерами и комсомольцами. Кто сказал, что все наши епископы должны быть кандидатами в патерик? Это при советской власти были кандидаты в ЦК. У нас кандидатов в святые нет. Господь выбирает святых среди грешных людей. Вот что мы обязательно должны сказать – мы не претендуем на святость. Господь пришел не к праведникам, а к грешным. И Он остается в нашей Церкви. Мы это осознаем, и это сильно нас отличает от тех, которые не осознают себя грешниками. Нам лучше в этом смысле, потому что мы с Господом, Он с нами.

Есть совершенно замечательное стихотворение у Тимура Кибирова о том, как праведные граждане будут шокированы, если они попадут в рай. Кто там будет? – «Мотя из налоговой полиции, Магда из массажного салона».

Как же было нам не обозлиться?!
Рядом с Ним расселись беспардонно
Мотя из налоговой полиции,
Магда из массажного салона!
Как же нам не предпочесть Денницу
Плотницкой компании хваленой
Мотьке из налоговой полиции,
Машке из массажного салона?!
Ведь и в этой чертовой провинции
Мог бы выбрать Флавия, Филона,
Хоть Варавву – все ж не из полиции
И не из массажного салона.
Я воображаю наши лица
В судный день, когда, поправ законы,
Рыболов, и мытарь, и блудница
Воссияют у Господня трона.

А помните Гумилева?

Чтоб войти не во всем открытый,
Протестантский, прибранный рай,
А туда, где разбойник, мытарь
И блудница крикнут: вставай!

Мы верим в Такого Бога, Который не ставит пятерки отличникам, а смывает грехи у тех, кто к Нему за этим обращается. Он настолько велик, могуч и добр, что стоит нам к Нему обратиться, и наши грехи исчезают.

А. Д.:Да, но люди ждут от нас плодов веры, о них рассказать трудно. В результате многие сюжеты в СМИ связаны с неприглядным поведением верующих, что отталкивает людей от Православия. Как выбрать здесь и правильный стиль, да и свое отношение ко всему этому негативу?

М. Ж.: Однажды ко мне пришла пятидесятница и стала прохаживаться насчет личных грехов православного духовенства. И тут я разозлилась и сказала: «Вы не понимаете одну вещь. Даже если куда-то денется Русская Православная Церковь, – что невозможно, но даже если она куда-то денется и в ней останется один священник – горький пьяница и заведомый стукач, – я останусь его последней прихожанкой и мы вместе будем оплакивать наши грехи».

И ведь православные тоже считают, что все наши батюшки должны быть юными пионерами, все епископы Серафимами Саровскими. Причем на самом деле ни о жизни батюшек, ни о жизни епископов никто ничего не знает. Вернее, все знают, что весь епископат в золоте, а какие диагнозы у них – никто не знает. Помните чеховский рассказ «Архиерей», о том, что владыка не дожил до Пасхи, умер от кровотечения, от брюшного тифа. И тогда выяснилось, что он служил с брюшным тифом. Чехов был врач и знал, что с брюшным тифом быть на ногах невозможно. Но в его рассказе владыка с брюшным тифом был на ногах и служил, и свалился буквально за сутки до смерти. Вот таких вещей никто не знает.

Какие скорби несут наши батюшки. Себя-то мы знаем, знаем, что мы не сокровища. А всю эту свою несокровищность мы же сваливаем на наших священников, поедом их едим.

Отец Глеб Каледа очень тяжело умирал. И он, умирая, говорил: «Иначе нельзя, я убийц исповедовал». Про это же никто не думает, и мы их рассматриваем потребительски: мы там что-нибудь вякнем, батюшка махнет епитрахилью, и у меня будет право причаститься, «чтобы не болеть».

Так что на Христа и на свое стояние перед Христом должна ориентироваться православная журналистика. И на то, что врать нельзя. Вот это главное.

«Альфа и Омега»[4 — Журнал «Альфа и Омега» был основан весной 1994 г. 400-страничный журнал-ежеквартальник, издающийся тиражом 2500 экз. и распространяющийся на территории всех стран СНГ. Его читателями стали священники и активные миряне, работающие ради формирования подлинно церковного сознания у того поколения российских христиан, которое пришло в Церковь в последние десятилетия.]

А. Д.:Марина Андреевна, расскажите, как создавался «Альфа и Омега»? Это было такое интересное время синхронного всплеска – одновременно возникло сразу несколько православных изданий – «Фома», «Встреча»…

М. Ж.: У меня было желание издавать православный журнал. Я посмотрела, что тогда стал делать «Вестник РХДД». Он ударился в ностальгию по России, а я видела потребность удариться в ностальгию именно по диаспоре. Вначале мы очень много публиковали Шмемана, Мейендорфа, Флоровского – хотели донести до читателя России, который ничего этого не знал, подвиг православной диаспоры.

Это были великие люди, они были велики именно в своем стоянии. Свет миру. Они при этом были лишены родины, им было горько от этого всегда, но на их стоянии это никак не отражалось. Совершенно чудом я получила какие-то глупые деньги, я не понимаю, как их на что-то хватило, но вот стала я издавать, и все.

А. Д.:У вас большой редсовет, но велика ли сама редакция?

М. Ж.: Было нас двое: я и моя крестница. И до сих пор две хворые старухи этим занимаются.

А. Д.:Как собирали авторов?

М. Ж.: Кто приходил, кого приглашали. Вот, например, я как-то «положила глаз» на совсем молодого, но умного, мыслящего и красивого отца Алексия Уминского и сказала, что сам Бог ему велел что-то писать про воспитание. Он очень взволновался и сказал: «Марина Андреевна, я должен вас предупредить, я не профессиональный педагог». На что я ему ответила, что это очень хорошо, что профессионального педагога я бы и не пригласила.

Совсем умирающему отцу Глебу Каледе я как-то предложила из его статей о Туринской плащанице сделать обобщающую. Он благословил нас сделать суммирующий текст, лежа в больнице, где его и дорабатывал. Он умирал, номер еще не вышел, и мы просили в типографии, чтобы нам сделали отдельные оттиски, и батюшка их подписывал: «детям», «друзьям». Потом эта статья вышла невероятным совокупным тиражом (отдельными изданиями, републикациями), кажется, около 200 000 экземпляров. А потом мы стали всего отца Глеба печатать – главы «Домашней церкви», проповеди и прочее. И подготовили к печати все его труды.

Еще с владыкой Антонием получилось – как-то мы столкнулись с Еленой Львовной Майданович, и она нас полюбила. С тех пор у нас нет ни одного номера, в котором не было бы владыки Антония.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector